Чужак
Шрифт:
Темные потолочные балки завораживали. Мне казалось, что они слегка колышутся, как волны очень спокойного моря. Их ритмичное движение убаюкивало. Я уснул и увидел во сне все те места, которые любил: город в горах, английский парк, пустынные пляжи. Только Ехо мне больше не снился. Ничего удивительного: этот город уже стал частью другой жизни, по его улицам я теперь гулял наяву.
На сей раз мне было очень легко попадать из одного сна в другой: я менял сновидения по собственному желанию. Наскучив прогулкой по парку, перебирался
Я проснулся еще до полудня, совершенно счастливый и свободный. События прошлого казались мне неплохим приключенческим фильмом, будущее меня не тревожило, настоящее устраивало целиком и полностью. Умывшись, я закутался в скабу и лоохи светлых, палевых оттенков, выбранные вчера для пущего контраста с моей зловещей униформой, и послал зов Мелифаро.
«Уже вскочил? Ну ты даешь! Я и то еще валяюсь! Ну, спускайся вниз, выпей камры с моим знаменитым родителем. Или один, если он уже ушел. Я присоединюсь через полчаса».
Я спустился в гостиную, где моему взору предстало воистину удивительное зрелище. Огромных размеров дядька, потупившись, стоял у стола и ныл:
— Отец, но почему…
— Потому что так будет лучше, — тоном теряющего терпение человека отвечал его собеседник, невысокий изящный мужчина, рыжие волосы которого были заплетены в роскошную косу. Клянусь Миром, коса доходила до пола! Оценив ситуацию, я понял, что это и есть сэр Манга Мелифаро, автор страстно обожаемой мною «Энциклопедии».
— Хорошего утра, господа!
Я лучился удовольствием, спускаясь в гостиную. Это было странно, поскольку обычно я стесняюсь новых людей и терпеть не могу с кем-то знакомиться.
— Хорошего утра, сэр Макс! Поздоровайся с гостем, Бахба!
— Хорошего утра, сэр Макс! — послушно повторил печальный великан.
— Ладно, ступай к этому торговцу, парень! Только смотри: нам нужны шесть лошадей. Шесть, а не дюжина! Что до меня, то мне они вообще не нужны, но поскольку ты просишь… Но не дюжина! Ясно?
— Ясно, отец! Прощайте, сэр Макс, вы принесли мне удачу! — И повеселевший великан вышел из гостиной.
— Мой старшенький, сэр Макс, — с заметным изумлением сказал сэр Манга. — Дитя «юной страсти», как принято говорить… Ума не приложу, как у меня такое вышло?!
— Вы действительно очень страстный человек, сэр Манга, — улыбнулся я и налил себе камры. Готовили ее здесь не хуже, чем в «Обжоре», честное слово!
— Самому не верится… Кроме него и Мелифаро, каковых и так вполне достаточно, чтобы разбить отцовское сердце, у меня еще есть средний сын, сэр Анчифа Мелифаро. Стыдно сказать, но он пират! И один из самых грозных, если верить портовым сплетникам. Хотя такой
— Это хорошо для моряка, — заметил я. — Путешествовать лучше всего налегке, а поскольку собственное тело затруднительно оставить дома, пусть уж оно будет как можно компактнее!
— Вы, наверное, славно спелись с моим младшим, — усмехнулся сэр Манга. — У вас тоже язык до пояса!
— К тому же у него есть только фамилия, а у меня — только имя. Из нас двоих вполне мог бы получиться один полноценный гражданин.
— Тоже верно… А вы действительно родились на границе графства Вук и Пустых Земель? Что-то я там таких ребят не встречал!
— Я тоже! — Мне пришлось хладнокровно пожать плечами. — Наверное, я просто большой оригинал!
— По всему выходит… Сэр Макс, я, кажется, должен попросить у вас прощения…
— Грешные Магистры! За что?!
— Пока Мелифаро дрыхнет, могу открыть вам секрет. Давеча он спрашивал у меня о некоторых обычаях ваших земляков. Теперь я, кажется, понимаю, зачем ему это понадобилось.
— Обряды верных друзей?
— Да, верно. Мелифаро уже что-нибудь учудил?
— Не он. Другой человек.
— Дырку надо мной в небе, сэр Макс! Видите ли, я тщеславен. И когда я чего-то не знаю… Словом, я не мог так опозориться перед своим младшим сыном. Пришлось выдумать, что нужно петь в полночь на улице какие-то дурацкие песни…
— Тот парень пел их в полдень. Впрочем, ночью я обычно сижу на службе, а потому не смог бы присутствовать на концерте. Но мы с ним уже договорились. Он обещал ограничиться той музыкой, которая звучит в его безупречном сердце.
— Хвала Магистрам! Потому что меня понесло, и я предположил, что…
— Что в последний день года нужно чистить друг другу сортиры? Это меня потрясло больше всего.
— Ну что вы, сэр Макс! Такого я просто не мог сказать. Я же знаю, как с этим обстоит дело в Пустых Землях. Какие уж там сортиры!
— Значит, это было совместное творчество. Мелифаро приложил руку к вашей версии.
— Вы уж не выдавайте меня, сэр Макс! А то некрасиво получается, — отсмеявшись, сказал сэр Манга.
— Отдать вас на растерзание этому хищнику? Да никогда! — поклялся я. — Но при условии, что вы передадите мне вон то блюдо.
И я с удовольствием захрустел крошечными рассыпчатыми пирожками.
После завтрака я вышел из дома, не дожидаясь пробуждения Мелифаро, и бродил по окрестностям, пока не проголодался. Валялся в траве, нюхал цветы, набивал карманы пестрыми камешками и зачарованно пялился на облака. В общем, это был один из лучших дней в моей жизни.
Вечером мне довелось встретиться с матушкой Мелифаро, чьи монументальные формы проливали свет на тайну происхождения великана Бахбы. При этом она была настолько красива, что дух захватывало. Скульптура, а не человек. Впрочем, весьма жизнерадостная скульптура.