"Чужой"
Шрифт:
– Дима!
– услышал он женский голос.
– Дима... где ты? Мне страшно!
– Даша, все нормально! Я сейчас вернусь! Только не шуми... пожалуйста!
Еще прежде, чем он успел приникнуть к встроенному в скат крыши окну - оно использовалась и для доступа дневного света и для вентиляции, для обеспечения перетока воздуха в жаркие летние дни - его слух уловил звук работы автомобильного движка. Он присел возле окна - отсюда было видно короткую, ответвляющуюся от шоссейки подъездную дорогу.
Так, так... Какая то тачка свернула к хутору - фары с включенным "дальним" мешают рассмотреть ее получше...
А следом - еще
У него мгновенно пересохло во рту. Кто еще такие? Что им нужно? Случайные ли это люди, - к примеру, заблудились и хотят спросить дорогу - знакомы ли они Татаринцеву, или...
Обе машины остановились рядом с жердяным заборчиком, в котором имеется открытое пространство - для проезда. На ночь этот прогал Татаринцев обычно закрывает самодельной конструкцией, сваренной из труб и отдаленно смахивающей на шлагбаум. Именно у этого "шлагбаума" он сейчас и находится. Ага, и Машка с ним - успел, значит, отцепить карабин с цепи и перещелкнуть на короткий поводок...
Захлопали дверцы - из машин вышли не то трое, не то четверо... Краснов не слышал, о чем они там разговаривали - до них метров с полста будет...
Вблизи раздалось шуршание... это Дарья не вытерпела, перебралась к нему поближе.
– Дим... ну что там?!
– Тихо, Даша...
– прошептал Краснов, повернув к ней голову.
– Все нормально, не боись... вот только шуметь все равно не нужно.
Она цепко ухватилась за его локоть, словно опасалась, что он убежит, что он бросит ее здесь - на произвол судьбы.
– Я боюсь...
– Глупая, - сказал Краснов.
– Какие то знакомые Николаича... я так думаю. Не трясись... все будет нормально, никакой опас...
Ему не дали договорить какие то громкие крики, донесшиеся от "шлагбаума"...
Одновременно послышался заполошный собачий лай.
И тут же звонко лопнул выстрел!
Глава 7
С момента, когда пуля снайпера оборвала жизнь Ильяса Мускаева, прошло три часа. Три долгих, наполненных горем, гневом, яростью, недоумением - как такое могло случиться?!
– часа.
Когда Тахир и Ваха приехали в адрес, возле которого случилась трагедия, Ильяс уже не подавал признаков жизни... Возле дома стояли милицейская машина с пульсирующим маячком и карета "скорой" - горбольница находится всего в квартале от места происшествия...
Спустя несколько минут на двух машинах подъехали дядя Руслан, его помощник и трое телохранителей, которые в последние дни не отходили от Сайтиева старшего ни на шаг.
Возле подъезда, где лежит накрытое простыней тело, собралось немало народа. Мать и сестры Ильяса были не в себе от горя; они плакали, кричали, рвали на себя одежду и волосы. Руслан Сайтиев распорядился, чтобы женщин увели в дом. Вернее, в квартиру, которую купил для них - не без его помощи - Ильяс Мускаев...
Тахир накоротке порасспросил парня, который сопровождал повсюду Ильяса и который является, по сути, единственным свидетелем ЧП.
Затем то же самое этот парень на родном для них языке пересказал Руслану Сайтиеву. И только после этого был открыт доступ к нему, к главному свидетелю, сотрудникам дежурной бригады, прибывшей на место через двадцать минут после звонка в дежурную часть УВД...
Пока тугодумы из ментовки и прокуратуры соображали,
Ваха доложил, что на стройплощадке они не нашли ни единой живой души, кроме сторожа, который обнаружился в вагончике и который пьян настолько, что даже на ногах не стоит.
Еще он сказал, что хотя дом "сильно не достроен", они смогли подняться по лестничной площадке без перил на верхний пятый этаж. А уже оттуда, через проем по деревянной лестнице получилось и проникнуть на крышу...
– Так вы там обнаружили хоть что нибудь?!
– нетерпеливо спросил Тахир.
– Какие нибудь следы пребывания стрелка? Ну или наблюдателя?
– Ничего не нашли, - Ваха сокрушенно вздохнул.
– Только строительный мусор. И еще пьяницу сторожа, про которого я тебе уже говорил.
В половине четвертого Руслан Сайтиев и его племянник Тахир вынуждены были на время оставить родственников и знакомых убитого пулей неизвестного стрелка Ильяса Мускаева наедине с их горем.
Им предстояло выехать на встречу с прибывшим в Воронеж посредником. Именно по этой причине - точное время и место "стрелки" стали известны самому Сайтиеву старшему лишь в районе полудня - Тахира и попросили срочно вернуться в город.
И именно в связи с предстоящим мероприятием Руслан Сайтиев прозвонил отъехавшему ненадолго к своим родным Ильясу и попросил его тоже в срочном порядке вернуться обратно в офис. Ему хотелось, прежде чем они отправятся на встречу с посредником, перемолвиться словцом с двумя своими молодыми помощниками...
Дядя сказал племяннику, что они поедут на встречу вместе, в одной машине. Тахир сел за руль темно серого "лендровера", Сайтиев старший занял кресло пассажира. В хвосте за ними следовал "лендкруизер"; Ваха, как обычно за рулем, в салоне расположились помощник Руслана Сайтиева и один из его телохранителей.
Пара джипов вскоре миновали окраинные кварталы и выбрались на федеральную трассу "Дон". Встреча с посредником должна состояться - о чем были извещены и Руслан Сайтиев и представители "кулябских" - в небольшом селе неподалеку от Новой Усмани. Там сейчас проживают несколько семей, переселившихся в Воронежскую область как из Северного Кавказа, так и из охваченных некогда огнем гражданской войны южных районов Таджикистана. В этом селении недавно был построен молельный дом. Власти пока что не дают разрешение строить мечети в Воронеже, хотя в области в настоящее время проживает уже около пятидесяти тысяч мусульман. Но таких вот молельных домов, где на молитву могут собраться правоверные и где - вопреки запретам - выборные муллы проводят службы для местных прихожан, в области уже насчитывается не менее десятка; так что можно надеяться, что в самом скором времени будут возведены в этих местах и мечети.