"Чужой"

Соболев Сергей Викторович

На лице у Дарьи сквозь матовую, чуть смугловатую кожу пробился румянец...

– Золотые люди... ваши родственники!
– она всхлипнула, потянулась в кармашек за носовым платочком.
– Я им по гроб жизни обязана.

– А вот этого - слез - не надо!
– встречавший мягко улыбнулся.
– Все будет хорошо... так у наc принято говорить! Ну с... Доехали, я так понимаю, нормально?

Он жестом показал, что они могут продолжить разговор на ходу - и все трое тут же направились к выходу с перрона.

– Да, все в порядке, - сказал Краснов.
– Доехали без происшествий.

– На поезд в Воронеже садились?

– Нет. Николаич довез нас до станции Графская. Это километрах

в сорока уже за Воронежом. Там мы и сели на поезд...

Выход из перрона, на который только что прибыл пассажирский состав, был частично перегорожен при помощи двух металлических барьеров. В этом месте, превращенном в узкое бутылочное горлышко, сейчас находились сразу четверо милиционеров, сотрудников местного ЛОВД. Проходу некоторых пассажиров они не препятствовали. Других же, руководствуясь какими то своими соображениями, останавливали и просили предъявить документы либо показать содержимое их багажа.

Когда двое молодых людей и встретивший их на перроне мужчина оказались возле прохода между барьерами, один из сотрудников милиции, лениво козырнув, произнес:

– Ваши документики, граждане!

Мужчина достал из нагрудного кармана служебное удостоверение сотрудника ФСБ, развернул и сунул его под нос милиционеру.

– Эти двое молодых людей - со мной!
– сказал Андрей Сергеевич.

Сотрудник ЛОВД поспешно козырнул и отступил в сторону, освобождая проход...

Они вышли на привокзальную площадь. Возле скромной "десятки" цвета металлик, припаркованной на Павелецкой, отирались двое: сотрудник милиции и какой то мужик в тужурке "парковщика".

– Ваша "десятка", гражданин?
– строго поинтересовался старшина милиции.
– Па ачему нарушаем?

Андрей Сергеевич молча достал служебную корочку, продемонстрировал - в развернутом виде - документ старшине.

Милиционер и парковщик буквально дематериализовались, исчезли с глаз в считанные мгновения.

– Садитесь в машину, ребята, - скомандовал Андрей Сергеевич.
– Должен признаться, что у меня небольшой напряг со временем, - эта реплика уже предназначалась Краснову, который сел справа от него, в кресло пассажира.
– Мне к десяти на службу! Я вас сейчас отвезу к нам на квартиру, в Балашиху! Лена вас уже ожидает там... А сам отправлюсь на работу... такова у нас "диспозиция" на настоящий момент.

– Андрей Сергеевич...

– Просто Андрей.

– Мне жаль, что мы оторвали вас...

– Не вас, а тебя. Во вторых, все нормально, Дмитрий. У нас... там где я служу... сегодня штабное учение. В другой день я бы отпросился без проблем. Пробуду на службе до вечера, а когда вернусь, обо всем подробно поговорим. А можем, если есть такое желание, и в дороге побеседовать. Николаич в телефонном разговоре сказал, что у вас имеются какие то проблемы. Так вот, чтобы не терять времени даром... а ехать нам часа полтора, если не встанем в пробках... можете начать свой рассказ прямо сейчас.

Только закончив эту свою речь, Андрей Сергеевич завел движок и стал выруливать с паркинга.

– Андрей, тут вот какое дело, - Краснов прокашлял горло, после чего, обернувшись, посмотрел на делающие ему отчаянные знаки Дарью.
– Счас, Дашка... Извините... извини, что я сразу не сказал! Мы в Балашиху пока не поедем...

– Не поедете? Почему? У вас какие то другие планы?

