Циклопедия
Шрифт:
От рук Ирдика тем временем побежали по воздуху голубые разряды тока. Воздух вокруг начал потрескивать и электризоваться. Волосы на моей голове (да и на всем теле тоже, чего скрывать) приняли вертикальное положение, а левый глаз задергался.
— Приди, Цеденбал, заведующий адом, — глухим страшным шепотом произнес Ирдик. — Работка есть!
На последнем слове он резко хлопнул в ладоши и распластался по земле в форме морской звезды. Воздух на том месте, где он стоял, сгустился, образуя чей-то расплывчатый силуэт. Разряды тока разлетелись в стороны. Резкий порыв ветра дыхнул мне
Я посидел еще немного, ожидая появления розового демона. Оного поблизости не обнаружилось. Даже захудалого чертенка не объявилось, не говоря уже о целом заведующем адом.
Ирдик поднял голову с земли и спросил:
— Ты здесь, о Цеденбал?
— Гхм, — сказали из темноты. — В общем, нет. Это я, Миша Кретчетов.
— Миша?! Опять ты?! Прилип как банный лист! Тебя что, заклятиями с нами связали? — Ирдик встал и стал лихорадочно отряхивать свои зеленые ноги от пыли.
— Я сам пришел, — гордо сказал Миша. — К тому же я разгадал великую тайну человека из тринадцатой квартиры. Хотите, начревове-щаю?
— За кучу денег? Нет уж. Мы и сами все слышали. Циклопы неправильно поняли заклятие и чуть было не убили своего собственного предсказателя.
— Верно. А еще они узнали час своей гибели — через тридцать миллионов лет — и решили не нападать на людей, — сказал чревовещатель-ный бас из темноты.
— Тридцать миллионов? — присвистнул джинн. — Даже моя бабушка столько не жила, хотя она у меня завидная долгожительница! Родилась, когда еще и Земли-то как таковой не было, одна раскаленная лава да сероводород в атмосфере!
— Но у меня есть еще одно предсказание… — Бас замолчал, явно ожидая, что мы тотчас начнем коленопреклоненно выспрашивать у него подробности.
— Ну, уж говори, раз вызвался чревовещать, — сдался Ирдик.
— Это касается Иммануила Канта и ваших друзей! — загадочно сказал Миша Кретчетов.
— Ну?!
— Они здесь!
— Все?
— Ага! Смотрите!
— Куда? — Ирдик удивленно заозирался. Его джинновский взгляд упал на Пещеру и застыл. Я проследил за этим взглядом и тоже застыл, правда, перед этим еще тихонько ахнул…
Из неприметного входа в Пещеру вдвинулась длинная процессия. Возглавлял ее не кто иной, как НЕфилософ Кант. Он был облачен в белую рясу с большой цепью на шее. В руках Кант держал увесистый арбалет. За ним шествовали, вероятно, другие НЕфилософы. Каждый был вооружен арбалетом или, на худой конец, мечом.
Увидев их, циклопы удивленно расступились, создав свободный коридор. Но Кант остановился у стены Пещеры и, задрав кверху одну руку, громогласно произнес:
— Именем Университета НЕфилософии и Торжества Неестественных Наук призываю! Изыдите из этого места насовсем!
Простые циклопы прянули в стороны, подальше от грозных старичков, предоставив вести переговоры лично Циклопедиусу и шаману.
— Во дают! — восхищенно воскликнул Ирдик. — Я знал, что Кант вернется! Он же принципиальный, а они его пытали. Шарик в рот засовывали, к
— Куда изыходить? — спросил Циклопедиус не менее грозным голосом. — Это наша территория, и мы ее доим!
— Окунитесь в Валгаллу! — быстро нашелся НЕфилософ. — В общем, это, идите, идите куда подальше! Мы пришли вас изгонять, вот и уходите, пока не началось.
— Не началось — что? — уточнил Циклопедиус.
— Кровопускание, — ответил Кант, — причем совсем не в медицинских целях.
— Но нас же больше!
— А за нами сила Университета!
— Магическая? — Шаман понюхал воздух.
— Почти, — сказал Кант. — Так вы изыходите, или как?
— Дайте подумать, — сказал Циклопедиус. — Я, видите ли, вообще только что пришел…
Но подумать ему не дали.
Из другого неприметного входа вдруг донеслись чудовищные вопли, лязг оружия, стоны и мольбы о пощаде. Лица циклопов, НЕфилософов и наши с Ирдиком повернулись туда, и — о ужас! — с нарастающей гордостью за Мусорщика, Севу, да и все человечество в целом, я различил плотный, коренастый силуэт, показавшийся из коридора.
Карл Мусорщик (а это был он!!) волок на своей спине Севу. Мой тощий друг обвил ручонками могучую Мусорщикову шею и пел патриотическую песню партизан военных времен. Его трехцветна'я шапка сползла ему на глаза, предоставив окружающим великолепный обзор его розовых ушей. Замыкал шествие незаменимый в любой чрезвычайной ситуации Агент По Происшествиям граф Яркула Беркович.
Вид его внушал ужас! Перво-наперво, вампир был весь в крови. Его пиджак был раскромсан на тонкие полоски, брюки ниже колен висели опаленными лохмотьями, меж которыми просвечивали волосатые ноги, шевелюра стояла дыбом. И могучая челюсть с двойным рядом острых, как бритва, клыков, сверкала в свете факелов! Яркула ожесточенно отбивался от бородатого человечка с мечом. Того самого стража, который пытался задержать нас, или очень похожего на него.
— Сколько раз тебе повторять, что я не знаю, какой идиот будет ходить вечером на трех ногах! — орал Яркула, брызжа во все стороны ядовитой слюной.
— Я есть пытать! — пыхтел страж в ответ.
— Боже мой! — закричал шаман, хватаясь за голову, — И за что я только плачу нашим стражам, а? Взять их всех! Немедленно!
И вот тут, пожалуй, быть бы самой кровожадной битве под Новоозерском! Миллионы циклопов против кучки кровожадно настроенных НЕфилософов, трех людей и вампира с джинном! На чьей стороне была бы победа?..
Яркуле наконец удалось стукнуть стража по голове кулаком, и тот рухнул на землю как подкошенный.
НЕфилософы разом зарядили арбалеты и зазвякали мечами, пытаясь вытащить их из ножен. У некоторых это получилось с трудом, да и мечи, как обнаружилось, были ржавыми и местами поломанными до самой ручки.
Мусорщик уронил Севу на пол и стал закатывать рукава пальто, грязно ругаясь и обещая показать циклопам не только кузькину мать, но и всех матерей Земли в целом.
Сева, лежа на земле, стащил с головы шапку и грозно потребовал компенсации за нанесенный физический и материальный ущерб. Его левый глаз исчезал в огромном лиловом синяке.