Цирк проклятых
Шрифт:
— Так и было.
— Так что вам не нравится?
Я подумала, как вложить это в пятьдесят или меньше убедительных слов.
— Сегодня ночью — это было ужасно, но бывает куда хуже.
— Мы подъезжаем к Оливу, куда свернуть?
— Налево.
Машина выехала с шоссе в ряд для поворота. Мы встали у светофора, и мигал в темноте сигнал поворота.
— Ты не знаешь, во что ты рвешься, — сказала я.
— Так расскажите мне.
— Я сделаю лучше. Я тебе это покажу.
— Что вы имеете в виду?
— Сверни у третьего светофора направо.
Мы
— Первый дом справа.
Ларри заехал на единственное свободное место. Мое место на стоянке. Никогда не вернется сюда моя маленькая «нова».
В темноте машины я сняла жакет.
— Включи верхний свет.
Он сделал, как я сказала. Вообще он лучше меня умел выполнять приказы. А поскольку приказы были мои, меня это устраивало.
Я показала ему шрамы у меня на руках.
— Крестообразный ожог я получила от слуги-человека, который думал, что это будет забавно. Бугор соединительной ткани на сгибе руки — вампир разорвал мне руку на куски. Физиотерапевт потом говорил, что возвращение полного объема движений было просто чудом. Вот еще четырнадцать швов от слуги-человека, и это только на руках.
— А есть еще? — Лицо его в свете салона было бледным и незнакомым.
— Один вампир воткнул мне в спину обломанный конец кола.
Он вздрогнул.
— И ключицу мне сломали, когда вампир жевал мою руку.
— Вы пытаетесь меня напугать?
— Разумеется, — сказала я.
— А меня не отпугнуть.
Сегодняшняя ночь должна была его отпугнуть и без демонстрации моих шрамов. Но не отпугнула. Черт возьми, он останется в нашем деле, если его раньше не убьют.
— Ладно, ты остаешься до конца семестра — отлично. Но пообещай, что не будешь охотиться на вампиров без меня.
— Но мистер Берк…
— Он помогает казнить вампиров, но не охотится на них в одиночку.
— А в чем разница между казнью и охотой?
— Казнь означает тело, которое надо проткнуть колом, то есть вампира упакованного и в цепях, который тихо ждет последнего удара.
— А охота?
— Когда я пойду по следу вампиров, которые нас сегодня чуть не убили, это будет охота.
— И вы не верите, что мистер Берк может научить меня охотиться?
— Я не верю, что мистер Берк сумеет сохранить тебя в живых. — У Ларри глаза полезли на лоб. — Я не имею в виду, что он намеренно тебя подставит под опасность. Я имею в виду, что не доверяю твою жизнь никому, кроме себя.
— Вы думаете, до этого дойдет?
— Уже чуть не дошло.
Он пару минут посидел тихо, глядя на свои руки, которые медленно поглаживали руль.
— Я обещаю не охотиться на вампиров ни с кем, кроме вас. — Он поглядел на меня, изучая голубыми глазами мое лицо. — И даже с мистером Родригесом? Мистер Вон мне сказал, что он был вашим учителем.
— Мэнни был моим учителем, но он больше не охотится на вампиров.
— А почему? — спросил он.
Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:
— Его жена слишком боится. И у него четверо детей.
— А вы и мистер
— Верно.
— И у меня тоже, — сказал он.
Я не могла не улыбнуться. Неужто я тоже была такой энтузиасткой? Да нет.
— Ларри, остряков никто не любит.
Он ухмыльнулся и выглядел при этом максимум на тринадцать лет. Господи, почему он не сбежал после этой ночи? А я почему? Ответов нет, по крайней мере, осмысленных ответов. Зачем я этим занимаюсь? Напрашивается ответ: потому что я это умею. Может быть, Ларри тоже научится. Может быть. Или просто погибнет.
Я вылезла из машины и сказала:
— Езжай прямо домой, и если у тебя нет запасного креста, прямо завтра и купи.
— О’кей, — сказал он.
Я закрыла дверь, глядя в его серьезное и задумчивое лицо. Потом пошла вверх по лестнице и не оглянулась. Я не стала смотреть, как он едет прочь, все еще живой, все еще полный энтузиазма после первой встречи с монстрами. Я была всего на четыре года старше. Четыре года, а ощущались они как столетия. Нет, такой желторотой я никогда не была. Моя мать умерла, когда мне было восемь. Потеря матери или отца стирает эту щенячью жизнерадостность.
Я все же собиралась отговорить Ларри стать истребителем вампиров, но если никак не выйдет, я буду работать с ним сама. Есть только два вида охотников на вампиров: хорошие и мертвые. Может быть, мне удастся сделать из Ларри хорошего. Это куда привлекательней альтернативы.
26
Было 3.34 утра в пятницу. Долгая была неделя. Ну а какая неделя в этом году не была долгой? Я просила Берта нанять кого-нибудь в помощь. Он нанял Ларри. Так чем я недовольна? Тем, что Ларри — просто жертва, ждущая своего монстра. О Господи, сохрани его, прошу Тебя. Сохрани. На моей совести и так больше невинных, чем она может выдержать.
Обычное чувство ночного коридора — тишина, спокойствие. Только шептали отдушины отопления, приглушенно звучали по ковру шаги моих кроссовок. Слишком было поздно, и мои живущие днем соседи давно уже спали, а вставать им было еще рано. За два часа до рассвета можно насладиться уединением.
Я открыла новый защищенный от взлома замок своей квартиры и шагнула в темень. Щелкнула выключателем и залила ярким светом белые стены, ковер, диван и кресло. Как бы ни было хорошо у тебя ночное зрение, а свет лучше. Все мы дети дневного света, чем бы ни зарабатывали себе на жизнь.
Жакет я сбросила на кухонный стол. Слишком он был грязный, чтобы кидать его на белый диван. Я вся была заляпана грязью и прилипшей травой, но крови было очень мало — ночь обернулась удачно.
Я уже снимала кобуру, когда почувствовала это. Движение воздушных потоков, будто кто-то их пересекал. Я просто поняла, что я не одна.
Рука моя легла уже на рукоять пистолета, когда из темноты спальни послышался голос Эдуарда:
— Анита, не надо.
Я остановилась, касаясь пальцами пистолета.