Cнова дома
Шрифт:
Глава 14.
Всё-таки удалось! Слушая, как оживленно и дружески проходит видеоконференция по Скайпу, я искренне радовался нашему первому шагу. Согласовать время встречи оказалось нетрудно. В назначенный час я вызвал мистера Стивенса, затем подключил Олиного отца, с которым американца связывали дружеские отношения, а последним присоединился Пономарев. Представив его остальным собеседникам, я предоставил им свободно общаться, не пытаясь играть в беседе первую скрипку. Челночная дипломатия давала свои плоды
– Прежде чем мы возьмемся за этот многолетний труд, думаю стоит прояснить мотивы участия каждого игрока в проекте. Начну с себя. Как представитель правительства Российской Федерации, я прежде всего заинтересован в экономическом процветании своей страны. А что движет вами, компаньоны?
Ни Пономарев, ни американец не спешили с ответом, пока наконец Стивенс не сказал:
– Меня привлекает в первую очередь масштаб проекта. Сейчас трудно предсказывать, во что может развиться дальневосточная СЭЗ, но с учетом потенциала России, со временем она может составить конкуренцию Сингапуру или Гонконгу. Мне доводилось участвовать в крупных проектах, но этот легко затмит любое из предыдущих начинаний. Чувствую себя немного Колумбом, которому предстоит открыть Америку, и это весьма приятно и волнующе.
Пономарев согласно кивнул и произнес:
– Разделяю ваше чувство, мистер Стивенс. Меня также притягивает размах этой инициативы. Кроме того я с детства горжусь достижениями своей страны и мне хочется пробудить тот потенциал, о котором вы говорили. Россия живет сейчас за счет своих природных богатств, но ее главное достояние - талантливые люди. Наш проект должен помочь им проявить себя.
Вновь установилось молчание, и я вдруг понял, что все трое выступающих смотрят на меня. Олин папа улыбнулся и сказал:
– Остался ты, Сергей. Чего ждешь от проекта?
– Хорошо, буду откровенен. Интуиция подсказывает мне, что старая экономическая система находится на пороге жесточайшего кризиса. Необходим “Ноев ковчег” - место, где сохранится относительная стабильность и где можно будет работать над технологиями будущего - новыми источниками энергии и медицинскими разработками. К проекту хотелось бы привлечь как можно больше талантливой молодежи, которой пока приходится искать счастья за рубежом или “продаваться” банкам и нефтяным компаниям. И наконец установить там справедливое и рациональное управление, без средневековой жестокости и деспотизма. Вот такая мотивация.
– Что ж, хорошо сказано.
– произнес Николай Эрнестович, Стивенс и Пономарев согласно кивнули.
– Тему возможного кризиса мы обсудим в другой раз, а сейчас распределим роли. Я могу достаточно быстро подготовить проект СЭЗ и разослать его всем участникам. После того, как вы внесете свои коррективы, Максим Витальевич может представить его президенту и заручиться его поддержкой. Если встреча пройдет успешно, мы в деле.
После краткого обсуждения план был принят и совещание закончилось.
….
В десяти километрах
Старший из них произнес:
– Мне доложили о твоем предложении, Максим. Прямо скажем, неожиданном. Что ты затеваешь?
– Владимир Владимирович, это проект индустриального и научного центра на Дальнем Востоке. Цель - привлечь американские инвестиции и технологии. План соответствует нескольким пунктам вашей программы - создавать новые производства, развивать регионы, привлекать инвестиции.
Старший собеседник взглянул на него, проверяя искренность, а затем с давлением произнес:
– Я ж тебе такого поручения не давал?
– Поэтому и решил сам обратиться к вам с предложением. Я хорошо знаком с проблемами Дальневосточного региона, несколько лет работал в тех местах, когда развивал “Пономакс-минерал”. Там тяжелая ситуация на многих фронтах, нужно решительно вмешаться.
– Что с твоим сырьевым бизнесом?
– Последние крохи в прошлом году продал “Русалу” и госкорпорациям. Считаю, что больше пользы могу принести в тех областях, которыми никто не занимается.
– “Сколково” уже есть. Зачем нам ещё одна особая зона?
– На Дальнем Востоке совсем другие условия. Проще развивать производство из-за дешевизны земли и близости стран Азиатско-Тихоокеанского региона.
– Мы не сможем выделить финансы на этот проект. Сейчас не до этого.
– Это и не требуется. Нужен лишь особый статус для привлечения инвесторов - упрощенная бюрократия и низкое налогооблажение.
– Сказал - и ухом не моpгнул. На российской территории предлагаешь строить “песочницу” для американский компаний. Приезжайте, поиграйте тут бесплатно. А как наиграетесь, мы за вами мусор уберем, спасибо.
– Можно на эту песочницу посмотреть и с другой стороны. Инвесторы потратят миллиарды долларов, чтобы построить предприятия на нашей территории. Создадут рабочие места, будут развивать производство. Рядом с ними вырастут российские технологические компании. Мы приложим все усилия, чтобы перспективный российский бизнес имел все возможности для развития и конкуренции.
– А что американцев вдруг к нам потянуло? Говорят же, не суй свой взнос не в свое дело. Чего им дома не сидится?
– Это хайтек компании с международным бизнесом. Они работают со всеми, кто желает. Там много русских сотрудников, которые не прочь поработать на родине. Главный партнер верит в перспективы России и хочет принять участие в ее модернизации.
– Когда ожидать первые результаты?
– Дайте мне три года и проект заработает.
Старший собеседник вновь изучающе взглянул не него, усмехнулся, неожиданно ловко закатил шишку на безупречно чистый ботинок, подбросил ее и хорошо поставленным футбольным ударом отправил в лес.