Чудовище
Шрифт:
Где был Алекс Эрик пока не знал. Не видел его ни в задымленном коридоре, когда к капитанской рубке пробирался, ни в самой рубке не застал. Аварийный сигнал пищал не прекращая. Голова разболелась и от дыма, и от этого резкого и такого страшного звука. Но сам пока еще не был напуган. Не понимал еще пока, что происходит... Не осознал, что жить остается только каких-то несколько минут, пока огонь все внутренности яхты не выест.
И об Алексе беспокоится именно в тот момент начал. Да. Сначала тревога тоже не за себя была.
И из рубки к трюму побрел. В сторону гостевых кают, к левому борту
И надежда оправдалась.
Едва только в конец коридора добрался, сразу понял - жив Алекс. И главное, не просто жив, а еще и действует правильно. Время он не терял - из хранилища и аварийного набора гермокомплект с запасными кассетами кислорода вытащить успел.
В трюме дыма в разы больше было, чем даже в главном коридоре. Эрик, кашляя и задыхаясь, еле добрел до копошащегося с гермокомплектом парня.
А тот, вдруг обернувшись и увидев живого Эрика, почему-то совсем не обрадовался. Злость в темных глазах нешуточная вспыхнула, и страх вспыхнул.
Тут же, уже заряженный кислородом, гермошлем попробовал на себя натянуть, от Эрика отходя.
А Эрик, именно в этот момент разглядев, какой именно нешуточный ужас в глазах у Алекса разгорается, и как он за ткань гермокостюма побелевшими пальцами цепляется, только тут понял насколько все серьезно. И вопрос стоит о выживании их двоих слишком болезненно и остро.
Инстинктивно сам шаг на встречу сделал и так же руками как клешнями в легкий скафандр впился. На себя потянул. Кричать что-то начал. Но Эрику было труднее действовать, чем Алексу - тот через маску уже очищенным воздухом дышать мог и сейчас уступать явно не собирался. Друг у друга пару минут вырвать скафандр пытались.
Эрик уже задыхаться начал, кашляя до спазмов и головокружений, а костюм так и не отпускал.
Это Алекс Эрика в коридор за собой вытащил. Это Алекс помог в капитанскую рубку зайти... И только там, когда дым стал не таким ядовитым, когда смог Эрик с трудом отдышатся, понял чем Алексу обязан. Но не хотел это признавать... Руки все к гермокомплекту тянул, как к последней возможности выжить.
– Нам вдвоем не спастись, - это говорил Алекс, подняв забрало гермошлема и временно перекрывая в него доступ кислорода. Тратить запас, пока была возможность экономить и дышать, пусть и горьким воздухом, в рубке - не хотел.
Эрик только головой кивал. Не было слов.
– Но шанс у двоих быть должен, - это тоже сказал Алекс.
И Эрик снова согласился. Хоть именно тогда, глядя на Алекса вдруг понял, если бы тот действительно захотел - Эрик так бы и остался в задымленном трюме. И зачем сейчас играть в благородство, когда огонь ест уже и центральный коридор, он так и не придумал.
Но выход предложил тоже Алекс.
– У нас с тобой на двоих один гремокомплект. Я предлагаю разделить - кто-то возьмет только скафандр, кто-то только маску. А там...
И... я все равно люблю тебя, Эрик. Жаль, что так вот получилось.
Они подбрасывали монету.
Эрику тогда не повезло. Ему достался тот самый скафандр, в который изначально он вцепился намертво.
А шлем и запас кислородных кассет взял Алекс. И сразу же, чтобы действительно не дразнить судьб, из рубки ускользул в сторону аварийного выхода к грузовому люку. Эрик за ним двинуться не мог. Слишком много дыма уже в коридоре было. Так и остался в рубке. Только на пол переместился. Скафандр сам натягивался с трудом. Эрик даже думал, что Алекс специально костюм подпортил. Но после сообразив и повозившись с клапанами, смог под нужный размер приспособить. Не понимал зачем ему скафандр, если все равно легкие выгорят - температура в рубке росла. Но имея в руках, пусть и часть гермокомплекта, глупо было даже такой возможностью не воспользоваться. После еще и додумался, с трудом перевернув капитанское пилотное кресло, залезть в него и систему "спокойного сна" на полную непроницаемость запустить. Раскрывшийся энергетический кокон, рассчитанный на то, чтобы от окружающего шума да света пилота в случае необходимого отдыха защищать, оказался полезным даже в такой ситуации - и от дыма, и от температуры тоже в какой-то степени барьером стал. Конечно, до полноценной кислородной капсулы кокону слишком далеко было - но в тот момент хоть как-то ситуацию улучшило.
Именно тогда, укрывшись в коконе, Эрик в первые за долгие годы и заплакал, себя жалея. Понимал же - все слишком ненадолго. А температура росла...
И аварийный биппер пищал все чаще...
Эрик помнил, как горела кожа. Эрик помнил, как пытался кричать, но раскаленный воздух жег легкие... И ... Эрик помнил даже, как его нашли спасатели... А вот после Эрик уже не помнил ничего. До тех пор пока не пришел в себя на Галатее в ожоговом центре. И четыре года ада он тоже помнил. Но это все после было.
А сейчас и во сне все остановилось именно на том мгновении, когда Эрик по охваченным огнем коридорами шел. Когда Алекса искал. И пробираясь в клубах дыма в сторону трюма, зная что будет дальше, понимал, что больше дележку не допустит. Слишком дорогую цену платить придется. И готов был к тому, что именно за полный гермокомплект драться будет. Лучше уж сейчас пусть больно будет... Чем после такую цену платить... И даже плайз из аварийного комплекта, хранящейся в одной из ниш у трюма, достал. Аргументы в споре должны быть более надежными, чем просто пальцы вцепившиеся, пусть и намертво, в ткань скафандра.
И готов к борьбе был. В трюм шагнул, как на арену. Плайз поднял, прицелился в тонкую фигуру, раскладывающую на полу комбинезон.
И окликнул...
А когда Алекс обернулся, оказалось, что совсем не он Эрика в трюме ждал.
Скай ждал.
И не собирался Скай ничего с Эриком делить. И даже сказать Скай ничего не дал. Едва только увидел зашедшего Эрика, как тут же оставив на полу собранный скафандр, улыбнувшись такой знакомой, такой тихой улыбкой, одно только слово сказал:
– Живи...