Цикл Молокин 1-3
Шрифт:
Прозрачные зубы хотя и были в среднем около двух метров длины, оказались не толще человеческого пальца. В пасти, походившей на сверкающий зал, таких зубов виднелись сотни. Короткие и хрупкие на ощупь плавники выдавались со спины и боков, а плоский тупой хвост был поставлен вертикально, чтобы помогать при плавании и управлении этой колоссальной тушей. Зверь не мог бы очень быстро преследовать свою добычу, но в его глотке разместилось бы пол-океана.
Вильямс осматривал тушу, позабыв обо всем, как и полагается настоящему исследователю, однако, сильно веря в возможность длительного
– Глаза, рот и желудок. Ничего лишнего, никаких лишних органов.
– Он перешел к другой стороне кошмарного видения и скрылся.
Этан и Гуннар присоединились к Септемберу, заглядывая в разинутую пасть.
– Что может быть естественнее - ведь в аду должны быть дьяволы?
Рыцарь нерешительно наклонился и дотронулся до мокрой черной кожи:
– Значит, ты тоже веришь, что это демон подземного мира?
– Сква любит шутки, - сказал Этан.
– В глубинах морей моего родного мира живут похожие низкоорганизованные и совершенно не демонические существа. Некоторые из них по размерам больше этого, хотя и не выглядят так фантастически.
Жизнь покинула тело, и фосфоресценция вокруг пасти и на боках начинала угасать, исчезая вслед за жизнью.
– А это вода. Часть вашего жидкого океана, такая же вода, из которой состоит лед над нами, тот лед, по которому вы скользите, и который окружает Софолд.
– Этан дотронулся своим факелом до пола и попробовал растаявшую воду.
– Это жидкий лед, такой же, как тот, что вы пьете на борту корабля или дома в Уонноме.
– Значит, философы правы, - сказал рыцарь.
– Середина земли и правда жидкая.
Этан улыбнулся.
– Верно, но поверишь ли, в жидком состоянии находятся металлы, а не вода. Вильямс сможет объяснить это лучше меня.
– Он повернулся и позвал.
– Миликен?!
– Конец нашим морским исследованиям, - Септембер снова пристегнул излучатель к поясу.
– Ближайший родственник этой живой пасти, которого мы рискуем разбудить, может оказаться еще больше. Чего вы раскричались, дружище?
– Мы не можем найти Миликена. Я думал, что он изучает тело, но…
– Я здесь!
– Они взглянули направо, откуда звучал голос. Учитель стоял в дальнем конце пещеры, где лед уступал место каменистым склонам. Когда они направились к нему, он пригнулся и исчез из виду.
– Что, еще одна пещера?
– поинтересовался Этан вслух. Другие траны последовали за ними.
Когда они достигли поворота, за которым скрылся Миликен, он был уже далеко впереди. Лед все так же покрывал камень и гравий слоем толщиной в несколько метров.
– Что это?
– Септембер с интересом посмотрел на еще одну ледяную стену.
– Новый туннель?
– Нет.
– Тяжело дыша, учитель вернулся обратно.
– Похоже, пещеры продолжаются бесконечно в северо-западном направлении. Местами лед подступает к острову ближе, в других - снова отступает. Должно быть, эти переходы тянутся по всей окружности острова.
– Он жестом показал назад, на ныне скрытую пещеру.
– На такой глубине, по крайней мере, в этом регионе, вулканическое
– Тогда выходит, что, если мы будем следовать очертаниям острова, - указал Септембер, - то сможем оказаться прямо под гаванью, где пришвартован наш корабль.
– Ну, и что из этого?
– спросил Гуннар.
Этан проверил свой излучатель.
– Наше оружие все еще на три четверти заряжено, Гуннар. Мы можем пробить себе дорогу в виде туннеля, ведущего назад. Мы не могли бы пробить камень, но, для того, чтобы растопить лед, энергии у нас предостаточно.
– Он повернулся к Вильямсу.
– Как вы думаете, вам удастся определить, когда мы окажемся под “Сландескри”, Миликен?
– О, Господи… Не знаю… Если учитывать угол нашего спуска из замка… Честное слово, не знаю.
– Постарайтесь изо всех сил. В конце концов, неважно, в каком месте мы выберемся, но вероятность бегства с острова в этом случае увеличивается.
Когда это предположение было сообщено команде, которая к тому времени постепенно вошла в пещеру, новость значительно подняла настроение. Траны, давно уже отдавшие и тело, и душу Тьме, неожиданно приободрились. Возможная встреча с врагами из плоти и крови их устраивала куда больше, чем видения из мира Тьмы.
Коридор продолжался вокруг полузатопленного берега. В одном месте земля была настолько теплой, что лед превратился в черную воду, но моряки категорически отказались шлепать по воде. Этану и Септемберу пришлось тратить бесценную энергию и прокладывать сухую дорожку во льду в виде ступенек сначала вверх, а затем снова вниз, в коридор. Они осторожно продвигались вперед. Было бы крайне нежелательно удаляться от твердой почвы и начинать пробивать дорогу сквозь неизмеримую толщу льда, покрывавшего океан.
Они остановились передохнуть, и некоторые траны оправились настолько, что выразили желание перекусить. Спустя несколько часов, Вильямс осторожно сказал:
– Здесь.
– Он поднял левую руку, указывая под небольшим углом вверх по склону.
– Начинайте здесь. Если нам удастся протаять себе дорогу под углом в сорок пять градусов, мы выйдем на поверхность под кораблем.
– А насколько вы в этом уверены, Миликен?
Учитель мрачно посмотрел на Этана:
– Не очень.
– Честный ответ. Ребята, я начинаю.
Септембер настроил свой излучатель. После нескольких пробных выстрелов ему удалось найти режим, сочетавший довольно широкий луч и достаточную энергию, позволявшую растапливать белый ледяной потолок над ними. Вода потекла им под ноги, создавая неудобство и для транов, и для людей, хотя и по различным причинам.
Этан продвигался непосредственно за Септембером, и вдруг почувствовал, что сердце колотится в груди сильнее, чем этого требует подъем. Дыхание стало частым и тяжелым, глаза метались по круглому туннелю. Он понял, что, если он закрывает глаза, это помогает ему успокоить дыхание и стук сердца, молодом раздававшийся у него в груди. Вильямс дотронулся до его ботинка, и Этан подскочил.