Краснов на короткое время смешался. Рано рано утром, еще в пути, часа за полтора до прибытия поезда на Павелецкий, Дарья упросила его дать ей мобильник - он взял в это путешествие свою трубку. Она хотела сделать кому то из московских знакомых короткий звонок, предупредить о своем приезде. Краснов дал ей сотовый, но предупредил, чтобы она "не болтала лишнего" и что вариант, при котором ее кто то будет встречать

на Павелецком - совершенно не допустим. Ну и вот: она дозвонилась кому то из своих знакомых, обменялась с ним несколькими эмоциональными фразами... на таджикском! А потом сказала Краснову, что договорилась с этим человеком о том, что ее будут ждать в условленном месте, начиная с половины седьмого утра...

– Нет... То есть - да... Короче, ситуация такова, Андрей. Дарья хочет... и настоятельно просит... чтобы ее отвезли в другое место.

– На Даниловский рынок!
– подала реплику Дарья.
– Это ведь недалеко отсюда, да?

– Даниловский рынок?
– спокойно переспросил Адрей Сергеевич (кажется, он решил ничему не удивляться).
– Минут десять пятнадцать езды. К тому же, в нужном нам направлении.

Какое то время в салоне царило полное молчание. Краснов чувствовал себя крайне неловко. Как то некрасиво все складывается. Получается, что они водят за нос этого взрослого мужчину, работающего в очень серьезной организации. Муж Лены приехал их встретить на вокзал, хотя у него, как выясняется, своих дел выше горла. Если бы не он, то менты могли - и наверняка так и случилось бы - задержать Дарью, у которой нет при себе никаких документов. Это не вот чтоб было смертельно, но все равно его присутствие, его служебное удостоверение, помогло избежать многих ненужных хлопот и треволнений... Ну и вот. Теперь, едва успев познакомиться, молодые люди дали понять, что у них имеются какие то свои планы. И что они не собираются ехать в Балашиху, где проживает семья этого мужчины, в том числе и его супруга Лена, двоюродная сестра Дмитрия Краснова... Во всяком случае, не сейчас, не нынешним утром.

– Андрей Сергеевич!
– скороговоркой произнесла Дарья.
– Я хочу вам сказать огромное преогромное "спасибо"! И за то, что вы встретили нас на вокзале! И за вашу готовность помочь мне! Но... Понимаете... мне удалось дозвониться до одного... своего родственника! Дима мне дал телефон и я ему дозвонилась... наконец то!

– Это он вас будет ждать возле Даниловского? А где именно, в каком месте?

– Не на самом рынке... Там, на Мытной, рядом с базаром есть жилой дом... я покажу!

– Добро, завезу, - все тем же спокойным тоном сказал Андрей Сергеевич.
– А ты, Дмитрий? У тебя какие планы? Федор Николаевич говорил мне по телефону, что у тебя возникли какие то серьезные проблемы...

– Андрей, я выйду вместе с Дарьей, - после паузы сказал Краснов.
– Я должен убедиться, что с ней все будет нормально. Не возражаешь?

– Ты в своем праве. Кстати, я могу обождать тебя. Если, конечно, ты быстро обернешься.

– У меня еще есть пара дел, которые я должен сделать безотлагательно. Я как бы в долгу у... кое кого. Мне надо будет встретиться еще с одним человеком. А потом... если твое приглашение остается в силе... я приеду к вам, в Балашиху...

Впереди, по правую руку, показалось здание Даниловского рынка, точь в точь такой же конструкции, что и рынок на Басманном, рухнувшие крыша и перекрытия которого полтора года назад привели к большим человеческим жертвам.

Едва они свернули на Серпуховский вал, Дарья попросила остановить машину. Вышли из "десятки" - все трое.

– Дима, ты смотри по ситуации.
– сказала девушка.
– Я приму любое твое решение. Может, тебе лучше поехать с Андреем Сергеевичем?

– Я остаюсь, - Краснов достал с заднего сидения сумку.
– Андрей, я с вами... с тобой - не прощаюсь! Извинись за меня перед Леной. Да я ей и сам прозвоню... чуть попозже! Если ничего не стрясется, я приеду к вам в Балашиху... если не сегодня, так завтра! Адрес у меня есть, Николаич все подробно расписал, как вас там найти! И телефон ваш домашний имеется!