Циркач срывается с каната
Шрифт:
– Зови меня Бэт. Я летучая мышь, и меня все зовут Бэт, это правда, – высказалась Альбина.
Марина уже продумывала возможность бегства. Похититель олух, и он с большой вероятностью действует в одиночку. Судя по всему, он как-то пронюхал про дела Эльдара, и выследил её. Только причём всё-таки Андрей? И спрашивать опасно, и знать интересно. Может, жена Андрея Инга наняла этого типа, и теперь он хочет шантажировать Андрея? Или он, став свидетелем её роковой стрельбы, всё-таки хочет шантажировать Эльдара? Ну и путаница!
Толя подошёл к Марине, будто оценивая её, потом снова к Альбине. Сенсацию он поймал, но окрылённый успехом,
* * *
Андрей Кислицын пинками выгнал всех из гримёрки, велев входить только по приглашению. Ни секунды покоя, не мгновения для уединения!
– Андрей Петрович! – послышалось из-за двери, – господин депутат уже приехал!
– Чудненько! Я пока не готов! – крикнул Андрей, – пусть подождёт, не развалится!
Он сегодня совсем не выспался из-за этой несостоявшейся встречи. Позвонил, договорился с человеком, приехал. А там – оцепление, милиция, «скорая». Андрей недолго мучился выбором: профессиональная любопытность сменилась разумным решением не светиться. Его же теперь каждая собака за три километра узнаёт! Перезвонил этому Ионову – а у того молчок. Вернулся домой, уже не до сна было…
Ни секунды покоя!
– Андрей Петрович! На трибуне пустые места! – раздался голос помощника режиссёра.
– Заполните кем попало! У нас на канале сотрудников, как собак нарезанных! А сколько по коридорам шляется? Сходите на ОРТ, там ещё больше шляется!
Авось сегодня вечерком можно будет отдохнуть. Андрей набрал домашний номер, но трубку никто не брал. Хорошо, значит мобильный…
– Слушаю вас, – неожиданно раздался уверенный мужской голос.
– Я по-моему ошибся, – Андрей попенял на спутниковую связь, но эффект не исчез. Ответил тот же неприятный голос.
– Мне Марину, пожалуйста, – как можно ласковей потребовал Кислицын.
– Я её временный поверенный во всех делах, – заявил Эльдар, понимая абсурд происходящего, – она в отъезде, всю информацию можете передать через меня.
– Чудненько, спасибо, не надо.
Андрей почесал антенкой висок и вспомнил о том, что у Маринки болтался пейджер. Номер пришлось долго выискивать в не имеющей живого места записной книжке.
Кирилл, находящийся от Андрея не более чем в ста метрах, вытащил навязчиво пищащий приборчик из кармана. На этот раз к таинственной незнакомке обращались по имени: «Ринка! Куда пропала? Кому отдала телефон? В семь вечера жду звонка. Андрей».
– О-о!
Кирилл заёрзал на водительском сидении: «Выходит, пейджер обронила некая Ринка. Интересно, она красивая? В журнале написано, что самые длинные ноги метр пятнадцать у какой-то Нади Ауэрман. Интересно, какой длины ноги у этой Ринки? Кстати, этот телемэн, которого они
Они познакомились восемь лет назад, когда ему было столько лет, сколько ей сейчас.
Марина училась на третьем курсе педагогического и была единственным ребёнком в семье. Аверины жили в банальной московской квартире на улице Эстафетная на самом севере – ни один москвич до сих пор не знает, что в городе есть такая улица. Отец-физик, мать-физик, крыса-терминатор и Марина, совершенно не склонная к техническим наукам. После окончания десятилетки и двухгодичного посещения театральной студии «Монолог» в ближайшем доме творчества Марина ломанулась на актёрский факультет ВГИКа: до него добираться от дома было около часа, когда до центра города все полтора. Подруги по студии крутили пальцем у виска, мол, куда тебе, ты хоть знаешь, какой там конкурс? Конечно, она знала и не поступила, хотя была крайне уверена в себе. Родители не разрешили терять ещё год и обещали протекцию на физфак, хотя Марина уже закидывала удочки и в школу-студию при МХАТе, и в Щукинское училище. Компромиссным решением стало поступление в педагогический, при этом Марина продолжала играть роли Спящей Красавицы, Железного Дровосека и Бабы Яги для детей и их родителей в «Монологе».
В девяносто первом году Марина с семьёй отправилась в подмосковный дом отдыха на две недели. Для мечтающей вырваться из-под родительской опеки двадцатилетней девушки предстоящий отдых не сулил ничего привлекательного. Но случай – на то и случай, чтобы ломать устоявшийся жизненный уклад. Родители познакомились с другими родителями и справляли день рождения кого-то из них, а их дети – Марина и Игорь – отправились в местный клуб на дискотеку. На афишах значилась группа «Счастливый билет», о которой Марина раньше никогда не слыхала. Игорь пытался напоить её пивом, а она с удовольствием танцевала под зажигательную диско-музыку. Группа состояла из четырёх человек – вокалиста, клавишника, барабанщика и бас-гитариста, и когда живое выступление закончилось, и из динамиков полилась фонограмма, уставшая Марина вышла из душного помещения на улицу.
– Привет, – неожиданно раздался над самым ухом чей-то голос.
Она обернулась. Это был клавишник поп-группы «Счастливый билет» – жгучий брюнет с густыми чёрными бровями и ослепительно вкусной улыбкой. Марина, хотя и была немного пьяной, не рискнула завязывать знакомство:
– Ищешь девочку, да? Тогда не по адресу. Я уже занята.
– Адрес не подскажешь?
– Нет, не подскажу.
– Ну, спасибо, что не послала на три буквы, – рассмеялся клавишник, – будем знакомы. Эльдар.
Марина ещё раз смерила его взглядом. В это время из клуба вышел Игорь – такой же оболтус, как и все вокруг. Марина скучала с ним, потому что он был никаким. Но сейчас она решила пошутить:
– Видишь, вон парень, – придвинулась она к Эльдару, – это он за мной ухлёстывает.
– И как долго? – серьёзно спросил Эльдар.
– Два дня уже. Угостил меня пивом, – слегка улыбнулась она.
– Марина, пойдём в клуб. Ты чего тут делаешь? – подошёл Игорь, сверля взглядом конкурента.
– Это Игорь, а это Эльдар. Он из группы, – представила Марина.