Цунами
Шрифт:
— Enjoy! — закончив свое дело, еще раз приветливо пожелала она.
Барменша-мальчик довольно уцокала, и Рад вернулся к их разговору с Нелли.
— Что Дрон? — снова спросил он. Что с ним? Нелли наконец решила смилостивиться.
— Ничего с твоим Дроном, — сказала она. — Все с ним в порядке. Ждет нас. Поедем на курорт. В Паттайю. Слышал о таком месте?
— С чего нам вдруг в эту Паттайю?
— Понятия не имею. — Нелли продолжала демонстрировать ему свою милостивость. — Так, думаю, нужно. Ты что, не хочешь
— А почему я должен туда хотеть? Нелли некоторое время молчала.
— Ну, раз Дрон едет туда, значит, и ты поедешь, — сказала она затем.
«Поеду. Конечно», — прозвучало внутри Рада, но вслух он теперь ничего не произнес.
— И когда выезжать? — только спросил он минуту или две спустя, когда оба они уже ели.
— Да позавтракаем — и в аэропорт, — проронила Нелли. — Ты не против самолета? Каким-нибудь рейсом да улетим.
— Улетим, — согласился Рад.
— Разве что места окажутся не вместе. — Нелли, подняв на него глаза, прищурилась. — Ничего, переживешь?
— Мне это будет трудно, но я постараюсь, — ответил Рад.
Нелли убрала прищур.
— А мне — в удовольствие.
Но места в самолете им дали рядом. И Нелли, когда регестрировались, не попросила места отдельно. Все время после завтрака, упаковав чемоданы и расплатившись в гостинице, пока добирались до аэропорта, стояли в кассах «Thay Airways», ожидали потом своего рейса, они почти не разговаривали. Только перебрасывались отдельными фразами, когда нужно было что-то решить, о чем-то договориться, решали, договаривались — и вновь умолкали. Рад старался не думать о вчерашнем. Похоже, как союзник Нелли была пустое место, но сделать себе из нее врага!
Когда уже сидели, пристегнутые ремнями, а самолет, вырулив на взлетную полосу, ревел, сотрясая корпус, двигателями, готовый к разбегу и взлету, на который все не благословляли диспетчеры, Нелли неожиданно нарушила их молчание.
— И что тебе было не сделать мне ребенка? — изошло из нее.
Интонация, с которой она произнесла это, была совсем другая, чем утром за завтраком. Это была интонация любовницы, с которой давно и прочно все в прошлом, но внутренняя их связь по-прежнему тесна, и можно говорить о самом интимном. Это была Нелли, так много раз согрешившая с ним, что грех перестал быть грехом.
— Именно ребенка? — опасаясь спугнуть эту новую Нелли, уточнил Рад.
— Именно ребенка, — подтвердила она.
— Если речь именно о ребенке, то в твоей ситуации, насколько мне известно, это в Америке можно сделать совсем другим способом. Существует банк доноров…
Нелли перебила его:
— Это как корову шприцем — и с теленочком?
— Зачем подобные аналогии. — Рад покрутил перед собой руками — словно перемешивал что-то. Жест ничего не выражал: ему лишь хотелось придать своим словам вескости, которой им откровенно недоставало. — Аналогия должна
— Суть, форму, — эхом повторила Нелли. — Когда о чужом, все просто, да?
Это было точно, она была права. Рад не знал, что ответить ей.
Он правильно сделал, что не поспешил с ответом. Нелли ответила себе сама:
— Впрочем, вероятней всего, дело кончится именно шприцем. Неизвестно от какого бычка.
Теперь Рад знал, что ответить ей.
— Главное, это будет твой ребенок.
— Ну разумеется, — Нелли кивнула. — Кстати, если бы я от тебя забеременела, Дрон бы тебя убил. Не на дуэли, а так. Он отличный стрелок.
Противоречие между тем, что она изрекла сейчас, и тем, что говорила вчера в его номере, было очевидным. Странно, однако же, было бы уличать ее внем.
— Чтобы убить, вовсе не обязательно быть отличным стрелком, — проронил Рад.
— Он бы тебя убил как отличный стрелок — одним выстрелом, — сказала Нелли. — Если бы ты остался жив, ты бы ему мешал. Даже живи ты на другой стороне земного шара.
Рада помимо воли овеяло внутри озонным ветерком озноба. Говорила она правду, верила в то, что говорила? Или же фантазировала?
Двигатель самолета взвыл в форсажном режиме. Самолет задрожал еще сильнее, стремительно рванул вперед, набирая скорость, под шасси мелко и часто застучали стыки бетонных плит, — и самолет взмыл в воздух. Земля понеслась вниз, становясь собственным макетом — чистенькая, аккуратная, игрушечная. Нелли, сидевшая у окна, наклонилась к нему, глядя вниз. Через минуту, когда она вновь повернулась к Раду, в глазах ее был блеск некоей новой мысли.
— А с Женькой у тебя что? — спросила Нелли. — Как она тебе вообще?
Рад не понял, о ком речь.
— Что за Женька? — встречно спросил он.
— Что за Женька, ого! — воскликнула Нелли. — Ты же через нее и связался с Дроном. Ее отец с отцом Дрона друзья, еще с прежних времен.
Рад сообразил, кого имела в виду Нелли.
— А, Женя-Джени, — проговорил он.
— Ну так что, как она тебе? — нетерпеливо повторила вопрос Нелли.
— Милая девушка, — ответил Рад. — На тебя чем-то похожа.
— Да? — Было непонятно, приятно Нелли это сравнение или наоборот. — И чем же?
— Блеском красоты и интеллекта, — сказал Рад. Нелли фыркнула.
— И что у тебя с ней? — Она не забыла и первой части своего двойного вопроса.
— Ничего. — В известном смысле это была чистая правда.
— Вре-ешь! — уличающе протянула Нелли. — Она в мейлах так тобою интересуется — когда «ничего», так интересоваться не будешь. Она на тебя запала. Знаешь, что она на тебя запала? С чего ей так запасть, если ничего?
— А если «с чего», так что?
Нелли смотрела на Рада умудренным взглядом отпылавшей любовницы, испытывающей к нему одни материнские чувства.