Чужой дневник

Канаева Марина Анатольевна

— Запомни, ты и есть ребёнок. Для меня. Вот и научись не перебивать старших. Договорились?

— Да…

— Вот и хорошо, вот и умничка. Трусливая, но понятливая. Всегда ценила таких.

Я ощутила резкий приступ бешенства.

— Отойди, — сказала я холодно, — И запомни. Если хочешь, чтоб младшие тебя не перебивали — постарайся их не унижать.

Изумрудные глаза задумчиво сверлили меня.

— Отойди, — повторила я тихо и ласково. Странно, но мой голос всегда становится максимально нежным, когда я впадала в тихое бешенство.

Кошка отступила

на пару шагов, и я услышала тихий смех, чем-то напоминающий потрескиванье горящих поленьев в камине.

— Да, всё не так уж и запущено, — сделала она вывод.

Я резким движением вскочила на ноги.

— Мне не нужны твои характеристики, — холодно сказала я, — И мнение твоё меня не волнует. Я вызвала тебя — значит, освободи меня отсюда.

— Знаешь, деточка, я не вижу в этом причинно-следственной связи. Моя контора предпочитает самообслуживание со стороны клиентов. Ты Видящая, ты контролируешь книгу — вот и крутись, как знаешь. Моё жалкое мнение не в счёт.

Блин, почему Хранители такие обидчивые, и когда я уже научусь держать свой не в меру ехидный язык за зубами?

Я медленно подошла к книге, валяющейся в серой чердачной пыли. Контроль. Оригинально! И что мне теперь делать? Медитировать?

Я попыталась поднять с пола говорящую макулатуру, и меня ожидал очередной сюрприз: она весила, должно быть, не меньше ста кило. По крайней мере, я не смогла не только поднять книгу, но даже сдвинуть её хоть на миллиметр! Отлично.

Я вздохнула и положила руки на серебряный переплёт. Ну, что мне с тобой делать? Мне нужно тебя поднять!

Я ощутила, как металл резко потеплел. Мгновение спустя книга взмыла вверх и зависла на уровне моей груди, даже не потревожив воздуха. Если б мои руки резко не рвануло, я б подумала, что происходящее мне привиделось.

Я снова прикоснулась к переплёту. Потом убрала руку и сжала в кулак, после чего повела кисть вверх. Книга взмыла к потолку.

Значит, быть Видящей не так уж и плохо! Теперь я, по крайней мере, знаю, как открыть дверь! Я резко повела руку вправо и до упора — вниз.

Эффект превзошёл мои самые смелые ожидания. Чердачную дверь просто вынесло вместе с петлями. От изумления я разжала кулак, и книга осыпалась серебристым песком, который преобразовался в изящный кулон с чёрным камушком. Мгновение — и украшение оказалось у меня в руках.

Я двинулась в сторону двери, но потом остановилась и оглянулась на кошку. Она смотрела мне вслед с непередаваемым выражением на мордочке, но останавливать, видимо, не планировала.

— Я могу это забрать? — спросила я, указывая на кулон.

— Первая Хозяйка вышибала дверь молнией, — отрешённо сказала кошка, видно, даже не услышав вопроса, — Вторая — ментальной стеной, третья — огненным шаром. Четвёртая не любила разрушений, потому предпочитала ходить сквозь стены. У них были очень сложные характеры, но ни одной из них не пришло в голову таранить дверь книгой!

Я посмотрела на ошалелую мордочку кошки и поняла, что в очередной раз сумела отличиться. Потому я бочком двинулась к двери, пока

хвостатая не выпала из ступора. Грохот разбудил несколько человек, но я сумела-таки свалить по-английски.

***

Алика

Пространство замерцало и смялось, принимая существо из мира, который прячется за изнанкой карт и зеркал. Густая кровь, что только что упала на зеркальную поверхность, вспенилась и закипела. Алика ощутила, как ноги подкосились. Она упала на колени.

— Невежливо, — грянул в воздухе насмешливый голос, — И самонадеянно ожидать прихода Господина стоя.

Женщина склонила голову, стараясь скрыть бешенство в глазах. Одна ошибка, и она стала рабыней…

— А твоя внучка — Госпожой, в тысячу раз более сильной, чем ты. Ирония, правда? — спросило существо насмешливо, и чёрные зеркала его глаз блеснули лукавством. Впрочем, женщина, склонившаяся в поклоне, видеть этого не могла, потому легко попалась на удочку.

— Нет, ещё ничто не решено. Она глупа и слаба, она скоро оступится, мой Господин.

— Знаю. Все оступаются, — сказал дух безразлично, — Но я пришёл говорить не о том. Книга нашла новую Хозяйку.

— Так скоро? — спросила Алика, полыхнув безднами ярости, которые мало напоминали человеческие глаза, — И кто же Хранитель?

— Кошка.

Из глотки женщины вырвался тихий рык, и последнее сходство с человеком потерялось.

— Вы хотите, чтоб я проверила её, Господин мой? — спросила она с тёмным предвкушением. Бездны глаз собеседника полыхнули первичной тьмой.

— Да. Но с условием. Ты сделаешь это чужими руками, не прикасаясь к девчонке и не ударяя по ней своей силой в чистом её виде.

Лицо взывающей просто перекосило от разочарования.

— Господин, по вине одной из Хозяек едва не были уничтожены ваши карты. Та Дарина, из-за которой моя сестра сошла с ума…

— Вот именно. Ради мести ты сразу б убила новую хозяйку Книги.

На лице женщины отразилось искреннее изумление.

— Разве наши желания не совпадают?

— Да, но это было бы скучно. Я не люблю скуки, мне надоели банальные развязки. Я люблю представления, — сказал Шут* холодно, и сгустки энергии заструились вокруг него. Неведомая сила заставила Алику уткнуться лицом в пол. Когда она смогла поднять голову, в комнате не было ничего, кроме пятен крови и разбитого зеркала. Ничего и никого.

***

Артём

Проснулся под вечер, смотрю в потолок. Ощущение, что по ушам и остальным частям тела промаршировало стадо медведей, слонов, бегемотов и не в меру активных детей. Напрашивается вопрос: где ж я умудрился так набраться?

Ответ в голову приходить не спешил.

Ладно, поставим вопрос по-другому: а что вообще было вчера?

Я зевнул, и страдальческий взгляд мой наткнулся на учебники по менеджменту и маркетингу, которые я сразу после окончания первого учебного года забросил под стол и постарался завалить дисками. Не получилось, и теперь от вида такой знакомой и до жути любимой литературы моя многострадальная головушка разболелась ещё сильнее.