Цветы всегда молчат
Шрифт:
– И после этого вы называете меня жестоким и безжалостным? – сощурившись, поинтересовался он.
– Ах… вы просто невыносимы… Это же я рассказываю… И мне, между прочим, холодно, могли бы меня одеть, а то только раздеваете…
– А что делать, ежели у вас отсутствует не только элементарный вкус, но и чувство меры, вот и приходится избавлять вас от лишнего…
– Злой вы человек, – она была обижена, но все-таки позволяла ему крутить себя и так и сяк, чтобы он мог аккуратнее завязать ленты ее более
– Безусловно, – согласился он. – Я даже не буду спорить… Но, признаться, вы меня заинтриговали: какая же роль в вашем романтичном приключении отводится мне? Я просто сгораю от любопытства.
– У вас совсем нет фантазии? За что вас только держат в Королевской академии наук?!
– Действительно, завтра подаю в отставку, сжигаю все свои книги и совершаю аутодафе – зачем такой никчемности занимать место под солнцем.
– Ричард, с вами никогда не поймешь, шутите вы или вправду обижены! – возмутилась она. Он же закатил глаза и мысленно попросил силы небесные укрепить его дух и выдержку. Джози немного позлилась, но все-таки снизошла: – Вы будете злобным главарем разбойников…
– Кто бы сомневался, – пробормотал он, подходя к камину и опираясь на мраморный выступ.
– Да, – Джози в возбуждении заходила по комнате. Щеки ее пылали, а глаза горели. – Вы привяжете меня к дереву и будете… – она запнулась, подбирая слова, – в общем, вы надругаетесь над моим невинным телом…
– А как же герой? – напомнил Ричард.
– На то он и герой. Он не только спасет несчастную, но еще и будет залечивать раны ее искалеченной души…
– А вы знаете, я начинаю находить определенные прелести в участи главного злодея. Не люблю пафос и сахарную пудру.
– Ну вот! Вечно вы все испортите – злодей должен раскаяться. И сам отдаться в руки палачей.
– С чего вдруг?
– Ну как же, должен же он понести наказание за оскорбленную невинность героини…
– Это еще спорно.
– Бесспорно! В конце концов, это моя история. Или вот еще, потому что ту вы испортили!
– Все! Молчу! И весь внимание!
– В общем, есть прекрасный остров в море. На нем живет юная и непорочная принцесса, которую местные… как их там…
– Обычно – аборигены…
– Да… эти аборигены считают принцессу белой богиней и молятся ей каждый день… Богиня же сидит на троне и повелевает…
– Очень мудрая правительница, – как бы невзначай заметил Ричард.
Джози нахмурила идеальные бровки, что означало крайнюю степень гнева:
– Не влезайте раньше времени! Вы еще появитесь!
– Это обнадеживает.
– Принцесса знает, что однажды за ней приедет прекрасный юноша на корабле с белоснежными парусами… но… вместо этого… на остров нападет дракон… Он хватает принцессу и утаскивает ее в свое логово…
– И зачем же? Он хочет ее съесть?
– Вовсе
Ричард подошел к ней, приподнял личико за подбородок и заглянул в глаза.
– Вам не кажется, любовь моя, что в ваших историях несколько смещены моральные акценты? – Он обвел контур ее губ большим пальцем и, наклонившись, поцеловал в самый уголок.
– Вас это беспокоит? – удивилась она.
– Очень, – совершенно серьезно отозвался он. – Почему прекрасная героиня никогда не достается благородному герою?
– Благородный герой – несбыточная мечта. А злобные разбойники и свирепые драконы – суровая реальность. Мечты сбываются редко и, к сожалению, уже после того, как с человеком случилась реальность…
И тут Ричард напугал ее тем, что со стоном рухнул к ее ногам.
– Джози, родная, любимая! – вскричал он, осыпая поцелуями ее пальчики, – что я наделал?!
– Ричард, что с вами? – его отчаяние было таким искренним, что Джози растерялась. – Зачем вы так? Это же просто истории!
Он помотал головой и уткнулся лбом в ее грудь.
– Джози, а если я подарю вам остров, посажу вас на пьедестал и стану звать богиней, я смогу рассчитывать на ваше прощение?
– Ричард, мне совершенно не за что вас прощать. Я не понимаю, почему эти истории так обеспокоили вас?
– Вы – невинное дитя, Джози. Вам сложно представить себе механизмы, через которые зло разрушает чистые души… Недавно вы сказали, что ненавидите меня… Но я заслуживаю лишь презрения…
Его трясло, и Джози, испуганной и притихшей, оставалось только гладить его по голове, утешая.
Понемногу он успокоился, встал, обнял ее и спросил:
– В каких широтах вы бы хотели остров?
– В южных… Чтоб там пели диковинные птицы и росли великолепные цветы…
– Обещаю, цветами будут усыпаны все дорожки, по которым будет ступать моя богиня.
– Правда?!
– Клянусь… А потом я вложу нож в вашу нежную ручку, чтобы вы исполнили свою клятву.
– Какую? – Джози наморщила лобик, припоминая.
Он разгладил морщинки и нежно поцеловал ее в темные завитки волос.
– Ту, где вы убиваете меня, пока я сплю.
Джози подняла личико и посмотрела на своего супруга. В ее серых глазах плясали искорки тревоги.
– Зачем вы так?
– Забудьте пока… – попросил он, – и знаете что, ваши истории получились весьма занятными и увлекательными. Вам бы следовало их записать.
– О! – горестно пропела она. – Вы же знаете, как я не люблю много писать. У меня будут мозоли от пера…
Ричард улыбнулся, радуясь возвращению привычной Джози – избалованной, капризной, маленькой, обожаемой девочки.