Цветы в пустоте
Шрифт:
– И как я смотрюсь в ошейнике? – улыбнулся он, пока они проталкивались через толпу на тот самый рынок. – Тебе нравится, Лиам?
Он, конечно, издевался, и Сильвенио это прекрасно знал, поэтому он только чуть приостановился и глянул на него с мученической скорбью.
– Должен заметить, сир, что ошейник не смотрится хорошо ни на одном живом существе. Ограничение свободы – это всегда печально. За миллионы лет своего существования человечество, как ни странно, так и не сумело отказаться от торговли рабами, несмотря на весь уровень своего развития, и это говорит только о том, что люди…
Аргза наклонился к нему и, лениво подцепив ногтем
Правда, сейчас клин случился с ними обоими крайне, крайне невовремя.
– Ооооо! – прервал поток очередной проповеди чей-то удивлённо-брезгливый голос рядом с ними. – Вы слишком много позволяете своему рабу, юноша!
Они обернулись к говорившему одновременно; Сильвенио смущённо моргал, а Аргза только насмешливо приподнял бровь. Человек, стоявший возле них, был чуть ниже ростом, чем Сильвенио, и незначительно шире в плечах, что придавало ему в сравнении с эрландеранцем менее изящный вид, но в целом он действительно больше походил на него, чем на варвара. Судя по расшитой золотом одежде, он относился как раз к группе нужных им зажиточных торговцев.
– Да, я… не так уж искусен в обращении с… рабами, – проговорил Сильвенио, неловко пытаясь избежать опасной правды и в то же время от природы не умея врать.
– Это заметно! Чтобы позволять рабу так наглеть, да ещё и в публичном месте! Какой стыд! Отойдите-ка, юноша, я покажу вам, как с такими надо обращаться.
Даже через фальшивый загар было видно, как Сильвенио побледнел. Аргза нехорошо оскалился: фарс фарсом, а трогать себя каким-то недоумкам он позволять не собирался.
– Нет нужды, – быстро, но спокойно отозвался Лиам. – Всё под контролем.
Под чьим контролем, он уточнять не стал. Торговец переводил подозрительный взгляд с одного на другого, и вокруг уже начала собираться толпа любопытствующих, привлечённых разгорающимся спором. Ситуация медленно, но верно приближалась к статусу абсурда. Напряжение росло.
– Я вижу, вы действительно очень неопытны, юноша. Могу я узнать имя вашего Дома? Мне бы хотелось поговорить с вашими родителями о некоторых аспектах воспитания. Быть может, они тогда смогут отнестись внимательнее к проблемам вашего общения со скотом.
Аргза, поименованный скотом, хищно улыбнулся. Сильвенио обречённо вздохнул.
"А я ведь говорил тебе, что эта затея изначально провальна, Лиам. Если бы ты хотя бы умел врать, то идея с маскировкой, возможно, была бы не так плоха, но ты безнадёжен."
Сильвенио опустил взгляд и выпустил хлипкий поводок из руки, понимая, что сейчас произойдет.
"Если
Пират отвесил ему подзатыльник, уже не стесняясь. Вокруг послышались изумлённые и возмущённые перешёптывания. Одновременно Сильвенио, вынужденный ответить против своей воли, вежливо улыбнулся торговцу:
– На этой планете у меня нет Дома, честно говоря. Моя семья осталась очень далеко. Извините.
И всё бы ничего, и можно было бы, пожалуй, как-то выкрутиться, исходя из этой только невинной реплики, но прилюдный подзатыльник от якобы "раба" и общий подозрительный вид их парочки сделали своё дело. Да и выкрутиться-то, в общем, не получилось бы в любом случае, потому что тогда пришлось бы придумывать себе легенду, а они этого себе позволить не могли. Оба понимали это, и потому уже в следующее мгновение, не дав больше произнести ни слова рвущемуся проявить своё дальнейшее недовольство купцу, Аргза активировал когти и отшвырнул его от себя. Затем схватил Сильвенио за плечо, рванув в сторону и расчищая себе путь при помощи когтей. В мгновенно возникшей суматохе они смогли сбежать с рынка незамеченными, несмотря на то, что рослого варвара крайне трудно было потерять.
– Ну, и что дальше? – спросил Аргза недовольно, когда они, переводя дыхание, затаились от преследователей внутри какого-то заброшенного низкого здания. – Ещё один гениальный план?
Ответить Сильвенио не успел: откуда-то из тени начали выползать к ним странного вида люди. Измождённые, в обносках, с затравленным взглядом – они явно принадлежали, мягко говоря, не к самому богатому классу населения. Аргза брезгливо изогнул бровь, размышляя, видимо, стоит ли вообще с ними драться, или можно просто игнорировать. Но оборванцы тянулись к ним, и их становилось всё больше – откуда только повылезали, спрашивается?
– Сир, – Сильвенио осторожно коснулся его локтя. – Не надо с ними драться. Они не хотят нападать. Посмотрите: они безоружны.
Те смотрели на них с явным страхом, не решаясь приблизиться на достаточное расстояние. Шумиха на рынке ещё не улеглась, но отсюда её можно было расслышать только как отдалённый гул голосов, и тишина, застывшая в пыльном воздухе этого здания, оседала в горле напряжением. Люди не шевелились, Аргза скучал и изучал их взглядом (явно не ощущая себя хоть в какой-то степени неловко даже в набедренной повязке и с болтающимся забытым поводком), Сильвенио ловил невнятные обрывки их мыслей, словно живая антенна. Мысли эти в основном отдавали привкусом чего-то вязкого, непонятного, но враждебности в них не чувствовалось совсем. И на том спасибо.
– Ты же этот… Паук, – полувопросительно утвердил один из них. – Пират. Один из легендарных участников в той Войне против Федерации.
Аргза лениво кивнул.
– Он самый. Что вам нужно, отбросы? Игра в гляделки мне надоела.
Из-за спины говорившего робко выглянул ребёнок лет десяти-двенадцати, чумазый и такой же запуганный, как и все остальные, и с любопытством уставился на пирата. Сильвенио улыбнулся ему чуть ободряюще: он знал по себе, как тяжело детям приспособиться к слишком рано вторгающемуся в их мир миру взрослых.