Cнова дома

Лепетов Дмитрий

….

Уже второй день я плыл на двадцатиметровом “челне” с крышей из бамбука и пальмовых листьев. Раньше такие лодки изпользовались для перевозки риса, а теперь были полностью переоборудованы под плавучие дома. Этим занималась французская компания и результат был впечатляющим - отделанная ценными сортами дерева с красивой мебелью и двумя уютными кондиционированными спальнями, крытой верандой, и кухней, лодка позволяла с комфортом путешествовать целой семье. Я был единственным пассажиром и находился в компании капитана, крутившего на носу штурвал и повара, готового в любую минуту приготовить что-то вкусненькое.

Проснувшись

утром, я поздоровался со служащими и заказал кофе и омлет на завтрак. Наша лодка тут же причалила у ближайшей деревушки, где повар купил яйца. Через несколько минут на сковороде шкворчал омлет, а в турке варился кофе. Устроившись в глубоком кресле на крытой веранде на носу судна, я наблюдал за жизнью вокруг. Мы двигались по каналу, обрамлённому высокими пальмами, чуть склонившимися к воде. На берегах этой симпатичной водной “аллеи” встречались небольшие деревушки, где кипела жизнь - женщины стирали, детишки плескались, кто-то умывался. Старик в рубахе и тряпке, обернутой вокруг бедер, вел за собой вола. Вдали виднелись рисовые поля, там по слухам собирали три урожая в году. Вдоль берегов сновали мелкие лодчонки, на которых кто только не ездил - от пожилых женщин с единственным веслом в руках до компаний из шести-семи человек, с трудом умещавшихся в утлых судёнышках.

После завтрака капитан обернулся ко мне и сказал:

– Мистер Сергей, скоро мы выйдем в озеро.

– Отлично, капитан. Как оно называется?

– Вембанад. Там очень красиво.

Кэп нравился мне своей лаконичностью и профессионализмом. Временами он вел лодку по совсем узеньким канальчикам, идеально вписывая её в повороты и огибая препятствия. Его комментарии были краткими и точными, не нарушая магию безмятежного путешествия.

Как и было обещано, через несколько минут мы вышли на простор. Волн не было, гладкое водное пространство казалось бескрайним и ласково поблескивало в лучах утреннего солнца. На поверхности озера кое-где росли кувшинки, временами разрастаясь и образуя крохотные островки. Там обитали длинношеие серые птицы, похожие на маленьких цапель.

Было тихо и спокойно. Временами нам встречались местные рыбаки, поодиночке сидящие в оригинальных круглых судёнышках. Изредка, ловко орудуя веслом или шестом, проплывали мужчины или женщины в деревянных лодках, спешащие куда-то по своим делам. Пару раз тишину озера нарушили длинные моторки, “с горкой” груженые какими-то мешками. Ко второй сзади была приторочена маленькая лодчонка, в которой сидели пару халявщиков. В отдалении можно было разглядеть два плавучих круизных дома типа нашего, слегка отличающихся по дизайну.

– У вас прекрасная лодка, капитан. Самая красивая на озере.
– я решил сделать комплимент молчаливому индийцу у руля.

Тот благодарно улыбнулся и стёр пот с лица. Становилось жарко. На тенистой веранде было хорошо, но на носу лодки, где сидел капитан, тени не было. Одной рукой он держал над собой раскрытый черный зонтик, а второй крутил штурвал. Эх, Индия, Индия… Ты непобедима.

….

Попутешествовав по озеру часа два-три, мы вновь свернули в каналы и вскоре остановились у небольшой пагоды. Капитан обернулся ко мне и сказал:

– Сэр, вы не возражаете, если я ненадолго посещу храм?

– Без проблем. А меня возьмёте с собой?

– Вообще туда

пускают только индусов, но я попробую договориться.

Мы спустились на причал и через минуту вошли в ворота пагоды, где капитан заговорил с важно выглядящим брамином. Тот чуть нахмурился, внимательно посмотрел на меня, но кивнул головой и вернулся к своим делам. Капитан довольно улыбнулся и сказал:

– Он не возражает, можете осмотреть храм.

– Как вы его уговорили?

– Как-никак, я его старший брат, так что долго уговаривать не пришлось. Просто за вас поручился. Извините, я вас здесь оставлю.

– Спасибо за протекцию, кэп. Увидимся на лодке.

Я двинулся вокруг главного здания, рассматривая статуи и богато орнаментированные стены пагоды. За углом я наткнулся на странную картину - три совершенно голых человека преклонных лет с длиннющими волосами в стиле Боба Марли застыли в странных позах, словно окаменевшие. Первый стоял на одной ноге, высоко поджав вторую и переплетя руки за головой. Второй устроился вниз головой, упираясь в землю локтями и выгнув тело назад, а третий сплел ноги в позу лотоса и приподнялся на руках. Их тонкие тела с выступающими ребрами словно одеревенели, оставаясь совершенно неподвижными. Это были нага-саньясины, голые отшельники, отказавшиеся от всех материальных благ ради поисков Бога. Жили они подаянием, занимаясь в основном медитациями и духовными практиками. Эти трое, однако, умели делать то, что большинство их собратьев не могло - впадать в глубокий транс, самадхи.

Что-то глубоко волнующее было в этом зрелище - эти тела казались застывшим криком “О высочайший, услышь нас!”. Я присел, не сводя с них глаз, и присоединился к молитве, прося Бога прислать мне учителя. Неожиданно из-за угла, смеясь, выбежал нарядный темнокожий мальчик с большими озорными глазами. Удивленный появлением здесь ребёнка, я улыбнулся ему, показал на отшельников, и прижал палец к губам:

– Тсс!

Мальчишка, однако, не собирался успокаиваться. Показав мне язык, он пробежал кругом, напевая какую-то песенку, а потом встал прямо напротив аскетов и сказал:

– Правда, они замечательные? Нравятся тебе мои поклонники?

– Очень! Но почему ты называешь их своими поклонниками?

Мальчишка, словно играя в классики, припрыгал ко мне и сказал: - Посмотри внимательно, ты же умеешь!

Мир мыслей одного йога открылся перед моим взором. Чарующая картина прекрасного ребенка-Кришны с флейтой в руках стояла у него перед глазами, как две капли воды похожего на непоседливого мальчишку в храме. Ребенок заиграл волшебную мелодию и океан радости затопил сердце святого. В глазах маленького Бога было видно всё - пространство и время, космос с созвездиями, луну и солнце, сушу и моря, воду и огонь.

Я обернулся к стоящему рядом мальчишке, но того уже и след простыл! Неожиданно стоящий на одной ноге святой открыл весёлые, счастливые глаза и подмигнул мне. Я улыбнулся в ответ, сложил руки перед собой в жесте индийского приветствия и мысленно задал ему вопрос:

– Как мне увидеть Кришну?

– Он приходит ко всем, кто его любит.

– Он только что был здесь. Я не узнал его сразу.

Старик не ответил, но продолжал тепло улыбаться счастливой улыбкой, оставаясь в своей загадочной позе. Набравшись смелости, я спросил: