Цветы всегда молчат

Белая Яся

Чтобы несколько освежить рассудок и немного передохнуть, Ричард увлек Джози на балкон.

Шел снег, искрясь и переливаясь в лунном свете. И Джози, раскрасневшаяся, несколько растрепанная, в серебристом платье, казалась среди этого искрящегося кружения прекрасной фейри, случайно заглянувшей в мир людей. И чудилось – ветерок вот-вот подхватит ее и унесет в белоснежном вихре.

Ричард порывисто обнял ее и прошептал с каким-то странным после недавнего безудержного ликования отчаянием:

– Джози, не улетайте от меня!

Она

взяла его ладонь и прижалась к ней щекой.

– Как я могу улететь, это же у вас, а не у меня есть крылья!

– И у вас тоже – вы ведь прилетали ко мне. Во сне, помните? И укрывали меня своими крыльями, ангел мой, – с нежностью и восторгом проговорил он, и глаза его сияли.

Джози обняла его за талию, уткнулась в грудь и проговорила:

– Вы у меня такой глупый и такой славный!

Он вздрогнул от этого слова.

Она испугалась:

– Я чем-то обидела вас?

– О нет, что вы! – поспешил успокоить он. – Просто так называла меня мама.

– Вы никогда о ней не рассказывали! – Джози даже слегка обиделась на такое недоверие.

– Я потерял ее очень рано, мне было всего три года. Она чем-то походила на вас. Хрупкая, большеглазая, с нежным голосом…

Странно, но печаль, звучавшая в его голосе, была столь светлой, что Джози не почувствовала жалости. Отнюдь – душу наполнило счастье из-за того, что она напоминала мужу самого дорогого человека. Это ощущение сделало их с Ричардом еще ближе друг другу.

– Я так устала, – жалобно проговорила она, – и мне холодно.

Ричард тут же подхватил ее на руки, укутывая объятьями. Поцеловал в завитки волос, обрамлявшие чистый лоб, и сказал виновато:

– Какой же я болван, не подумал, что на вас легкое платье! Идемте скорее в дом! – и уже в зале, опуская ее на пол под чуть завистливыми взглядами родственниц, проговорил: – Обидно было бы заболеть накануне путешествия в теплые края.

– Путешествие! – вскричала она, захлопав в ладоши и не обращая внимания на притихших и обратившихся в слух гостей. – Это же здорово! Так здорово! – И, подбежав к родным, стала по очереди обнимать их: – Мамочка! Папочка! Сара! Мэри! Мы едем в путешествие!

Женщины, растерявшись и не зная, как реагировать, поздравляли ее, а вот мужчины смотрели на все это более скептически.

Лорд Эддингтон, окинув зятя недовольным взглядом, сказал:

– Ричард, сын мой, вы полагаете, такое приключение уместно?! Я считал вас благоразумным человеком, способным понять, чем грозят нежной женщине дальние морские странствия!

Ричард слегка покраснел от такого укора, но глаза его сверкали обиженно и дерзко. Поклонившись, он ответил очень вежливо, хотя голос дрожал и прерывался:

– Простите меня, сэр, если это заявление взволновало вас. Поверьте, для меня безопасность Джози не менее важна, чем для вас. Судно, на котором мы отправимся в путь, принадлежит Ост-Индской компании, а это значит, оно вместительное и надежное.

Джози

подбежала к нему, взяла под руку, прижалась и с вызовом посмотрела на семью.

– Я хочу ехать! – капризно сказала она, выделив «хочу». – И тем более с Ричардом я готова хоть на край света. И если вы попробуете нас остановить – разобижусь и никогда не прощу! Вот!

Она надменно вздернула прехорошенький носик и окинула всех недовольным взглядом.

Первым рассмеялся лорд Эддингтон, за ним Ричард, а потом уже все остальные: крошка Джози, сыплющая угрозами, представляла собой более чем комичное зрелище.

Джози жутко обиделась на всех. Губки задрожали, а в огромных глазах заблестели слезы. Она сжала кулачки и собиралась уже наброситься на родных с упреками, когда муж нежно обнял ее и, ничуть не смущаясь присутствующих, с восторгом проговорил:

– Вы просто восхитительны в гневе, ангел мой, – и вызывающе, но обворожительно улыбнулся.

Лорд Эддингтон, окинув пару теплым любящим взглядом, сказал:

– Ну что ж, если решение ваше взаимно, мне остается только благословить ваш поход.

– Да-да, – добавила леди Кэролайн. – У вас не было свадебного путешествия! Поезжайте, отдохните!

– А вы, Ричард, не волнуйтесь, – поддержал ее супруг, – я на самом деле доверяю вам, как самому себе. А возмутился скорее для проформы, чем на самом деле.

Мужчины обменялись дружескими рукопожатиями, и Торндайки засобирались домой: Джози едва держалась на ногах.

Оказавшись в карете и на коленях у Ричарда, она только теперь почувствовала себя по-настоящему счастливой и умиротворенной. Словно котенок, свернувшись в надежном кольце мужниных рук, она сладко заснула, и впервые за эти месяцы ей снились детство и смех.

Лондон, Хэмпстед, 1878 год

Брать с собой только самое необходимое! Что может быть глупее этой фразы? Как, позвольте спросить, она выберет самое, если ей необходимо все? И чтобы значили эти ехидная улыбочка Ричарда и смешинки в глазах?!

Всю неделю, отведенную на сборы, Джози была сама не своя. Новизна всегда волновала ее, а тут – такое дальнее странствие! Она ведь пока что не выезжала никуда дальше Северного Уэльса. Было отчего забеспокоиться.

А тут еще Клодин заупрямилась и напрочь отказалась ехать, заявив, что ей не по возрасту такие авантюры. Пришлось срочно подыскивать новую горничную, которая согласилась бы отправиться в путешествие. Личную прислужницу Джози взялась выбирать сама, хотя никогда прежде ничем подобным не занималась. Ричард не возражал, но и не помогал. Джози выбрала самую странную из всех претенденток. Для женщины та была чересчур высокой, угловатой, с узким, неприятным лицом, отличающимся мелкими острыми чертами. Ее маленькие глазки, казалось, все время рыскали, что-то высматривая. Девушку звали Терезой.