Чужие
Шрифт:
Мрачная напряженная тишина повисла в столовой. Опять был нарушен привычный порядок.
Лейтенант Донован всегда – ВСЕГДА – ел за столом вместе с солдатами. Даже когда заслужил непререкаемый авторитет среди волонтеров. И сержант Эйпон поступал точно так же. Не от панибратства,- мол, смотрите, какие мы свои парни, едим с вами за одним столом,- а потому, что уважал солдат.
Десять лет офицерские места пустовали. Донован не нарушал этого правила,
А сегодня… Сегодня Горман восседал за офицерским столом, переполненный чувством собственной значимости – молодой лейтенант, нацепивший новенькие погоны меньше, чем год назад.
Эйпон, подчиняясь приказу,
Сержант, зачем разводить панебратство.
пересел туда же.
Сержанту это простили. Но Горману – нет.
Вирсбовски, жилистый худой поляк, поставил поднос на стол и, придвинув стул, занял место между Хиксом и Кроувом.
– Ну что?- спросил он, отправляя в рот кусок бифштекса и принимаясь ожесточенно жевать,- Какие новости?
– Тебе понравится,- тут же отозвался Хадсон,- Мы там будем СПАСАТЬ,– он хохотнул,- На этой планете полно хорошеньких дочек колонистов, которых мы будем спасать от их девственности.
Вирсбовски кивнул, давая понять, что понял и оценил шутку. Отломив кусок хлеба, он бросил его в рот и несколько секунд жевал, а затем, сморщившись, сплюнул желтоватую массу на поднос.
– Это что еще за дерьмо такое?- недовольно спросил он.
– Кукурузный хлеб, по-моему,- ответил Дрейк.
– Это очень помогает в постели,- снова вступил в разговор Хадсон.
– Не знаю, что тебе помогает, парень,- улыбнулся Вирсбовски,- а мне очень помогла одна девочка с Эйч-Пи-84,- он повернулся к Дрейку,- Помнишь?
– Конечно,- тут же включился тот,- Только ты забыл, что это была не девочка, а мужик.
За столом засмеялись.
– Ну, девочка, мужик, какая разница…- Вирсбовски подмигнул сидящим рядом волонтерам.
Атмосфера немного разрядилась. На дальнем конце стола послышались разговоры.
– Эй, Бишоп!- окликнул подошедшего мужчину Хадсон,- Слушай, покажи этот свой фокус с ножом, а?
Васкес и Дрейк переглянулись. Она молча, одними глазами, указала на Хадсона. Дрейк понял и, неторопясь выбравшись из-за стола, направился к гомонящему парню.
– Ну, пожалуйста, Бишоп,- продолжал тот,- Покажи. У тебя классно получается.
Бишоп кивнул, соглашаясь, и, взяв со стола остроотточенный нож, несколько раз подбросил его в воздух, ловя за сияющее лезвие. Он подошел к Хадсону и положил ладонь с растопыренными пальцами на синий пластик стола.
На лице Хадсона появилось по-детски восторженное выражение. В ту же секунду Дрейк быстрым движением схватил его за руку и, заломив левую за спину,
– Эй, эй!- заорал он,- Что вы делаете? Что вы делаете?!!
Хадсон отчаянно задергался, пытаясь вырваться из цепких объятий Дрейка, но тщетно. У пулеметчика была железная хватка.
– Кончайте дурака валять! Бишоп!!!
– Давай, Бишоп, давай,- засмеялась Васкес.
– Кончайте, ребята!- продолжал визжать Хадсон.
– Не двигайся,- твердо сказал Бишоп,- Доверься мне.
Нож ткнулся в стол у большого пальца, у указательного, среднего и так далее… Все быстрее и быстрее. Удары острия о пластик начали постепенно сливаться в один монотонный звук, напоминающий работу старого мотора.
Хадсон округлившимися глазами смотрел, как лезвие превратилось в стальную дугу. Рот его раскрылся, и из него донесся сдавленный звук.
– …аааааааааа,- крик набирал силу, пока не достиг вершины,- аааАААААААААААА!
Дробь ударов стихла так же мгновенно, как и началась. Бишоп спокойно убрал руку, и Хадсон посмотрел на свою ладонь.
– Пальцы-то хоть у меня все?
За его спиной засмеялся Дрейк.
– Ну, спасибо,- ему даже удалось выдавить из себя нечто, отдаленно напоминающее улыбку.
– На, остынь,- Хикс протянул ему стакан кофе, и Хадсон в три глотка осушил его до дна.
Грохнув стакан о стол, он глядел улыбающиеся лица и процедил:
– Между прочим, это было не смешно.
Волонтеры засмеялись.
– Мистер Берк!- повернулся в сторону офицерского стола Хикс,- А что, новый лейтенант не может питаться с нами за одним столом, да? Наша компания ему не подходит?
– Ему будто гребенку в задницу засунули,- пробормотал кто-то.
Горман вздрогнул и густо покраснел, чем вызвал новый приступ веселья среди волонтеров.
Эйпон сдержал улыбку и, пытаясь перевести разговор в другое русло, спросил подходящего к столу Бишопа:
– Ну что, я смотрю, ты все-таки промахнулся? Первый раз, а?
Рипли повернула голову и увидела…
Господи!
как из крошечного пореза на большом пальце мужчины вытекло несколько капель белой жидкости.
Господи, Боже мой! Он – не человек! Бишоп – не человек!
ОНА ПЫТАЛАСЬ КРИКНУТЬ, НО ЭШ ПОВАЛИЛ ЕЕ НА ПОЛ И ПРИНЯЛСЯ ЗАТАЛКИВАТЬ В РОТ СВЕРНУТЫЕ В ЖЕСТКУЮ ТРУБКУ БОРТОВЫЕ ЖУРНАЛЫ! РИПЛИ ИЗВИВАЛАСЬ, СТАРАЯСЬ ВЫРВАТЬСЯ ИЗ ЦЕПКИХ ЛАП, НО ВСЕ БЫЛО НАПРАСНО!ОФИЦЕР ПО НАУКЕ, ИЗДАВАЯ ХРИПЛЫЕ ГОРЛОВЫЕ ЗВУКИ, ВЗГРОМОЗДИЛСЯ НА НЕЕ, ПРИЖАВ РУКИ СВОИМИ КОЛЕНЯМИ К ПОЛУ.