Чудовища

Ada King

Вот блин! Не надо было говорить ей про дисбактериоз! Я же сразу преобразовал некоторые клетки внутренней стенки кишечника в микроорганизмы. Надо было раньше это сделать, но спешка, потом еще половое размножение. Совсем забыл.

Как только количество микроорганизмов достигло определенного уровня, боли прошли. Чем отличается Мастер Метаморфоз от дилетанта? Дилетант постоянно упускает «неважные» детали, в то время как Мастер знает, что мелочи создают гармонию, а гармония — отнюдь не мелочь. Это, кажись, еще Микеланджело

сказал, тот самый земной скульптор. А ведь как точно.

Удивительная штука симбиоз: разные биологические виды объединяются, чтобы стать сильнее и выжить. В человеческом организме больше микроорганизмов, чем собственных клеток. И все эти существа мирно сожительствуют с человеком, некоторые даже на взаимовыгодных основаниях. Помимо них, у людей есть и многоклеточные симбионты: кошки, собаки, те же илане. А вот у метаморфов… У метаморфов симбионтов нет.

А ведь иногда хочется. Хочется, чтобы кто-то был рядом. Вот, например, Лариса — интересная дама. Пожалуй, не буду ее жрать. По крайней мере, пока что.

Дверь ванной распахнулась, и оттуда вышла Лариса, целясь в меня из плазмомета:

— Медленно, двумя пальцами возьми свое оружие и положи его на пол, — прошипела она, сверля меня злобным взглядом.

— Дорогая, — поднял руки я и невольно попятился. — Ты чего? Дорогая?

— Я тебе не дорогая, тварь! — рявкнула она.

Черт! А ведь если она меня раскрыла, значит, сюда уже спешат другие земляне!

Недолго думая, я выпустил щупальца, а она выстрелила, изрядно опалив лицо Виктора и «его» грудь. Но я все-таки схватил ее щупальцами и поглотил всего за несколько секунд.

Ее одежда упала на пол, а я понял, как она узнала, что я метаморф: в дополненной реальности увидела, что у Виктора статус «не в сети», еще до того как вошла в ванную, вот почему взяла с собой плазмомет!

Там же, в ванной, сообщила остальным, после чего решила меня обезоружить. Какая самонадеянность! И как хорошо, что сразу после полового размножения я додумался поставить ее плазмомет на минимум! Вот черт, из-за этих имплантов столько проблем.

Я еле успел заблокировать дверь, нажав щупальцем несколько кнопок на стене, как снаружи послышался стук:

— Лариса! — сразу несколько голосов. Больше трех.

Что ж, их слишком много, лучше ретироваться.

Войдя в душевую, я начал просачиваться в сточное отверстие.

Окончательно стек в канализацию и поплыл по трубам, а потом выполз из крана старого умывальника в складском отсеке. Мне почему-то было грустно и гадко на душе. Все-таки не хотелось ее убивать. Тем более, я был совсем не голоден, я же за пару часов до того сожрал Виктора.

Кстати про Виктора, раз они знают, что я его поглотил, мне больше не следует принимать его облик. Ну и ладно, я же могу превратиться в любого человека, которого видел хоть раз в жизни.

Недолго думая, я принял облик Диодора и

вышел в коридор. Такой наглости я и сам от себя не ожидал. Но мне было совершенно начхать, если бы сейчас на меня напали — я бы, наверное, и не смог себя защитить. Да и не хотелось. Настолько мне было плевать.

Я и сам не знал, почему принял облик именно того занудного старика. Возможно, потому, что он был единственным, кто говорил со мной, после того как узнал, кто я. И при этом совершенно не боялся. Вот бы еще раз поговорить с ним. Даже если бы он опять занудствовал.

Пройдя несколько шагов, я свернул в медицинский отсек и остановился перед роботом-хирургом. Ах да, я же оставил импланты там, вместе с одеждой Виктора. Что же делать, черт побери? Следовало бы сожрать кого-то и вживить себе его импланты, но сейчас я бы не смог сожрать и мышь, даже если бы сильно постарался.

— Чего-то ищешь? — раздалось из-за спины.

Обернувшись, я увидел Диодора.

Ума не приложу, когда он успел войти, вроде как ночь и все спят. Ну, кроме тех, которые побежали спасать Ларису.

— Спросить вас хотел, — неожиданно для себя произнес я. — Почему вы меня не испугались?

— Невозможно до смерти запугать того, кто не боится смерти, — ответил он.

— А что, если я вас сожру?

— Рано или поздно все мы умрем, разве не так?

— Не так! — возразил я, пожалуй, более категорично, чем следовало. — Лучшие достигают Бессмертия!

— Правда? Каким образом?

— Жрут и метаморфируют! Мы, метаморфы, так устроены!

— А что, если никакого бессмертия не существует?

Меня словно молнией пронзило. Внутри аж похолодело. Черт, а я ведь раньше никогда об этом не думал. И правда, что, если…

— Ну и фиг… нет так нет… Тогда я просто умру?

Диодор кивнул, а я выпалил:

— Но тогда какой смысл жить?

— Какой смысл жить, если постоянно боишься смерти? Что есть это твое стремление к бессмертию, если не страх смерти? Но ты стремишься к невозможному. На Старой Земле существует организм, который никогда не умирает, такая разновидность медузы. Ну и что с того? Думаешь, она бессмертная? Нет. Рано или поздно солнце распухнет и сожрет Старую Землю. Но даже если бы она и была бессмертной, то какой смысл в том, чтобы быть примитивным бессмертным существом?

— Я не примитивен, — возразил я.

— Имя-то у тебя есть?

— Ио.

— А настоящий облик?

— Настоящий облик? — нахмурился я.

— Ну, как ты выглядишь на самом деле?

— Не знаю, — от его вопросов я совсем уж растерялся.

Диодор вздохнул и заметил:

— Если хочешь, я научу тебя преодолевать свои страхи.

— Мне проще вас сожрать, — заметил я, хотя мне совсем не хотелось сейчас никого жрать, тем более его. — Тогда я узнаю все, что знаете вы.

— А сможешь ли ты это понять?