Цикл Мир
Шрифт:
Испугавшись, что Дани ее не дождался, она побежала в порт, высматривая корабли со знакомыми названиями, надеясь увидеть хоть кого-то из гильдии, надеясь… просто надеясь.
Затем вновь вернулась в гостиницу. Пусто.
Она бродила по улицам города. Она вслушивалась в разговоры. Но везде только и было слышно, что о битве при Рваном мысе.
Рваный мыс. Рваный мыс. Рваный мыс. Диане казалось, что ее тошнит от этого названия.
К вечеру в бухту пришли корабли с разбитыми мачтами, носами, поврежденными кормами плохо залатанной строительной магией. И берег заполнили люди. Те, кто были
Диана поспешила вернуться в гостиницу, чтобы спрятаться на груди Дани от этих ужасов. Но там по-прежнему было пусто.
Она вернулась в храм уже после заката. Разъяренная жрица что-то кричала, требуя объяснений, но все, что сумела ответить Диана, как эхо – Рваный мыс. Почему-то жрица замолчала.
На следующий день она вновь мыла и убирала, когда вошла другая прислужница.
– Диана, к тебе гости.
Антоний стоял на террасе. Ее младший брат. Такой же улыбчивый, только глаза немного потемнели, лицо осунулось, а кожа покрылась красными пятнами от солнца. На правой руке у него не было большого пальца… Диана сделала шаг назад, зажимая рот рукой.
– Да брось, сестра, – улыбнулся юноша, – рука целая, а это так – мелочи.
Они разговаривали о маме, Эльзе, гильдии. Диана все ждала момента, чтобы спросить, но ей было страшно.
– Антоний, – наконец решилась она. – Ты знаешь что-нибудь…
Юноша кивнул.
– Он был там, Диана. Его корабль принимал участие в битве. Больше у меня нет сведений.
Девушка присела на пол, заламывая руки.
– Ты ведь, правда, расскажешь, когда узнаешь?
Антоний кивнул.
Вечером к ней подошла наставница.
– Диана, – сказала она. – Светлейшие решили, что тебе пора пройти ритуал посвящения в жрицы.
– Ритуал, – повторила Диана, чувствуя внутри равнодушие.
– Ритуал, после которого ты сможешь отправиться в любой храм Древа на материке. К сожалению, ни одна из сирин не захотела, чтобы ты осталась при ней.
Девушке было все равно. Она ждала новостей от Антония. Или от самого Дани. Но никто так и не пришел. И она безропотно готовилась.
Ночью накануне посвящения ей наконец-то передали письмо от брата.
Глава 3
. Проклятие
Она бежала к скале, не обращая внимания на недоуменные взгляды людей. Скорее! Скорее туда, где бились о скалы лазоревые волны, туда, где кружился водоворот из ее снов. Скорее к нему. Скорее…
Она задела кого-то плечом.
– Совсем ополоумела, девка! – крикнули ей вдогонку.
Под ногами уже была скалистая твердь, ветер ударил в лицо, заставляя на мгновение остановиться, но Диана наперекор ему пошла вперед. Вот и край, вот и шаг… магическая веревка обхватила ее за пояс, и девушка повисла над пропастью. Она видела, как под ногами разбивались об острые камни волны, но все равно попыталась разорвать зеленоватую ленту.
Новый порыв ветра кинул ее к скале. Резкая боль от удара пронзила тело. Кто-то потянул веревку вверх, вытаскивая
– А я смотрю, служанка сирин, – донесся до нее незнакомый голос. – Боязно было останавливать, ну так она как безумная была, к скале бежала.
Кто-то взял ее за волосы, больно потянул вверх.
– Вставай, – сказала жрица-наставница.
Но Диана не послушалась. Она вцепилась в расщелину между камнями, когда ее решили поднять. Девушка пыталась вырваться, размахивая руками, брыкаясь ногами… что угодно, лишь бы ее отпустили! Но магия безжалостно стянула руки и ноги.
А затем Диана потеряла сознание.
***
Ролло забрался в окно комнаты Лорелейн.
Верховная сирин расчесывала волосы. Он как завороженный наблюдал за тягучими движениями красивой руки, за тем, как между зубцами щетки проскальзывали блестящие пряди.
– Привет, – сказала сирин. – Как маяки?
– Стоят, – ответил Ролло.
Ролло все ждал, когда она спросит, почему его не было несколько дней, но сирин продолжала невозмутимо расчесывать волосы. Ролло вздохнул, жалея, что пропала такая история! А ведь он надеялся, что расскажет сирин, как на пути к Крайнему маяку разыгрался шторм и его корабль облепили Дикие духи.
Молнии били в нос корабля, заставляя дерево заниматься багровым пламенем, но налетевшая волна погасила не успевший разгореться пожар.
Белые огоньки, принимавшие силуэты мужчин и женщин, танцевали на мачтах и канатах. Души тех, кто так и не смог найти покой, тянулись к нему и заманивали в черную бездну между грядами тяжелых мутных волн.
Капитан голландца, в жилах которого текла кровь оборотней-шелки, был таким же сыном моря, как и сирены. На него не действовали чары мертвецов, он не видел иллюзорной красоты духов – лишь обглоданные лица с пустыми глазницами и покореженные тела, укутанные белесой дымкой.
Он бил по ним клинком с серебряным лезвием. Это не убивало духов, но обездвиживало на время, давая возможность вытащить горсть земли, бросить в призраков и проговорить заклинание. Духи визжали, когда крупицы песка попадали на них, разъедая эфемерные тела. Но налетевшая волна смыла землю, освобождая утопленников.
Ролло попытался бросить новую горсть, но корабль поднялся на гребне волны, а затем носом наклонился к воде… Сухая земля взмыла вверх коричневатым облаком, а он оказался за бортом. В холодном пузырящемся море вокруг него столпились полупрозрачные силуэты, от которых ему пришлось отбиваться серебряным клинком до тех пор, пока их сила не ослабла, пока не выглянуло солнце, успокаивая тяжелые волны.
А возвращаясь от маяков, он оказался зацепленным в сражении у Рваного мыса.
Там стояла такая неразбериха! Море кипело от магии и орудий. В воздухе летали облака искр и дыма. Волны разносили в разные стороны обрывки парусов, канатов, тел. Одни корабли разлетались в щепки. Другие вставали на дыбы, как кони, устремляясь носами к небу, а потом шли ко дну. Никто не понимал, где свои, где чужие.
Голландец считался неприкосновенным, ведь он был на службе у Древа, но моряки просто не понимали, что это за корабль. И палили. А он палил в ответ…