Чудо
Шрифт:
Оставшись в купе одна, Аманда открыла свою дорожную сумку, достала оттуда второй том романа Золя и погрузилась в чтение. Через четверть часа она перевернула последнюю страницу. Торопливо, пока не вернулся Кен, она взяла первый том и пролистала заложенные страницы, на которых находились отмеченные ею абзацы. При первом же удобном случае она зачитает их Кену. Возможно, это станет противоядием от той промывки мозгов, которую устроила ему его мать со своим священником. Аманда надеялась, что слова великого писателя освежат Кену голову, заставят его образумиться и отвернуться от Лурда.
Наконец она нашла абзац,
Надо непременно прочесть этот отрывок Кену!
Аманда положила первый том на сиденье рядом с собой и открыла второй. Бернадетту отослали из Лурда в Неверский монастырь, и она стала там монахиней. Золя сумел встретиться с врачом, которого в своей книге он назвал доктором Шассенем и который общался с сестрой Бернадеттой через шесть лет после ее видений. Он рассказывал: «Особенно поражали ее изумительные глаза, детски чистые и наивные. Она была некрасива, с нездоровой кожей и крупными чертами лица, посмотреть на нее — такая же послушница, как и другие, маленькая, невзрачная, тщедушная. Бернадетта осталась глубоко религиозной, но не производила впечатления восторженной и экзальтированной девушки, как можно было думать; напротив, она скорее обнаруживала ум положительный, без всякого полета фантазии».
Аманда задумалась над тем, стоит ли зачитывать эти слова Кену, и наконец решила, что этот абзац лучше пропустить. Она стала просматривать остальные свои пометки и перечитала слова, которые говорил отцу Пьеру доктор Шассень:
«— Вспомните сверкающий грот, блистательную базилику, новый город с его особым мирком, людские толпы, стекающиеся сюда отовсюду! Да если Бернадетта была всего лишь сумасшедшей, истеричкой, чем тогда можно было бы объяснить все это? Как, неужели мечта какой-то безумной могла бы так всколыхнуть целые народы? Нет, нет! Только божественным дуновением и можно объяснить все эти чудеса.
Пьер хотел было ответить. Да, верно, какое-то дуновение носилось в воздухе, но это было рыдание, исторгнутое страданием, непреодолимая жажда упиться безграничной надеждой. Если достаточно было сновидения больного ребенка, чтобы привлечь толпы людей, чтобы посыпались миллионы и вырос новый город, значит, это сновидение хоть немного утоляло голод обездоленного человечества, его ненасытную потребность в обмане и утешении!»
Вот это гораздо лучше, подумалось Аманде, это должно помочь вернуть Кена в реальный мир. Он не сможет игнорировать гений Золя, его гражданскую позицию, его доводы. И кстати, писатель прямо называет непогрешимую Бернадетту «попросту слабоумной»! Да, Золя и впрямь может сослужить ей хорошую службу.
Но на какой-то
Сквозь стеклянную дверь Аманда увидела возвращающихся Кена и отца Вудкорта. Священник сказал:
— Здесь я оставлю вас, мистер Клейтон. Вам необходимо отдохнуть до приезда в Лурд, а я еще должен навестить оставшиеся вагоны. Вы уж простите меня, если я вас утомил.
— Нет-нет, я в порядке! — ответил Кен.— Наоборот, я очень рад тому, что пошел с вами. Я благодарен вам за эту, с позволения сказать, экскурсию и в особенности за то, что вы познакомили меня с миссис Мур. Это было просто потрясающе!
Священник наконец ушел, а Кен вернулся в купе. Рухнув в кресло рядом с Амандой, он выдавил жалкое подобие улыбки, отчего Аманде стало не по себе. Кен был бледен, как призрак, и Аманде почудилось, что он вот-вот умрет.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.— Ты не утомился?
— Да что ты! Я очень рад, что прошелся по поезду!
Кен выглядел до такой степени усталым и изможденным, что Аманда, прикоснувшись к его руке, проговорила:
— Может быть, дать тебе что-нибудь?
Она имела в виду обезболивающее или успокоительное лекарство.
— Нет-нет,— поспешно отказался Кен,— я хочу, чтобы у меня была ясная голова, когда мы приедем в Лурд, а это случится уже скоро.— Он с видимым усилием выпрямился, и глаза его радостно вспыхнули.— Аманда, только что произошло нечто чрезвычайно важное! Я познакомился с Эдит Мур и говорил с нею!
— Эдит Мур? — растерянно переспросила Аманда.
— Разве ты не помнишь? Чудо-женщина, о которой нам рассказывали в Лондоне. Она тоже участвует в этом паломничестве и едет через несколько вагонов от нас. Посмотрела бы ты на нее! Здоровая и крепкая, как спортсменка! А ведь пять лет назад у нее была та же болезнь, что и у меня,— саркома, рак кости. Она рассказала мне, что доктора отказались от нее и от безысходности она совершила два паломничества в Лурд. Во время второго, помолившись в гроте, попив целебной воды и совершив омовение, она полностью излечилась! Болезни как не бывало. Она смогла ходить без костылей и даже сумела вернуться к работе. Ее много раз обследовали врачи и в Лурде, и в Лондоне, и в итоге они были вынуждены признать факт чудесного исцеления. На этой неделе в Лурде об этом будет объявлено официально.
Кен Клейтон откинулся на спинку кресла. К нему словно возвращалась жизнь.
— Я твержу себе: если это случилось с миссис Мур, почему это не может произойти и со мной? Если бы ты знала, как я счастлив, что мы приехали сюда! Я никогда еще не испытывал такого подъема!
— Я очень рада,— безжизненным голосом произнесла Аманда.— Я очень рада, что ты встретился с миссис Мур.
— Я уверен, что после того, как мы приедем в Лурд, у тебя тоже появится возможность познакомиться с нею и ты почувствуешь такую же уверенность, какую ощутил я.— Он посмотрел на Аманду.— Ачем занималась ты, пока меня не было?