Чужак
Шрифт:
— Вот вам моя рука, великан, — произнес Бад, — и вам тоже, приятель! — Он обменялся рукопожатиями с Шерри и Питом Ленгом. — Мы немедленно отправляемся в дорогу. Будем сообщать вам обо всем, что узнаем. Пока!
Вскоре моряки скрылись, отправившись вниз по тропинке.
Ленг проводил их взглядом, полным сомнений.
— Разве то, что ты задумал, стоит шесть тысяч? — спросил он. — Существует ли вообще возможность компенсировать предлагаемые тобой затраты, Малыш?
— Не знаю, — честно признался Шерри. — Но если они способны оказать нам хоть какую-то помощь… О Боже, разве это не дороже всего на свете?!
Но
Глава 27
После этого разговора Пит остался дома, а Шерри, не находя себе места от бездействия, отправился в город посмотреть, что там происходит. И почти сразу же столкнулся с долговязым доктором Лейманом, который шел по улице упругой, легкой походкой, шурша брючинами.
— Шериф просто озверел, как бешеная собака! — бросился он к Малышу с лицом, побелевшим от злости. — Клянусь Небесами, с его разумом что-то неладно. Он неуравновешен!
— Мун славится своей прямолинейностью, — сказал Шерри, насторожившись от такого высказывания.
— Это он-то прямолинейный? Да Мун собирается отправить Беатрис на виселицу! — закричал Лейман. — Он только что запретил ей с кем-либо встречаться и даже писать письма! О более возмутительном безобразии мне не приходилось слышать!
— Даже встречаться с адвокатами? — уточнил Шерри.
— На этих адвокатов не хватит никаких денег, — кипятился Лейман, — даже если мы получим средства из состояния Беатрис. А как это сделать, если не будет оформлена доверенность на мое имя? Или на имя другого человека? Никогда не слышал о таком беззаконии и произволе!
— Вы правы! — поддержал его Шерри. Потом немного подумал и добавил: — Некоторые мужчины почему-то не любят женщин. Мун их точно не любит.
— Конечно, это так, — подтвердил доктор. — Но надо иметь в виду и такое обстоятельство — раньше ему не приходилось арестовывать женщину по такому тяжкому обвинению. А теперь в нем проявился тиран, небывалый доселе.
— Обращались ли вы к судье?
— Какой смысл? Судья в кармане у Муна. Можно подумать, что все поступки Муна кем-то инспирируются. Но клянусь Юпитером, я разнесу в щепки его репутацию! — И он пошел дальше, даже не попрощавшись, но, сделав несколько шагов, обернулся и крикнул: — Знаете, в городе появился и ищет вас Слейд… Фантом или Фенни — забыл, как его зовут. Между вами раздор или он ваш приятель? Сам я с ним никогда не встречался, — добавил доктор и заторопился дальше, погруженный в свои мысли.
Таким образом Шерри получил сразу двойной удар. Во-первых, его потрясла новость, что шериф занял такую твердую позицию в отношении Беатрис. Она лишний раз подчеркивала убежденность Герберта Муна в ее вине. Однако Малыш Лю воспринял эту новость не так, как Лейман. Тот, страстно желая освобождения девушки, похоже, думал только о том, что творится несправедливость. А он видел это в другом ракурсе и чувствовал всю тяжесть осуждения со стороны Муна. Шериф был не из тех людей, которые легко на что-то решаются. Прежде чем занять такую твердую позицию, он, несомненно, изучил все дело девушки вдоль и поперек. Одним словом, Герберт Мун считает, что Беатрис Вилтон виновна, безусловно виновна!
Шагая по улице, Шерри думал о том, что отныне его основная задача заключается
Однако вторая новость заставила Шерри отодвинуть на задний план мысли о девушке, ибо в данный момент появилось гораздо более важное обстоятельство — приехал Слейд!
Теперь его именовали Фенни. Но в былые дни, до всех тех преступлений, которые оставили след на его лице и превратили его сердце в камень, звали Фантомом. Потому что он появлялся беззвучно, как призрак, а его бесконечные мотания по стране превратили его в вездесущего.
Вряд ли Слейд приехал в Клейрок с какими-либо добрыми намерениями. Если он разыскивает Шерри, то это означает, что предстоят неприятности, ибо они — его жизненное призвание.
Вполне могло случиться так, что глупо раздутая на страницах газет известность Малыша Лю — его слава бойца с огнестрельным оружием — дошла до слуха Слейда и пробудила у знаменитого убийцы чувство зависти.
Потому что именно таким и был этот человек. О нем говорили, как и о головорезах прежних дней, — он убивал просто ради того, чтобы увидеть, как люди будут падать. В нем не было никакого благородства. Он так же спокойно стрелял в спину, как и в лицо. Не признавал никаких сложившихся правил сражений. Кровь стыла в жилах, когда рассказывали о его бандитизме. Находясь в расцвете лет, Слейд уже состарился как убийца. Молва гласила, что он стал им еще подростком. Теперь ему было за тридцать. И если верить слухам, то он совершал в год не меньше одного убийства.
Неудивительно, что поведение Шерри мгновенно изменилось — теперь он шел по улице с предельной осторожностью.
Все вокруг вдруг стало выглядеть иначе — как день отличается от ночи. Еще минуту назад окружающее пространство казалось открытым и безопасным, а сейчас каждый проулок нацелился на Малыша подобно револьверу, любое открытое окно заставляло думать о возможной опасности. Потому что Слейд действовал исподтишка.
Как гремучая змея, он тотчас настораживал в момент своего появления. Поступая таким образом, показывал, что хотя он сам охотник, но и за ним охотятся. Получивший предостережение человек должен находиться начеку и может сам нанести ответный удар. Но Слейд верил в свою удачу, а вероломство помогало ему побеждать.
Конечно, все могло обернуться иначе. Какой-нибудь их общий знакомый мог посоветовать Слейду обратиться к Шерри. Надеясь на это, великан продолжал шагать вперед. Он не испытывал желания рисковать жизнью в такой неравной схватке. Обладая мгновенной реакцией и точностью выстрелов, он никогда не вступал в драку ради самой драки, а Слейд просто превратился в профессионального бандита. Малыш Лю зарабатывал себе на жизнь трудом, Слейд — револьвером.
Шерри пошел прямо к гостинице и уселся там на веранде. Когда он туда поднялся, там никого не было, но с его появлением веранда стала быстро заполняться. Кто-то, проходя мимо по улице, свернул к ней, кто-то вышел из самой гостиницы — всем очень хотелось побыть рядом со ставшим временно знаменитым человеком.