Цыплёнок

Баженова Наталья Витальевна

Константин, упёрто упершись ладонью в холодное железо, рвано выдохнул, запрокинул голову, прямо глядя в глаза раздражённо выгнувшему бровь Себастиану.

– Я прошу прощение за этот инцидент, - с явным трудом выдавил сквозь зубы.

– Проси-проси, - откровенно зло усмехнулся колдун в ответ, надавил на дверь, заставив собеседника отступить на шаг.

Мишель мягко коснулась его локтя, взглядом попросив быть помягче. Просьба была проигнорирована самым наглым образом.

–

Вы нарушили закон, - тяжело уронил Себастиан, вновь скривил губы, - и ответите за это.

– Себ...
– уже смелее дёрнула его всерьёз встревоженная видом побледневшего главы воровка.

Но досказать не успела, едва не шарахнувшись назад, когда чёрный, внезапно развернувшись к ней лицом, наклонился. Порывисто вытащил что-то из кармана туники.

Девушка изумлённо-огорчённо приподняла брови: машинально сунутый в карман амулет треснул посередине, камень поблёк и посерел. Жаль. Себастиан усмехнулся, нехорошо и очень мрачно.

– Я ведь уже говорил, цыплёнок, что это, - резко распрямившись, зло отшвырнул более бесполезный артефакт вглубь дома, к лестнице.

Константин и Мишель вздрогнули, машинально проводив его взглядом.

– Если бы не он, ты была бы уже мертва!
– рявкнул, уже выходя из себя колдун.

Воровка втянула голову в плечи, из-под ресниц глянула в тёмные глаза. Чёрный медленно вздохнул, выдохнул, бросив девушке:

– О твоём порыве лезть вперёд батьки в пекло мы поговорим позже, - вновь перевёл тяжёлый взгляд на пришибленного главу, - ждите бумажку.

– Не надо, - тихо прошептала Мишель, вновь его касаясь, - прошу.

Себастиан коротко на неё глянул, резко мотнул головой и вновь попытался захлопнуть дверь, оттеснив Константина к выходу.

– Они всё же мои родственники, - уже настойчивее повысила она голос, - и я не хочу никаких разбирательств с ними!

– А я хочу!
– в тон рявкнул ей чёрный, уже спокойнее добавил: - Они вычеркнут тебя из рода при первой же возможности. Зачем тогда?

– Не вычеркнем, - тихо подал голос глава и, дождавшись, когда оба взгляда обратятся на него, продолжил: - всем будет сказано обратное, но обряд проводить я не стану.

– Что за закон?
– поспешно спросила воровка, видя, как колдун вновь открывает рот и, судя по глазам, не для того, чтобы с ними согласиться.

– О гостях и их поведении на хозяйской территории, - язвительно откликнулся он и, прикрыв глаза, бесконечно терпеливо вздохнул, - ладно. Убирайтесь с миром.

Глава приободрился, в глазах появился уже привычный наглый блеск.

– А...

– Нет!
– рявкнул с первого звука понявший его мысль Себастиан, единым движением выпихивая Константина за порог и захлопывая перед его носом дверь... однако влетевший за мгновение до щелчка в узкую щёлку тонкий белый прямоугольник перехватить не успел.

Зато визитку поймала и тут же спрятала подальше от злого чёрного Мишель. Подняв на него глаза, невинно улыбнулась.

Колдун

устало поморщился, отошёл к ближайшему окну. Заглянул за полупрозрачный тюль, с непонятным выражением в глазах взглядом проводил выехавшую за ворота машину. И тихо хмыкнув, прикрыл глаза, покачнулся и... плавно осел на пол.

Первые секунды Мишель ещё растерянно хлопала ресницами, переживая крушение иллюзий. А потом, порывисто вздохнув, подскочила и кинулась к колдуну, на ходу упала на колени, даже не поморщившись от боли. Осторожно коснулась гладкой щеки, беспокойно сведя брови у переносицы. Позвала, потрясла за плечо, начиная уже откровенно паниковать. Сердце почти болезненно било по рёбрам, отдаваясь громким пульсом в ушах.

Болезненная бледность чёрного не подбадривала, как и поверхностное, редкое дыхание. Девушка глубоко вздохнула, трясущимися руками кое-как вытянула из кармана Себастиана телефон. Разблокировать получилось не сразу, со столь старыми моделями она знакома была плохо, хорошо, хоть подсказка выскочила. Открыла последние звонки, ткнула в первый попавшийся.

Один длинный гудок и быстрое, деланно спокойное "Да?".

– Ал...?
– голос Мишель перехватило спазмом.

– Мишель? Что случилось?
– тут же явно проскользнуло в голосе Алексея беспокойство.

Девушка вновь вздохнула, сглотнула и с трудом выдавила:

– Возвращайтесь в дом, Себастиану плохо.

– Сейчас будем, - быстро буркнул парень и бросил трубку.

Воровка потерянно опустила руку, выронив телефон на пол, потянувшись, вновь беспокойно коснулась пальцами щеки чёрного. Холодный, ещё более бледный на контрасте между кожей и непривычно чёрной шевелюры. Мишель болезненно прикусила костяшки пальцев - только бы с ним всё было хорошо. Собственная устлалось девушки ещё пока тихо затаилась где-то на периферии сознания, спугнутая страхом и переживаниями.

Дверь распахнулась спустя пару минут, Мишель, однако, показавшимся целой вечностью. Девушка вздрогнула, испуганно подскочила и расслабилась, увидев знакомые лица. Даже попыталась улыбнуться, предусмотрительно отползая от окружившего колдуна парней. Судя по ставшему откровенно беспокойному взгляду Яны, получилась не очень. Девушка ободряюще улыбнулась, помогла встать трясущейся воровке. Алексей и Александр быстро перетащили так и не пришедшего в сознание Себастиана на диван, всё в той же гостиной. Яна метнулась за стаканом воды, Мишель бессильно шлёпнулась рядом с ним.

Вернулась служанка быстро, отдала девушке стакан и, хлопнув себя по лбу, вновь куда-то умчалась. Девушка опустила взгляд на расходящуюся крупными кругами воду, не думая, отпила. Немного помогло, воровка вздохнула, опустила пальцы в стакан, потянувшись, провела ими по лбу колдуна. Он не отреагировал, лишь шевельнулись под тонкими веками глаза.

– Что случилось?
– тихо, вкрадчиво спросил Алексей, облокачиваясь о спинку дивана.

Мишель подняла голову, криво ухмыльнулась.