Чужой дневник
Шрифт:
— Только что умерла Миледи, — шепнул Рик, — Теперь в Дите начнётся натуральный передел власти. Впрочем, даже не бойся — тебе ничего не грозит.
Я застыла в ожидании, почти не вслушиваясь в то, что он говорил. В сердце уже затеплилась безумная надежда…
Последняя вспышка силы… агония…
— И преображённый тоже мёртв. Эй, котёнок, ты что, не рада?
— Рада, конечно. Просто устала. Давай спать.
Он обнял меня, сразу стало уютно и тепло…
Только вот лицо Андрея стояло перед глазами, в которых закипали незаметные горькие слёзы.
***
Инга
— Ты
— Ну, да…
— К Егору? Вы помирились?
Я кивнула, так и не сумев сдержать счастливой улыбки. Честно говоря, я немного опасалась не самой адекватной реакции с Олиной стороны, но она меня удивила.
— Это круто! Это просто круто! Я так рада за тебя, сестричка!
Я улыбнулась и обняла её, ощутив привычный сладковатый запах духов.
— Я буду приезжать, если надо помочь, — заметила я. Оля хмыкнула.
— Да ладно, кто из нас старшая? — и, нарвавшись на мой скептический взгляд, поспешно добавила, — Ну, по возрасту?
Не выдержав, я рассмеялась. На душе стало неимоверно тепло. Ссоры, непонимание… это было и будет, сестричка. Но мы друг у друга есть.
— Давай приготовим чего-нибудь, — предложила я. Всё равно Егор умчался куда-то по своим, одному ему понятным делам, а Киса, обязанная охранять меня в его отсутствие, намекнула, что у неё срочные проблемы и мне стоит провести этот день у кого-то в гостях. Я рассеянно тушила жаркое, параллельно слушая Олин трёп.
— … А Зина с Валерой снова сошлись.
— Кто?
— Ну, помнишь, бывшие соседи наши. То они расходились — он ведь знаешь, нормальный-нормальный, а как выпьет — бьёт её неимоверно. А то у них ещё сын родился, Зина вроде радовалась, но ему вот тринадцать стукнуло, уже видно — такая же алкашня вырастет.
— А откуда ты знаешь?
— А, я с ними перезваниваюсь иногда, мне Зина нравится. Понимаешь, жаль мне её. Ей и поговорить толком-то не с кем, а меня она слышать всегда рада.
— Так она снова вернулась к мужу?
— Ага. Пьянь, говорит, но моя. Жалко дурака. Перевоспитаю.
Я только хмыкнула и покачала головой, бросив в жаровню укроп. В "перевоспитание" мужчин я в упор не верила. И не потому, что, как нравится утверждать многим представительницам моего пола, "все они козлы". Просто для того, чтоб изменить человека, нужно его переломать, а мужчины реагируют на упрёки со стороны женщин однозначно: я тут хозяин. Видала я, конечно, и парочку "перевоспитанных", но они по большему счёту были просто марионетками в руках не всегда прекрасных половин.
— Вряд ли перевоспитается, — вслух озвучила я свою мысль.
— Кстати, Светка замуж выходит. Нам приглашения пришли, я тебе забыла сказать. Правда, она уже трижды передумывала, но это чисто чтоб потрепать жениху нервы, так что будем решать, что можно надеть…
Я только улыбнулась. Вообще-то со всеми этими мистически-криминальными событиями я успела подзабыть, как это приятно — сплетничать в тесной кухне, вдыхая запахи и наблюдая, как солнышко путается в занавесках. Тем временем Оля
— А вдруг он бросит меня ради неё? — я расхохоталась в голос. В ответ на обвиняющий взгляд заметила:
— Не будь дурочкой, Оль. Знаешь, сколько у него таких может быть? Это же просто игра. Тем более что у мальчишек всё-таки ярко выражены физиологические потребности, а сложно заниматься с кем-то любовью через клавиатуру.
— Инга, иногда ты просто не понимаешь очевидного. Любовь побеждает всё!
Я только молча покачала головой, слегка улыбнувшись. Не хочу спорить с тобой, сестричка, да и не стоит, наверное. Только настоящая любовь слишком похожа на привидение — все о ней говорят, но мало кто видел. Пышные фразы и глупые клятвы звучат только первую пару лет, а потом… мало денег, молодые любовницы, пиво и курево, взаимные упрёки… ложь, глупость, быт… и скоропалительная любовь разлетается осколками тарелки об стенку. Банально, глупо. Но — правда. Чтоб любить человека, нужно знать его и понимать. И принимать таким, какой он есть, не оглядываясь ни на что.
— Оля, если он и любит кого-то, то только тебя. Вы ведь столько прошли вместе. Поверь, игрушек много может быть. Главное — сумей быть единственной. Покуда у тебя это получается, — скучающим голосом сказала я то, что должна была сказать.
Оля мгновенно надулась, как мышь на крупу.
— Наверное, у Егора не было подружек по Интернету, вот ты так спокойно и реагируешь!
Я подавилась хихиканьем, представив себе Егора, упоённо выстукивающего признания в любви на клавиатуре. Картинка получилась просто потрясающая, и на смех меня потянуло с удвоенной силой.
— Не было, но мне хватало настоящих. Особенно та шлюшка, с которой он встречался, когда мы познакомились. Ох, и намучалась я с ней… — я буквально облизнулась, вспомнив вытянувшуюся от ярости смазливую мордашку. Я её таки сделала! А после неё, правда, особых проблем с этой стороны не наблюдалось — Егор оказался существом постоянным. Но… — Но и не сомневаюсь, что за время нашей ссоры он успел нескольких сменить. Чисто мне назло.
— И ты так спокойно говоришь об этом? — поразилась Оля.
— Да. Потому что, когда мы встречались, он себе ни разу не позволил подобного. И сейчас не позволяет.
Некоторое время Оля внимательно разглядывала меня, потом сделала логичный вывод:
— Любит он тебя! А уж ты его…
Я только закатила глаза и быстро перевела разговор на перипетии их с Игорем отношений.
Жаркое удалось на славу, на зубах хрустел молодыми огурчиками салат, и у меня мелькнула мысль, что жизнь почти прекрасна. О ещё двух родных душах, которые мне нужно было навестить, я старалась не думать.