Чужие
Шрифт:
Осторожно положив на постель плазмовинтовку, она опустилась и, стараясь не разбудить девочку, нежно обняла ее. Головастик вздрогнула во сне, инстинктивно прижалась к женщине. Древнее движение. Рипли глубоко вздохнула.
Головастику снились кошмары. Она вскрикнула, моля у кого-то пощады. Рипли прижала ее к себе:
— Я здесь, здесь. Успокойся. Все хорошо. Все хорошо.
Атмосферотрансформаторную станцию окружали трубопроводы охлаждения. Процесс охлаждения проходил под большим давлением. Сейчас трубопроводы были охвачены пламенем. Высоковольтные дуги молний раскалывали тьму ачеронской ночи. В это мгновение освещались даже городские здания.
На посадочной площадке выросла высокая металлическая мачта. На ней, как птицы на ветвях, сидели параболические антенны. Подставляя спину ветру, одинокая фигура склонилась над панелью управления.
Биенон отодвинул контрольную крышку и подсоединил портативный терминал к оборудованию башни.
Все очень отличалось от того, что было запланировано. Да башни он добрался с опозданием — туннель занял гораздо больше расчетного времени. Но зато проверка и подключение терминала удались ему быстрее, так что часть потерянного времени он компенсировал. Им было сделано столько, что на это стоило взглянуть.
Терминал и монитор он покрыл защитным слоем. Теперь им были не страшны ни пыль, ни песок, ни ветер. По сравнению с Биеноном, эта электроника была более чувствительна к климатическим условиям. Последние несколько минут ушли на то, чтобы создать ключ ввода. Тренированному человеку понадобилось бы минут десять на то, что он успевал за одну минуту.
Будь он человеком, он произнес бы сейчас короткую молитву. Возможно, он так и сделал. У андроидов тоже есть свои тайны. Еще раз проверив ключ ввода, он прошептал:
— Теперь, если я все сделал правильно, а электроника в порядке…
Он нажал кнопку периферического ввода. Загорелась надпись «Продолжайте».
Высоко над ним в пустоте космоса терпеливо дрейфовал «Сулако». Никто не ходил по его коридорам. Было тихо в грузовом отсеке. Лишь молчаливо перемигивались приборы, поддерживая корабль на геостанционарной орбите над колонией.
Никто не услышал, когда раздались звонки. Вспыхнули огоньки трансформаторов, хотя никто не мог увидеть переход красного цвета в синий, а затем в зеленый. Загудела гидравлика. Мощные лифты опускали второй модуль к стартовой площадке. Колеса замерли, шкифы и уровни поднялись. Модуль был готов к старту.
Как только модуль был закреплен в летном положении, из ниш пола появились лестницы и автоматические отсоединители. Были проведены предстартовая проверка и окончательная продувка. Эти рутинные операции не требовали вмешательства человека. Корабль мог проделать их лучше человека. Люди бы только мешали и тормозили операцию.
Во время подготовительных работ звучала запись, словно кто-то мог ее услышать:
— Внимание, внимание. Началась подготовка к полету. Исключить использование в шлюзе возгорающих средств. Биенон не присутствовал при этом, не видел, как перемигивались огни, не слышал предупреждения. Но показания небольшого терминала были не менее красноречивы, чем сонеты Шекспира. Биенон знал, что модуль готов, идет последняя продувка. Обо всем ему доложили цифры. Это был не просто контакт с «Сулако», между ними была теснейшая связь. Биенону не надо было присутствовать там лично. Вместо него туда летели сигналы, а полученная оттуда информация говорила ему, что все идет нормально.
Глава 12
Она не собиралась уснуть. Ей хотелось несколько
Рипли проснулась быстро. Ее голова находилась под кушеткой.
В операционную проникал тусклый свет из медицинской лаборатории. Посмотрев на часы, она поняла, что проспала более часа. За это время их могла посетить смерть, но, казалось, ничего не изменилось. Неудивительно, что никто не пришел разбудить ее. У всех были более важные дела. Ее оставили в покое, и это было хорошим знаком. Ее бы нашли в этому теплом углу под койкой, если бы ОНИ предприняли еще одну атаку.
Головастик крепко спала. Рипли осторожно высвободила свои руки. Прежде чем выползти из-под кушетки, она убедилась, что девочка хороша укрыта. Когда она повернулась, ее внимание привлек какой-то странный блеск. Она замерла. Два цилиндра стояли в комнате, крышки были снята, раствор еще флюоресцировал. Оба цилиндра были пусты.
С замиранием сердца Рипли вглядывалась в каждый темный угол, под каждый предмет. Какое-то время она не могла двинуться. Пытаясь оценить ситуацию, она первым делом протянула руку к спящей девочке.
— Головастик, — прошептала она.
Чувствовали ли эти твари звуковые волны? Она не видела у них ушей, вообще никаких наружных органов слуха. Но кто мог предсказать их реакцию на внешние раздражители?
— Головастик, проснись.
— Что? — Девочка привстала, протерла глаза. — Рипли? Где?..
— Тсс! — Она прижала палец к губам. — Не двигайся. У нас неприятности.
Глаза девочки расширились. Она молча кивнула. Сон сняло как рукой. она стала такой же осторожной, как ее взрослый защитник. Рипли не надо было повторять. Во время кошмарного пребывания в вентиляционной системе колонии девочка узнала цену тишины. Рипли показала ей на открытые лабораторные цилиндры. Головастик взглянула и кивнула еще раз. Она никогда не хныкала.
Они легли близко друг к другу, вслушиваясь в темноту. Они слышали, как смертоносные ноги царапали скользкий пол. Совсем рядом гудел обогреватель.
Рипли сделала глубокий вдох, протолкнув комок в горле, и начала двигаться. Ухватившись за пружины кушетки, она стала отодвигать ее от стены. Скрежет металлических ножек раздался в комнате. Щель между кушеткой и стеной увеличилась. Она приблизилась к стене и, упираясь в нее спиной, заползла на кушетку. Правой рукой она водила по матрацу в поисках плазмовинтовки. Ее пальцы быстро шарили по простыням и подушкам.
Плазмовинтовка исчезла.
Рипли внимательно осмотрела кушетку. Ведь она точно оставила винтовку на матрасе. Ее внимание привлек тихий звук. Она повернулась на левый бок. И в этот же миг на нее прыгнуло что-то мерзкое, состоящее из одних ног. Исторгнув вопль ужаса, она перевернулась на спину. Тонкие холодные лапы прошлись по волосам, а там, где секундой раньше была ее голова, уродливая тварь вцепилась в подушку. Поняв, что промахнулось, чудовище тут же отползло, его многочисленные ноги стали искать исчезнувшее лицо. Рипли свалилась в щель между стеной и кушеткой и дико рванула пружины на себя, заметив чудовище всего в нескольких сантиметрах от своего лица. Его ноги находились в постоянном движении, а мускулистый хвост обвивался вокруг пружин, как бешеный питон. Терратоид издавал пронзительный звук, что-то среднее между свистом и шипением.