Цветок репейника
Шрифт:
Он попытался удержать ее, но не успел. Тиана плотнее закуталась в шаль и быстро протолкалась поближе к музыкантам. Если стоять рядом с ними, вряд ли будут приглашать танцевать, но это было привычно и даже удобно. Она кивком поприветствовала знакомых и легко взобралась на мраморные перила, окружавшие импровизированную сцену. Теперь можно было притвориться статуей.
Нира оттеснила неловкую девочку в венке и завладела вниманием как Маро, так и почти всех прочих мужчин. Тиана всегда любовалась подругой. Иногда с оттенком зависти, а чаще просто как удивительным творением богов. Высокая, тоненькая и грациозная, Нира умела двигаться изящно и плавно, но с неумолимой настойчивостью
Лишь один взгляд рассеянно скользнул по гибкой фигурке в бирюзовых шелках и больше к ней не обращался. Один из множества.
Красный Герцог стоял среди прочих зрителей, пусть и в первом ряду. Куда он подевал коня, было непонятно, но уж наверняка нашлось немало желающих оказать услугу всенародному герою. Черная, нарочито простая и грубая одежда была ему к лицу даже больше, чем сверкающее великолепие парадных доспехов. Он действительно был красив почти до неприличия. Тогда, при первой встрече Тиана не особенно его рассматривала. В нем не было черт, волновавших ее в то время. Она любила лихих пиратов, нахальных разбойников или хотя бы насмешливо-злоязыких менестрелей. Героические подвиги на поле брани, закованное в латы долга и славы благородство – это все было никак не для нее. Особенно в сочетании с преклонением и обожанием толпы. Со временем и печальным опытом многое в мыслях Тианы переменилось, но откровенно скучающее выражение на красивом лице герцога не привлекало и теперь. Оно раздражало.
Тиана сама не могла понять, отчего ей так важно мнение этого человека. Но глаза ее то и дело обращались к горделивому профилю, а слух пытался уловить обрывки фраз, которые Красный герцог лениво бросал через плечо своему закутанному в плащ собеседнику.
«Постойте– ка!»
Плащ был очень знакомый. Видела она уже его сегодня. С куда более близкого расстояния.
Демон, вселившийся в Тиану еще до выхода из дома, предвкушающее потер ладошки и толкнул ее на обычно не свойственное озорство.
Девушка спрыгнула со своего со своего уже нагретого и такого удобного места и решительно подошла к Каомо, флейтисту. Тот как раз доиграл свою партию и мог уделить ей немного внимания. По мере того, как она объясняла ему свою задумку, легкое недоумение на лице музыканта сменялось недовольством, потом интересом.
– Ты для этого так вырядилась? – жарким шепотом спросил он ее наконец.
– Да. То есть нет, я сразу ничего такого не хотела.
– Ой, врешь, Тинка. Но то не мое дело. Моя задача, чтобы людям было интересно, а в шляпе прибывали денежки. Ты же не претендуешь на свою долю?
Тиана замотала головой.
– Вот и замечательно.
Танец закончился. Каомо что-то шепнул мальчишке-шляпнику, и тот, потрясая над головой звенящим бубном, попросил освободить достаточно места. Скрипки замолчали все одновременно, а в долгую перекличку флейт ритмом сердца вступил голос совсем другого инструмента. Обычно здесь так не играли, но ведь теперь с югом мир? Теперь-то можно?
Быстро, пока никто не успел перебить впечатление, Тиана выскочила в середину круга, прошлась, мелко дробя каблучками, и резким движением вскинув руки над головой, распахнула шаль.
Судя по реакции зрителей, наряд перед выходом из дома она сменила не зря. Хотя тогда она еще и сама не подозревала, зачем это сделала.
Выбранное в последний миг платье было традиционным. Только не здесь, а на далеком юге. Тиана сшила его для карнавала уже давно, но все никак не решалась надеть, понимая, что в этом могут увидеть вызов и даже
Платье было черным, как ночь, без отделки и лишних деталей. Жесткий корсаж плотно охватывал стан девушки, приподнимая и без того высокую пышную грудь. Нет, никаких открытых вырезов, никаких обнаженных плеч и рук, все было даже преувеличенно скромно. Для заинтересованных взглядов мужчин и осуждающе поджатых губ некоторых почтенных матрон вполне хватало покроя. Северянки носили платья с укороченным лифом, тяжелые складки широких юбок начинались от ребер или даже сразу под грудью. Платье Тианы делало доступной взору все изгибы ее тела. Корсаж доходил до талии, а юбка из мягкой, хоть и плотной ткани, была достаточно узкой, подчеркивающей линии бедер, и расходилась многочисленными клиньями над самыми коленями. Никаких украшений Тиана не надела, только воткнула в тяжелый узел волос искусственный цветок.
Танцевать Тиана умела, хоть и не очень любила. Точнее, ей это нравилось в детстве. А теперь навевало слишком много непрошенных воспоминаний. Демоны прошлого пришли предъявлять права на ее душу, подступая все ближе с каждым ударом струн. Должно быть, именно поэтому ее танец так походил на борьбу. Каждым шагом, каждым стремительным движением рук она сражалась насмерть. Щелкала пальцами, отбивала бешеный ритм каблуками, задавая темп музыкантам, припадала на одно колено, простирая тонкую руку к зрителям, обманчиво беспомощная и словно сломленная. А потом восставала диковинной птицей-фениксом и вновь бушевала,подобная пламени костра.
Только как победить, если противник в поединке ты сама?
Вокруг уже успело потемнеть, но в неверном свете фонарей и факелов Тиана то и дело различала лица, обращенные к ней. Некоторые были знакомые, некоторые не очень. Нира-подруга смотрела с откровенным восторгом и даже слегка с ужасом. Каомо заговорщицки подмигнул. Маро изучал как неведомую зверушку.
В какой-то миг взгляд Тианы выхватил из общей картины чеканное бледное лицо, на котором не осталось и тени былой скуки. Красный герцог смотрел на танцовщицу, не отрываясь. Разыгравшийся ветер развевал длинные белоснежные волосы, коснуться которых мечтала едва ли не каждая девица в Империи. Воплощенная картина кисти великого мастера. Что-то про романтику и таинственность. Или про сошедшего небес на землю Звездного бога. Потому что живые люди таким красивыми, разумеется, не бывают.
А рядом с герцогом стоял другой человек, тоже вызывавший сомнения в своей реальности. Нет, он как раз на бога совсем не походил. Равно как и на благородного героя. Скорее на театральную маску злодея, в которой намеренно преувеличена каждая характерная черта. Узкое смуглое лицо было обветренным и неуловимо неправильным, словно носившим отпечаток болезни или дурной крови. Открытый высокий лоб сочетался с низкими бровями, между которыми к тому же пролегала глубокая вертикальная складка. Скошенный подбородок, большой, кривившийся в усмешке рот, длинный и даже слегка крючковатый нос не были бы привлекательны даже по отдельности. Все вместе это было как-то даже слишком. В особенности в такой близости к безупречной внешности Красного герцога. Единственным, что было не отталкивающим в этом лице, оказались глаза. Большие, лучистые, серо-зеленые, будто зимнее море. Тиане они показались чем-то знакомыми, но мелькнувшая было мысль быстро потерялась за другими. Потому что богато расшитый плащ с широким капюшоном, сейчас отброшенным на спину, она не узнать просто не могла.