Чудовища

Колесова Наталья Валенидовна

Подросток словно только что осознал присутствие молчащей воспитательницы. Растерянно покосился:

— А она разве… в смысле… ведь нет?

— Лорен вчера нам очень помогла, — Рене живо улыбнулся Ло-рен. — Но наши скучные уроки ей наверняка неинтересны.

Черта с два! Лорен пошла к двери, кинув на прощание:

— Ну что ж, секретничайте, мальчики!

Пока.

— Итак, — она все же не выдержала первой, хотя не в ее при-вычках было брать быка за рога. — Я могу получить объяснения вчерашнему?

Джордан

неспешно потянулся к стакану, стоявшему у него на столе. Лорен впервые (не считая той злополучной ночи на кухне) видела, чтобы доктор обращался к алкоголю. Все трое устроились в его кабинете, как всегда, в полумраке. Только компьютер, на удивление, был сегодня выключен. Лорен старалась сидеть прямо, не поддаваясь искушению удобно развалиться в кресле, как это сделал Рене. Она покосилась на воспитателя. С того момента, как он привел ее в кабинет, Мартель не проронил ни слова. Рене от-ветно блеснул глазами, и ей вдруг пришло в голову, что он приго-товился наблюдать за происходящим, как за интересным спектак-лем.

— Вы вправе потребовать объяснения, — поправил ее обычным размеренным голосом Джордан. — Но мы также имеем полное пра-во вам его не давать.

Лорен от неожиданности заморгала.

— Что-о?

— Вы стали свидетелем того, что не должны были видеть, — проинформировал ее Джордан. — И если вы попытаетесь кому-либо рассказать об этом или — упаси боже — сделать себе рекламу с по-мощью желтой прессы, то должны четко представлять и все по-следствия этого шага.

Лорен стиснула зубы, чтобы не дать себе произнести слов, ко-торые — она знала это — могут быть восприняты, как форменная ис-терика. Когда ее обвиняли в чем-то, совершенно, на ее взгляд, не-мыслимом, она просто терялась. Дрожащий голос и бессвязные фразы — вовсе не лучшие контраргументы. Джордан не сводил с нее глаз.

— Вас не интересуют эти самые последствия?

Все еще не доверяя своему голосу, Лорен мотнула головой.

— Хотите выпить? — неожиданно подал голос Мартель.

— Нет.

— А я, пожалуй, выпью, а то наш директор на меня нагнал тако-го страху…

Он потянулся за бутылкой.

— Рене, — сказал Джордан.

— Ой, да перестань! Если ты не хотел, чтоб она увидела, по-звал бы кого-нибудь из детей!

— Я… — начал Джордан и замолчал. Впервые Лорен видела его замешательство, и это доставило ей острое удовольствие. Такое, что она даже ухитрилась сказать:

— Да, пожалуйста, ближе к делу!

Джордан посмотрел на нее с легким удивлением, но обратился к Рене:

— Я вовсе не планировал…

Тот отмахнулся:

— Ладно, будем считать, что тебя вело твое подсознание! Вы действительно не хотите выпить?

— Хочу, — решительно сказала Лорен. — Только немного. Не хо-чу, чтобы доктор снова меня транспортировал до спальни.

— О! — Рене вздернул черные брови, глядя на Джордана с вос-хищенным изумлением. — А можно поподробнее?

— Нельзя! — бросил тот.

— Я увидела змею… — начала Лорен и осеклась, поглядев на них по очереди. — Это ведь была не змея, да?

Джордан

откинулся в кресле. Похоже, то, что беседа вырва-лась из заготовленного им русла, одновременно раздражало и за-бавляло его.

— Продолжайте, Лорен.

— Если то, что я вчера видела — не гипноз или еще какой-то фо-кус — вы и эти дети…

— Мы слушаем, Лорен.

— Кто вы?

Джордан склонил голову набок, подперев висок пальцами. Его глаза блестели.

— Могу дать вам одну подсказку — мы не инопланетяне. Мы та-кие же земляне, как и вы. Более того — такие же люди. Почти.

— Почти?

— С маленькой оговоркой. Кое-что в нашем организме, мозгу, генах, хромосомах — мы пока не знаем точно, где — устроено иначе. И потому у нас есть одна, временами очень… раздражающая спо-собность.

— Способность… — повторила Лорен. Джордан и — она это чувст-вовала — Рене внимательно наблюдали за ней. — Вы…

Джордан неожиданно ободряюще кивнул ей.

— Произнесите это. Не бойтесь.

— Вы… оборотни? — беспомощно произнесла Лорен. Это слово было нелепым, вырванным из мира сказок и фильмов ужасов — и так странно… ватно прозвучало в этом современном комфорта-бельном кабинете, в присутствии двух взрослых серьезных муж-чин. Сейчас они рассмеются и скажут ей, что это просто розыгрыш, и объяснят хитрые детали этого розыгрыша…

Они не рассмеялись. Директор посмотрел задумчиво и сделал длинный неспешный глоток из стакана, который не выпускал из рук во время всего разговора — и Лорен вдруг подумала, что он тоже вовсе не так спокоен и нуждается хотя б в таком ненадежном яко-ре.

— Браво, Лорен! — негромко сказал Рене. Потянувшись, стукнул своим бокалом об ее. Стекло зазвенело. Она машинально глотну-ла, не чувствуя ни крепости ни вкуса. Они ожидали ее реакции, но она не знала — какой — и мысли и чувства просто лениво разбрелись в разные стороны, лишь иногда появляясь в пределах видимости…

— Рене! — резко сказал Джордан. Ее руку тут же сжали теплые сильные пальцы. Мартель пристально и озабоченно смотрел ей в глаза. Она слабо улыбнулась.

— Лорен, вы в порядке?

— Да, — сказала она и удивилась тому, что это правда.

Мартель кивнул ей, потом — Джордану.

— Хорошо.

На этот раз напиток — виски доктора Джордана? — обжег ей гу-бы. Подавшийся к ней директор вновь откинулся в кресле. Глядя на него, Лорен сказала:

— Видимо, по сценарию, я должна кричать 'не верю-не верю' и требовать доказательств. Но я верю.

Джордан посмотрел поверх ее головы на Мартеля.

— Ты прав.

Это прозвучало констатацией факта. Рене пожал плечами и сказал, как бы извиняясь:

— И такое бывает.

— Я могу спрашивать дальше?

Джордан обратил к ней свой обычный полусонный взгляд.

— Если я скажу «нет», вас это остановит?

— Итак, в этой школе вы собираете детей-оборотней… Как вы их находите? Или у вас… вы знаете всех своих… — Лорен замялась, подыскивая определение.

Рене тихонько засмеялся.