Циклон в ООН
Шрифт:
– Не волнуйся, – сказал Лестер. – Я куплю тебе новую.
Когда он проходил мимо нее, то с молчаливой улыбкой похлопал ее по заду. Она высвободилась энергичным движением и снова уселась в «кадиллак».
Набирая скорость, Джейда увидела в зеркале заднего вида, как Лестер и Хьюз потащили тело Мал ко на тротуар.
Она гордилась своей принадлежностью к «Мэд Догз». Этим вечером она собиралась заняться любовью с одним молодым негром восемнадцати лет, до безумия влюбленным в нее, который чуть не изнасиловал ее в последний раз, когда они вместе танцевали.
На выезде на перекресток остановилась бетономешалка. Чак вышел, чтобы помочь двум своим приятелям.
Малко застонал. Удар оказался недостаточно сильным, чтобы полностью оглушить его, но он был абсолютно без сил.
Негр с пистолетом снова уселся в старый «бьюик» и припарковал его к тротуару, оставив двигатель включенным. От удара пострадала лишь облицовка радиатора. Затем он снова вышел, наблюдая за перекрестком. Оба негра уже почти полностью связали Малко веревкой. Они грубо перевернули его, чтобы прикрепить вокруг его головы черную липкую ленту, которая полностью заткнет ему рот. При этом из его кармана выпала пачка сигарет. Один из негров точным пинком отправил ее в канаву.
С широкой черной полосой, скрывавшей его лицо, Малко напоминал какую-то зловещую мумию.
С большим трудом Чак и его приятель подняли тело Малко до отверстия, через которое засыпали цемент. Брюки Малко зацепились за что-то и порвались. Наконец, им удалось засунуть голову. Плечи прошли с большим трудом. Затем тело исчезло полностью. Бетономешалка была пуста. Чак прибудет на склад немного раньше, чтобы первым загрузиться цементом. Малко исчезнет в сероватом тесте и умрет, задохнувшись. Затем бетономешалка отправится прямо на верфь на Гудзоне. Одна из опор пирса окажется немного менее прочной, чем другие, только и всего... Это была одна из старых уловок мафии.
Чак прикрыл металлическую крышку и спрыгнул на землю. Даже если фараоны перехватят его и спросят, что он делает с бетономешалкой в одиннадцать часов вечера, они все же не станут заглядывать внутрь и не отвезут его на штрафную площадку... «Бьюик» уже удалялся. Он вскарабкался в кабину и тронулся с места.
В грузовичке компании «Кон Эдисон» оператор ФБР сбросил свои наушники и вызвал центральный пост.
– Есть новости. Он остановился. Уже добрых десять минут. Мы пытаемся определить его местонахождение.
Он тут же установил связь с пеленгаторными машинами, которые кружили по Гарлему. Передача сигналов продолжалась с равными интервалами из неподвижной точки.
Через пять минут пеленгаторы установили точку, откуда передавались сигналы: на углу 138-ой улицы и Девятой авеню. Квартала, почти исключительно состоявшего из складов и строительных площадок. Идеальное место для ловушки. Одна из машин ФБР находилась менее чем в полумиле. Эл Кац приказал из своего «форда», стоявшего на углу Центрального Парка:
– Пошлите туда машину. И побыстрее. Пусть проверят, нет ли там чего подозрительного.
Он подождал, нервно постукивая по подлокотнику. Через три минуты по радио объявили:
– Перекресток пуст. Однако сигналы передаются. Что нам делать?
Эл Кац длинно выругался. Что-то разладилось.
– Проверяйте все машины в зоне А, – приказал он. – И все, которые выезжают из Гарлема. Открывайте багажники.
Он надеялся, что десятки агентов ФБР что-нибудь найдут. Но ночь обещала быть длинной.
Джон Уэбстер вздрогнул, услышав шум бетономешалки, и испытал небывалое облегчение. Он был почти счастлив, несмотря на пистолет негра, сидевшего напротив него.
– Они едут, вот они, – сказал он.
Негр подал низкий голос:
– А говорили, что это продлится дольше.
Огромная бетономешалка сбавила ход, чтобы проехать через ворота склада. Из кабины Чак радостно поприветствовал Джона, а тот – его. Джон поднялся и побежал к паркующейся машине. Его тюремщик был не против. Он дважды обошел ее. Все было на месте, даже ящик с инструментами, запасное колесо. Чак спрыгнул на землю.
– Ну, ты успокоился? Я тебе лапшу на уши не вешал.
Джон озадаченно потирал подбородок.
– Зачем ты брал эту машину посреди ночи? Тебе не хватает дня?
Чак напустил на себя таинственный вид:
– Послушай, дружище. Я скажу тебе правду. Вчера я встретил одну девушку. Ты знаешь, одна из этих сумасшедших белых потаскушек. Ей необходимо было трахнуться в моей машине... Ведь не стал бы я трахать ее на Вашингтон Бридж в три часа дня.
– Ты не рассказываешь мне басни? – вяло отреагировал Джон.
В этот анекдот про девицу Джон не верил ни капли. За бетономешалкой не приходят с пистолетом в руке, чтобы трахнуть какую-то девицу. Но ему требовалось успокоиться во что бы то ни стало.
Чак плюнул на землю.
– Да нет же. Она оказалась крутой бабенкой. Всего исцарапала. Ну вот, теперь я пошел спать, привет.
Проходя через ворота в сопровождении своего черного ангела-хранителя, он обернулся со смутной угрозой.
– Ты не проболтаешься...
– Ты знаешь, что я не такой, – ответил Джон Уэбстер.
Оба негра вышли с территории склада, и сторож услышал, как отъехала машина. Прежде всего он пошел опорожнить свой мочевой пузырь. От страха он совершенно расстроился. Затем, немного облегчившись, он взял свой электрический фонарик и пошел осматривать одолженную бетономешалку.
Он скользнул под машину, поднялся в кабину, обнюхал продавленные сиденья, блестящие от грязи и пота, не обнаружив ничего подозрительного.
Вернувшись в свою сторожку, он закурил сигарету и принялся размышлять. Ему оставалось лишь молчать, поскольку бетономешалка была в целости и сохранности и стояла на своем месте. Если он признается, что дал ее увезти, его немедленно выгонят. То, что второй негр был убийцей, было видно с первого взгляда. Джон налил себе чашку кофе, взял полупорнографический журнал и попытался забыть о происшествии.