Цвет ночи
Шрифт:
Пытаясь вырваться, выкручивая запястье, изнемогая от холода и удушья, я отступила назад, но внезапно уткнулась спиной во что-то. Горячая рука обвила меня, обжигая кожу живота, крепко прижимая меня к огненному телу, а другая коснулась ладони. Горячие пальцы сомкнули мои, и я ощутила, что между ними зажато нечто — холодное и металлическое. Правую щёку и ухо обдало жаром от дыхания — чьи-то губы коснулись моих волос, и когда с них сорвался голос, я осознала, что это Ян. Он крепко меня обнимал.
— Когда я скажу, бросишь в центр вихря
И улавливая мою растерянность повторил просьбу ещё раз.
В это время шторм выворачивал корни деревьев из земли, подбираясь ближе, метая в нас щепки, ветки, камни и мелкие куски льда, царапая кожу на моих щеках, нанося безжалостные хлестки по телу, постоянно вынуждая зажмуриваться. И когда буря ударила в стены замка, когда застелила свечение полной луны, Ян выпустил меня из рук и подтолкнул вперёд, побуждая действовать.
Почти не глядя, я замахнулась и метнула клинок, не в силах прицелиться, в столб смерча. Под натиском мощного дуновения я упала на каменную плитку, распластавшись на полу и, глядя ввысь, наблюдала, как плотный клубящийся воздух вдруг начал рассеиваться, а гулкий шум — стихать. Он сменился протяжным звоном — перила террасы рухнули на плитку, рядом со мной. А вместе с ними упал некто, будто свалившись с небес. На полу можно было различить силуэт девушки. Пепельно-русые волосы и блеклая кожа — это была их сестра, Александра. Её заострённое худое лицо было искажено, с губ срывался стон, а серебристо-серое одеяние было порвано — из её живота торчала усыпанная рубинами рукоятка брошенного мной кинжала.
7. Наследники ада
Не владея собственными действиями, не способная подняться с пола, я с ужасом смотрела на девушку, не замечая никого вокруг. Александра приподнялась на колени и пыталась вытащить нож, который причинял ей боль, проливая её кровь, сочащуюся из глубокой раны, однако, кинжал никак не поддавался, будто застряв в её рёбрах.
Не понимая, как это произошло, осознавая, что натворила, я в панике, задрожала и поискала взглядом Яна, который с полным спокойствием, спрятав руки в карманы и наклонив голову на бок, молча наблюдал за собственной сестрой.
Весь его вид отражал властность и жестокость, и он явно не считал, что произошла какая-то ошибка. Окинув взглядом остальных — Гая и поспешивших сюда Валентину, Константина и Алексея, замерших в стороне, не делающих никаких попыток помочь Александре, я медленно начала понимать, что их устраивает, что она испытывает страдание. Будто они желали, чтобы я её ранила. Будто никакой ошибки не было, а происходящее — являлось их изначальным планом. Лишь Велес, только что появившийся на балконе, слегка поморщился.
Непринуждённые шаги послышались рядом — подхватив меня под мышки, Ян резким движением поднял меня и поставил на ноги, расстегнув свой камзол и в следующую секунду закрутив в него меня, согревая.
— … освободи меня… — раздался стон девушки, корчившейся на
Внутри меня всё сжалось. Моё тело дрожало от холода и ужаса. И посмотрев на её братьев и сестёр, я осознала, что никто не сдвинулся с места и не собирался сделать шага на встречу.
Я не могла разобраться, почему они так с ней поступают. Их поведение ввергало меня в оцепенение.
— Александра говорит это тебе, Ава, — объявил мне Ян.
Не вдумываясь в то, почему она обратилась ко мне, получив негласное разрешение двинуться к ней, я сделала шаг, но хватка Яна за предплечье не позволила мне устремиться на помощь к его сестре.
— В обмен на то, что ты вытащишь кинжал, она будет служить тебе, пока ты не пожелаешь дать ей свободу, — дополнил ровным голосом он.
— Что?! — выпалила я на одном дыхании, обернувшись на него.
— Это проклятие, подобное моему с песней о Ящере. Его наложили люди во время войны, и теперь, ты, как человек, представитель вида людей, им воспользовалась.
— … вытащи его… — молила Александра. — … прошу…
Она закашляла, и капли крови оросили плитку. Моё сердце бешено заколотилось. Мне казалось, что я и сама ощущаю её боль. Мне становилось плохо.
— Спроси её, будет ли она тебе служить, — сказал Ян.
Вот, зачем он водил меня в лес и учил держать этот нож. Он хотел получить власть над собственной сестрой с помощью меня. Не задумываясь сейчас, насколько это неправильно и жестоко, я решила выполнить требование Яна, лишь бы поскорее избавить её от лезвия под рёбрами, которое находилось там по моей вине, а потом потребовать объяснений.
— Ты… будешь… мне служить? — быстро проговорила я, обращаясь к Александре, не веря, что действительно делаю это — накладываю на кого-то проклятие прямо сейчас.
— …да… — хрипло вымолвила та.
— Ты будешь исполнять каждый её приказ? — строго вопросил Ян.
— …буду… — ответила Александра.
— Ава, будь добра, вытащи его и сразу же прикажи ей не причинять тебе вред, не покидать этот замок без твоего разрешения и никоим образом не пытаться связаться с матерью или отцом.
Он освободил меня от хватки, и я направилась к девушке. Я не знала, как к ней относиться. Ян обращался к ней с подчёркнутой холодностью, как и все здесь собравшиеся. Никто её здесь почему-то не жаловал. И, кажется, она была опасна. И раз они решили сковать её волю подобным образом — они не могли ей доверять. Но сестра была нужна им. А точнее — нам. И как ни странно, теперь она будет слушаться, беспрекословно, именно меня.
Склоняясь над её выгнутой спиной, я тяну дрожащую руку к её животу и обхватываю рукоятку клинка, скользкую и горячую, выпачканную чужой кровью. Аккуратно извлекая её, боясь причинить ещё больше страданий, произношу приказы, надиктованные мне Яном. И отшатываюсь от девушки, словно в испуге. Оказываясь рядом с Велесом и Гаем. Почему-то сознательно не подаваясь в сторону Яна.