Цивилизаторы
Шрифт:
— Долго болел. — Сергей не врал.
— Раньше больше весил?
— Да!
Громила с выпирающим подбородком соскочил с коня и подошел вплотную к Серову.
— Иноземец! И одежда чудная, и говор. И смотрит, будто равен нам. — Он осмотрел Сергея с ног до головы.
— Умеешь что-нибудь?
— Только убивать научили. Большего не успел.
Серов привык говорить, что думает, но тут понял, что сказал что-то не то или не тем.
— И чем научили убивать? — громила
— Руками… чем же еще?
— Просто так можешь убить? Или повод нужен? — спросил сидящий на коне второй бугай.
— Просто так даже мухи не родятся…
Мужик, стоящий возле Серова, покровительственно улыбнулся:
— Ты смотри — храбр! И за словом в карман не лезет. Надо его выражение запомнить.
— Ножом убивать умеешь?
— Могу!
— Ну, вот тебе и шанс. Выбирай! Или мы тебя дубинами забьем насмерть, или ты перережешь горло гаденышу, что прячется за тобой.
— Дайте нож! — голос Сергея не подвел.
Нож кинули не задумываясь.
— А покрупнее есть что-нибудь, не такая мелочь?
Сергей взвесил на руке обрубок, очень напоминавший заточку.
— Этим обойдешься.
Конники ждали. Их поджарые лошади косили на Серова бешеными глазами.
— Слышь, пацан, видимо, судьба у меня такая! — Серов сказал это очень-очень тихо.
Нож лег в ладонь так, как учили. И лезвие, сверкнув голубой змеей, вошло в горло сидящему на коне. Тот даже не захрипел: просто завалился набок, зацепившись ногой за стремя.
Мальчишка взвыл и бросился к лесу. Сергей проводил его взглядом, и этого мгновения хватило, чтобы упустить из виду громилу.
Нож вошел где-то под сердцем. Сергей икнул и упал на колени. Успел еще почувствовать, как в спину ткнули сапогом.
Земля с размаху ударила в лицо.
Кто-то растирал тело Серова водой. Рана не болела, а лишь слегка пощипывала.
— Мам, он за меня с жизнью расстался! — мальчишеский голос давился слезами. — Мама, сделай что-нибудь. Я не хочу, чтобы он умирал!
Голова Сергея оказалась на чьих-то коленях. Чьи-то руки гладили ему волосы. Влага капала на лицо.
— Там, в траве пакеты… Вода… дайте выпить. Рано мне… еще умирать… — прохрипел он, но глаза открыть не мог, их как будто склеило.
— Воды хочет!.. Значит, умрет. Красивый, а прожил немного, — влился в ухо грудной девичий голос, потом охнул.
Голова парня вновь оказалась на земле. По губам провели влажными пальцами, в рот потекла безвкусная жидкость. Сергея передернуло. Он вновь потерял сознание.
Очнулся среди ночи. Темнота и влажный воздух напомнили единственную поездку на
Руки сами потянулись к ране. Под сердцем шрама не было. Сергей долго себя ощупывал, и наконец вспомнил слова системы о живительных пакетах.
Он лежал на сеновале, на мягкой, пахучей перине из сухих трав. Когда полностью пришел в себя, Сергей протянул руку и почувствовал рядом чей-то упругий округлый бок. Прислушался: женщина дышала ровно — значит, спала.
Кто такая? Как выглядит? На эти вопросы Серов ответить не мог. Ни луча света, ни даже отблеска! Сплошная темень.
— Проснись! — тихо позвал Сергей. — Проснись, пожалуйста…
Мягкая рука коснулась его лица, ласково погладила по щеке.
— Жив!
Сергей узнал ее голос.
— Ты кудесник? Али кто пострашнее? — Девушка задавала вопросы, а ее рука все продолжала гладить парня по лицу.
— Я иноземец.
— Ты храбрый! Среди наших мужчин таких уж не осталось. Всех смелых перебили, а уцелевшие ни на кого не похожи. Воду твою волшебную я спрятала во флягах. Рядом с тобою лежат, с правого бока.
— О других иноземцах не слышала?
— Как же не слышать? Увезли их в город. Говорили, что среди них девица красоты неписаной. Будто наш городырь на нее глаз положил!
— Кто такой городырь?
— Наш наместник! Его сына только что кто-то убил в лесу. Не твоих ли… — Девушка осеклась. — Принесу тебе чего-нибудь поесть!
Рядом зашуршало сено. Через пару секунд в темноте высветлился дверной проем. Сергей задержал взгляд на широкобедром силуэте, вырисовавшемся в свете фонаря, висевшего на соседней избе.
«Природа наградила ее красивым телом», — успел подумать Сергей.
— Она ушла. Я могу с тобой поговорить. — Знакомый мяукающий голос чуть не заставил Серова подпрыгнуть. — Не бойся! Это не галлюцинация. Только ты можешь меня слышать. Я обязана исполнить долг.
— Ты уже исполнила свой долг! — почти крикнул Сергей в темноту.
— Можешь не говорить вслух. Произноси ответы мысленно.
— Значит, ты всегда знала, о чем мы думаем? — Серов произнес фразу «про себя», следуя совету.
— Всегда! Недолго мне пришлось ждать, когда ты исполнишь последний пункт особого параграфа.
— О чем ты говоришь?
— Ты отдал жизнь за слабого. Умер. Теперь я обязана согласно протоколу помогать тебе.
— Мне не нужна твоя помощь! — Сергей начинал злиться.
— Тогда надо было дать мальчишке умереть. Нечего было думать, что сможешь справиться со всем на свете.
— Я не думал, что справлюсь.
— Я знаю. Ты ни на что не рассчитывал… Тем хуже для тебя!