Чужой
Шрифт:
— Четыре.
И старший, и «Маркс» лежали на земле недвижимо. Мужик в высоких сапогах слабо шевелился, но ранен он был явно очень тяжело, потому что даже не пытался ползти. Можно было его добить, но я подумал, что его стоны будут очень кстати его товарищам. А человека в «стетсоне» мне видно не было вообще, квады его закрывали.
А затем оставшиеся четверо открыли достаточно дружный огонь в мою сторону, заставивший меня вжаться в снег и податься назад, укрывшись за стволом дерева. Сверху сыпался снег вперемешку с иголками, валились сбитые пулями ветки, пару раз я услышал щелчки
Отползая назад, я оказался словно бы в небольшой лощинке, где достать мня огнем было бы трудно. Там повернулся и пополз в сторону, меняя позицию, потому что вести бой даже с такими олухами с одно места может только соответствующий им идиот.
А затем на дороге взревели моторы, и я вскинулся на колено, ожидая невероятной атаки на квадроциклах, но увидел только удаляющиеся четыре машины и пригнувшихся людей на них. Выстрелил несколько раз вслед и, кажется, даже кого-то задел, но все четверо исчезли за поворотом, и звук продолжал удаляться и удаляться.
Подскочив на ноги, я побежал, высоко поднимая ноги, в сторону дороги. Уже там, оказавшись в колее проехавших машин, я скинул снегоступы и рванул к брошенным посреди дороги квадам уже изо всех сил, поскальзываясь и захлебываясь холодным воздухом. Мысли в голове путались, несмотря на то, что я старался привести их в порядок.
Бежать в дом? А толку, я пожар уже отсюда вижу, моего бензина на это не пожалели. Дом бревенчатый, уже пылает как пионерский костер, а так черно дымить могут только сгоревшие покрышки. И драпать надо отсюда как можно быстрее, потому что уверен на все сто — эти люди не сами по себе, они приехали откуда-то, где то их много. Где-то недалеко, я думаю, потому что приехали на квадах, у которых с дальностью на одной заправке так себе, и на багажниках ни единой запасной канистры.
Просто ли так они приехали или кто-то прислал? Или навелись на единственный выстрел, которым я заохотил оленя, и как снег более или менее сошел, решили проверить, кто тут стреляет?
Раненый так и продолжал вяло шевелиться на снегу, и подбежав ближе, я выстрелил в него еще раз. Он замер, уставившись на меня остекленевшими глазами. Оглядел остальных — все мертвы, похоже. Нет, главный жив, пытается то ли сказать что-то, то ли просто губами шевелит. Ладно, всем сестрам по серьгам, а вам всем по пуле, не всякий случай, и магазин сменить.
Винтовка грохнула четыре раза, звуке выстрелов эхом проскакал по долине.
Три квада, все заглушены, но ключи у всех в зажигании. Я повернул ключ и глянул на датчик топлива большой темно-зеленой «Ямахи Гризли» — больше половины бака еще есть. Так, где мое имущество, я же видел, что они его тащили… Вон сумка с патронами, вон дробовик… Схватил и то, и другое, кинул на передний багажник «ямахи». И еще канистры, гни их так и побросали. Все не взять, а одну можно, на задний багажник как раз уляжется.
Бросил тяжелый пластиковый бак на багажник, вытащив из кармана обрезок веревки, наскоро прихватил сперва его, чтобы не вылетел, затем так же быстро и суетливо привязал сумку и «моссберг». И все, теперь бежать отсюда! Драпать, и как можно быстрее!
39
Навигатор
А вот это и проблема, потому что следы за мной остаются что надо. Квад по снегу бежит легко, проминая его своими колесами, и оставляет такую прекрасную колею с отпечатками, что ее, наверное, даже из космоса можно разглядеть. Одну единственную колею на всю округу. И снег еще пару дней как минимум не стает, и снегопад не возобновится, чтобы ее завалить — солнце уже по-весеннему жарить начинает. И это значит, что меня можно преследовать сколько угодно и куда угодно, без всяких проблем. Если я, конечно, что-то не придумаю.
Попробовать уйти, рассчитывая на запас топлива в канистре? Типа они отстанут? А не думаю, что так получится, они могут и не на квадах гнаться, и запас прихватить. А гнаться будут, потому что я бы гнался за четырех убитых своих. Гнался бы, мечтая поймать и на куски разорвать.
На что еще рассчитывать можно? Ох, голова моя, голова, сейчас ее разорвет просто от бесплодной работы, нет у меня никаких идей, здесь все снегом покрыто, везде следы будут, везде меня по ним найдут. На самолете бы улететь, но теперь с этим никак, хрен мне, а не самолет, нет больше самолета. Да и аэродром никто бы не чистил.
Куда же бежать, мать его, куда? Что-то не хочется, чтобы меня поймали, да и убили. Вот не хочется — и все тут.
Какие у меня преимущества? А никаких. Есть рация, которую в последний момент взял с седоусого, по ней можно будет что-то услышать… пока батареи не сядут. Ну, вернул себе свое оружие и боекомплект, только пользы с этого сколько? Если за мной погонятся толпой, то что оно есть, это оружие, что нет его.
В любом случае рвать надо в город, в Рапид-Сити. Там есть большие дома, в больших домах много комнат и не остается следов, может быть, уже там как-то удастся запутать след и оторваться, других вариантов я не вижу. Да и нет их, вариантов этих самых.
«Ямаха» уверенно плющила скрипевший под покрышками снег, ехал я довольно быстро, на пределе возможностей. Хорошо, что темные очки всегда с собой, а то бы сейчас глаз не открыть было, солнце такое яркое, что белый снег слепит, даже сквозь очки на него смотреть трудно. Пока по мне никто не стрелял и никто меня не догонял, но уверен, что это не надолго. Сейчас там с силами соберутся, и…
На окраину Рапид-Сити я влетел примерно часа через полтора. Мелькнула мысль ломануться куда-нибудь в промозону, но я ее сразу откинул — здесь все склады все больше из легких панелей собраны, так что укрытия от пуль в них не найти, все насквозь прошиваться будет. И строились в этих промозонах широко, парковки занимают больше места чем склады, а это значит, что придется оставлять много следов. Не годится.