Чума 2047
Шрифт:
— Так. Нам до того посёлка тридцать семь километров. Рисковать не будем, пойдём по водохранилищу. Там нас мало вероятно заметят. — сказал Григорий, закрепляя лямками вещи. — Будешь помогать, один Я точно всё не утащу. А теперь бери тот трос и становись за мной. — мужчина стал нацеплять на себя лямки, чтобы тащить. — Ну, тронули.
Друзья принялись тащить сани. С места они тронулись тяжело, да и в горку пришлось толкать сзади, но в целом сани шли довольно бодро из-за чего вес, практически не чувствовался. На спусках сани использовались по назначению.
Через пятнадцать минут, друзья уже шли по водохранилищу. Снег, обдуваемый ветрами, был довольно твёрдым от чего идти по нему было намного приятнее, чем по тому, что был в посёлке. На снегу были следы кабана, что не радовали Гришу. Казалось, что эти звери боятся людей, но нет. Он с радостью напад"eт на человека и полакомиться его плотью. Группа ускорила шаг. Идти им около тридцати километров. По расчетам гриши, они должны дойти у семи-восьми вечера.
Вот в ста метрах до конца водохранилища, показалась заснеженная, грунтовая дорога.
— Не устала? — слыша тяжёлое дыхание ща спиной спросил выживший.
— Немного. — запыхавшись ответила девушка.
— Тогда перекур пять минут. — отряд остановился. Девушка села на сани. Её взгляд упал на небольшую лужицу без льда, по которой плавали утки. Гриша заметил это.
— Утки могут жить только в воде. На льду они спать не могут. Вон, смотри! Сейчас ту, что поменьше затянет под лёд и самец один останется. — утку несло течением в сторону льда. Она стала выгребать, что и получилось. — А нет. Смогла выгрести. Вот сейчас обратно полетят и минут пятнадцать отдых, пока течение несёт, а потом опять и так до весны… Ни сна толком, ни отдыха и еды. И вот в такие моменты понимаешь, что ты неплохо живёшь. У тебя есть всё для счастья. Отдых, еда и место поспать. — мужчина смотрел, как утки вернулись в начало своего маршрута.
— И правда… — не громко приговорила девушка завораж"eнно смотря на уток. Немного передохнув, друзья пошли дальше.
Пройдя пару часов по грунтовой дороге, отряд вышел на замерзшую реку. На ней были снежный наст, по которому Грише крайне не хотелось идти. Сверху, казалось, что поверхность довольно твёрдая, но вот снизу… Там могло быть всё, что угодно и обернуться довольно плачевно, что и произошло…
— Ай! — раздалось сзади. Мужчина почувствовал, как его тянет назад. Обернувшись, Штольц увидел, что его спутница провалилась по пояс и постанывала.
— Ты как так? Что-то болит? — спросил выживший, подойдя к Алисе.
— Н-нога. Больно очень. — сквозь слезы проговорила девушка.
Бородач стал вызволять подругу из снежного плена. Провалившись по колено сам, Григорий всё же достал девушку. Осмотрев ногу, вирусолог помрачнел.
— Ещё и мешок с момента и костями тащить… — тихо сказал выживший. — Вывих. И вывих лодыжки. — тяжело вздохнул мужчина, усадив беглянку на сани.
— И что нам делать? — держась за больное место спросила Алиса.
— Муравью пределать. Я потащу дальше. Четыре километра прошли всего. — печально сказал здоровяк. Набрав немного сухих веток, вирусолог
Пройдя ещё несколько часов, Григорий остановился передохнуть. Ему было тяжело идти по снегу. Вес саней не ощущался ни сколько. Только ноги проваливались иногда. Отпив воды и сверившись с картой, Гриша тронулся дальше. Мужчина решил идти до темноты. Время терять было нельзя. По расчетам вирусологии они должны были добраться до небольшого домика лесника.
Друзья дошли без приключений. Занеся девушку в дом, мужчина стал более детально проводить осмотр.
— Ну, хочу тебе сказать вывих стопы. — наложив эластичный бинт приговорил вирусолог. — Ходить можешь, но медленно и с болью. Через два-три дня сможешь нормально передвигаться.
— Это сильно снизит нашу скорость? — переживающе спросила травмированная.
— Как тебе сказать? Немного, но снизит. Если и дальше такой снег будет, то на час-два дольше идти будем. Так что не критично. — немного улыбнувшись сказал Штольц.
Ребята стали есть. Солнце уже шло к закату. Ещё пару часов и всё, наступит темнота в которой будет трудно ориентироваться.
Собравшись с силами, друзья вышли. Их ждал финишный отрезок в десять километров…
Войдя в город уже за темно и чуть дважды не сбившись с курса, друзья вошли в первый дом, который был на их пути.
— Утром схожу в авто мастерскую, а потом подъеду. — закрыв печь сказал вирусолог.
Друзья молчали. Гриша устал и Алиса это видела. Она не хотела его напрягать словесно, поэтому тоже молчала. Вот Штольц не заметно для себя уснул. Алиса аккуратно встала, чтобы не разбудить вирусолога и вошла зачем-то на улицу…
***
Штольц сидел на кухне. За окном уже опустилась ночь. Шторы на окне были запахнуты. Вирусолог не хотел видеть тот ужас, который царил на улице. Да и если бы присмотрелся, то вряд-ли он что-то там увидел бы там. Бородач стал планировать свои дальнейшие действия. Пораскинув мозгами, Гриша пришёл к тому, что ближайшую неделю просидит в этой квартире, попутно полностью изучив все квартиры в своём доме. Затем он начнёт поиски ближайшей военной базы. С таким мыслями, вирусолог и уснул…
Утром мужчина аккуратно выглянул из своей квартиры. На лестничной клетки было пусто. Торс болел, из-за чего передвигаться было неудобно и немного больно. Штольц решил вернуться к той квартире, которая была заперта изнутри на цепочку. Осмотрев тщательнее цепочку, вирусолог решил попытаться разорвать звенья с помощью плоскогубцев. Вернувшись уже с ними, Гриша стал пытаться перекусить цепочку. Минут десять он ковыряться с неподдатливой железкой, но вскоре та поддалась и звенья лопнули. Аккуратно войдя в квартиру, мужчина стал осматривать её. Трёх комнатная, с довольно большим коридором, который шёл через всю квартиру.