Чувственная пытка
Шрифт:
– Офис-менеджер? – вопросительно поинтересовался он у меня.
– Й-а, – как ослик из мультфильма, выдавила из себя.
– У вас такая хорошая характеристика… не соответствующая действительности.
Если первая часть фразы меня окрылила, то вторая опустила ниже плинтуса. Так меня еще никто не оскорблял.
Неждан, будь он неладен, с пренебрежением взирал на меня с высоты своего роста.
Он листал папку. Видимо, это было мое личное дело. Затем подошел. «Твою ж мать!» – выругалась про себя еще раз. Как я могла перепутать начальство с какими-то ремонтниками? Что на меня нашло? Получается, если
Я склонила голову, понимая, что это самая выгодная позиция в данном случае. Кающаяся рабыня собственной персоной, вот как называлась эта поза.
– Юнона? Альбертовна? Так? – еще раз произнес Неждан.
Мне следует и его назвать по имени-отчеству?
– Да, Неждан Натанович. Я вас слушаю, – тон в тон произнесла я.
Вот только так хрипло у меня не получилось.
– Надо же. Уже в курсе, – буркнул себе под нос новый начальник. А потом бросил мне, сверля черносмородиновыми глазами: – Сплетни вы легко собираете, впрочем, как и отлыниваете от работы.
Это он о чем только что? Меня аж подняло и не опустило от гнева. Это он что имеет в виду? Будто бы я вчера прогуливала? Так получается? Спасибо Стасу, что предупредил, а иначе стояла бы дура дурой и не могла понять, в чем дело.
– Если вы о вчерашнем отсутствии на вашей инаугурации, то я ходила по заданию главного бухгалтера на почту отправлять заказные письма.
Меня от возмущения аж всю трясло. Это же надо назвать меня прогульщицей. Ту, которая тут практически днюет и ночует.
– И кто это может подтвердить? – с легким недоверием в голосе спросил этот… Неждан.
– Ирина Васильевна, – выплюнула я. Не могла сдержаться и добавила вслед: – Если вы знаете, о ком идет речь?
– Я-то знаю. Я также знаю, кто и за что деньги получает, – ядовито парировали мой ответ.
Фу. И как я могла найти этого солдафона привлекательным? Сексуально притягательным? Даже не знаю. Да он же отвратителен, как крокодил. Лучше сходить с ума по слащавому Леонардо ди Каприо, чем заглядываться на это подобие мужчины.
– Неждан!
Внезапно отворилась дверь, и, словно весенний ветер, в комнату влетел голубоглазый шатен. Так. Так. Так. А вот и зам, который Аполлон.
– Нам сделку одобрили!
– Неужели ты не видишь, что я занят? – словно холодной водой окатил господин начальник.
– Да ладно тебе, Неждан. Тут все свои, – легкомысленно произнес синеглазый.
Мужчина действительно был очень красив. Недаром на него запал Стас. Теперь я его рассмотрела как следует. Классические черты лица, практически античная внешность. Бог, сошедший на землю. Не просто так с ним сравнивали. По-моему, и с фигурой все в порядке. В меру широкие плечи, плоский живот, ноги вроде как не кривые. Или, по крайней мере, под брюками не видно. Руки не грубые, с ухоженными ногтями. Не то что у Неждана. Тот, кажется, весь вырублен из цельного куска дерева. Лицо, плечи, кисти рук – все было четко очерчено, словно под линейку. Ниже я не смотрела. Не положено служащей разглядывать начальство пристально.
– Аполлон Аристархович,
– Ты чего, Неждан? Белены объелся? – непонимающе уставился на него голубоглазый.
– Я неясно выразился? – тем же ледяным тоном спросил наш новый шеф.
Кажется, даже снежинки появились в воздухе от его слов.
– Ах да, – словно что-то забыл, произнес Аполлон и направился к выходу.
Когда проходил мимо меня, заговорщически подмигнул, словно принял в свою команду. Я даже улыбнулась в ответ. И мою улыбку заметил Неждан. А может быть, его от другого перекосило. Не знаю.
Какой же он самовлюбленный тип. Даже неприятно стало от выходки этой новой метлы. А вот Аполлон все-таки душечка. Стас оказался прав. Может быть, и получится их свести. Вдруг зам из этих, которые любят с мужчинами? Я не со зла. Просто другу хотелось подсобить, чтобы не страдал просто так. А начальник наш, который и Аполлона начальник тоже, редкостная гадость. Кажется, я даже скривилась.
– Юнона Альбертовна, зубки разболелись? – ядовито-хриплый голос вывел меня из состояния созерцания.
Я даже вздрогнула.
– Что вы, Неждан Натанович, на работе они болеть не могут по определению, только во время обеденного перерыва и в нерабочее время, – съязвила в ответ.
– Надеюсь, это касается и другого? – словно не заметил моей колкости, поинтересовался мужчина.
– Это вы о чем? – решила уточнить сразу и навсегда.
Шеф неприлично близко подошел ко мне и теперь возвышался этакой горой надо мною. И как я могла его перепутать с электриком? Только сейчас разглядела дорогой блейзер, надетый на мощную грудную клетку. Может быть, меня ввел в заблуждение неброский цвет? Хотя нет. Каждый видит то, что он хочет видеть. Я даже не предполагала, что начальство может заглядывать под шкаф в поисках чего-то там, вот и напридумывала себе непонятно что.
– О шашнях на рабочем месте, – проскрипели у меня практически над ухом.
Я, как солдат, вытянувшийся перед старшиной на плацу, стояла по стойке смирно. Аж самой стало противно.
Неждан подошел ко мне слишком близко. До последнего я не понимала, во что вляпалась. А если бы предполагала, то убежала как ошпаренная.
Запах.
Его запах ударил в нос. Меня повело, словно наркомана на косячок. Фантазия будто с цепи сорвалась.
Вот он поднимает руки с длинными красивыми пальцами, хоть и резко очерченными. Вот кладет их мне на плечи и обхватывает ладонями шею. Ласкает мочки ушей, заставляя возбуждение растекаться раскаленной лавой, начиная от средоточия женственности и заканчивая кончиками пальцев. Вот вытягивает карандаши из прически, и волосы мягко спадают по плечам. Вот склоняется надо мной…
Твою ж едрену вошь.
Что со мной творится?
Куда меня несет?
Я, словно собака, вылезшая из воды, помотала головой, стряхивая наваждение.
В ужасе подняла глаза, чтобы увидеть, что делает Неждан. Мне показалось, или между нами только что оглушительно лопнула невидимая струна?
– Неужели настолько противно?
У мужчины заиграли желваки и глаза потемнели.
Какие-то странные вопросы он задает. И что следует ответить? Я подумала, что раз я на работе, то и отвечать надо в этом же русле.