Цветы в пустоте
Шрифт:
Но с другой стороны… кому же верить, если не Лиаму, его Лиаму, который, в общем-то, и ненависти-то испытывать не умеет?
– Я верю тебе, – отозвался он, наконец. – Верю и разрешаю войти в мои мозги, как бы дебильно это ни звучало.
Сильвенио слабо улыбнулся – и тут же снова стал серьёзным. Зрачки его куда-то разом пропали, оставив лишь светлую радужку, и Аргза вдруг почувствовал, как… отключается. Да, пожалуй, другого слова было и не подобрать, он именно отключился – в одну секунду, как будто где-то внутри дёрнули рубильник…
Ему показалось, что в отрубе он провёл не больше нескольких секунд, но когда он очнулся –
Конрада, Чёрного Овна, больше не существовало – ни в его сознании, ни где-либо ещё. Во всяком случае, после этого Аргза больше ни разу его не ощущал, и ни разу больше он не просыпался со стойким чувством, будто бы бродил во сне. Сильвенио удалось его победить раз и навсегда – как он утверждал, а врать или хвастаться было не в его репертуаре. Аргза ему верил.
А однажды, через какое-то время, Аргза проснулся от того, что по телу его изучающе скользили знакомые прохладные пальчики. Открыв глаза, он с немалым удивлением обнаружил Сильвенио, с любопытством исследующего его руки и грудные мышцы невесомыми прикосновениями.
– Продолжай, – сказал Аргза, ухмыляясь и ничего не предпринимая. – Что бы ты там ни делал – продолжай.
Сильвенио, воспользовавшись разрешением, отбросил одеяло и уселся сверху на его живот.
– Я… провожу научный эксперимент, сир, – Аргзе досталась ещё одна лёгкая улыбка.
– Ммм… И что за тема эксперимента?
Тот задумчиво провёл по его груди ладонями, приглаживая густые тёмные волоски на ней. Зачем-то попружинил немного кончиками пальцев на его плечах, очертил линию мускулистой шеи, пощупал пресс. Аргзе стало щекотно.
– Тема моего эксперимента – "переоценка возможностей и альтернатив", сир.
Всё с той же задумчивостью он провёл губами по его животу вверх, демонстрируя всё новые пределы своей гибкости. Нерешительно лизнул, словно бы боясь отравиться, но не отравился и лизнул снова, уже увереннее. Это, конечно, было совсем не так развязно и возбуждающе, как заставлял его делать тогда Конрад, но зато это был не робот, а самый настоящий Лиам, и крышу от этого сносило едва ли не больше: одно дело – забитая кукла с чужим взглядом, изображающая страсть по заранее оговорённому сценарию, и совсем другое – свой собственный молодой любовник, по доброй воле решивший немного разнообразить их обоюдные ощущения.
– Могу я спросить? – снова подал он голос. – Вы ведь… довольно привлекательный, по крайней мере – по меркам варваров. С вашей внешностью вам, возможно, даже не нужно было бы платить кому-нибудь, чтобы… Но вы почему-то выбрали меня. Джерри говорил мне, что рано или поздно любой работник вам надоедает, но вы со мной уже… достаточное количество лет… Для этого есть какие-то особые причины?
Аргза едва подавил желание стащить его с себя за шкирку и целовать до тех пор, пока не заткнётся.
– Ты действительно хочешь говорить об этом сейчас? – ответил он вопросом на вопрос. – Вот именно сейчас, в данный момент? Или, может быть, вместо разговоров ты займёшься своим экспериментом?
Сильвенио серьёзно кивнул и вернулся к изучению его тела всеми доступными способами. Щекотка очень быстро, надо сказать, сменилась кое-чем получше. Гораздо
– Сир, – Лиам лизнул его в ухо, и Аргза, не глядя, ощутил на своей щеке его улыбку. – А если я буду делать так каждую ночь, вы перестанете меня бить?
– Так вот для чего ты это задумал. Поздравляю, ты становишься коварным.
Сильвенио потёрся о его плечо щекой, и его улыбка теплела уже где-то в районе шеи. Аргза почувствовал, как его помощника наконец отпускает накопившееся за все последние недели эмоциональное напряжение – и почему-то ему тоже стало от этого осознания легко на душе. Нет, всё-таки он был не прав, этот пташка-говорун, когда сказал, что у Аргзы нет никого и ничего. У Аргзы был он, Сильвенио.
– Да, сир… с вами по-другому никак, насколько я вижу.
И ведь не возразишь.
note 7
"Я, кажется, начал, наконец-то, привыкать. Не знаю, хорошо это или плохо. Но выжить теперь я сумею точно."
note 8
ГЛАВА 5. Подснежник
"Однажды старуха-Зима со своими спутниками Стужей и Ветром решила не пускать на землю Весну. Все цветы испугались угроз Зимы, кроме подснежника, который выпрямил свой стебелёк и продавил брешь в толстом снежном покрывале. Увидело Солнце его лепестки и согрело землю теплом, открыв дорогу Весне…."
Чья-то рука мягко перехватила его за талию, вылавливая из потока людей. Он удивлённо воззрился на улыбающегося Мартина, который даже в этом захолустном межпланетном баре не сменил свою белоснежную рясу на что-то более подобающее обстановке.
– Прости, – извинился тот и убрал руку, задержавшуюся на его пояснице чуть дольше положенного. – Просто не ожидал тебя тут увидеть.
Сильвенио улыбнулся в ответ: с Мартином они уже давно переписывались и даже несколько раз общались по видеосвязи, пока Аргза не видел, и за прошедшее с их первой встречи время они успели подружиться. Мартин был неизменно добр к нему, и, казалось, всегда был рад поговорить о чём угодно. Общение с ним изрядно облегчало Сильвенио жизнь – каждый раз, когда Мартин каким-то образом выходил на связь, пусть даже на пару минут, у Сильвенио оставалось после чувство какого-то тёплого спокойствия на душе.
– Ничего. Я здесь… сам знаешь, с кем.
На "ты" он согласился перейти относительно недавно, и Мартина это, кажется, воодушевило безмерно.
– Знаю, знаю… Абсент тоже ему несёшь?
Сильвенио уныло покосился на бокал с ядовито-зелёной жидкостью в своей руке.
– Разумеется. Я не люблю алкоголь. Он однажды заставил меня распить с ним бутылку вина на двоих – мне не понравилось. Воздействие самого алкоголя на мозг я всё равно нейтрализую, а без градуса вкус как-то не впечатляет.