Чтец Душ
Шрифт:
– Я не знаю, – растерянно произнес он. – Но что это значит?
– Известно лишь то, что ранее ты уже встречался с другим Чтецом.
– Так ты не последняя? – удивился Корнел.
– Я последняя из своего рода, – с грустью ответила Серафима. – Меня не тронули только потому, что я отличалась от других Чтецов, а мой аквил тогда еще не проявлял себя.
– Это сделали на твоих глазах? – с сочувствием спросил Вирий.
– Да, – тихо ответила Серафима, скидывая с себя капюшон. – Все Чтецы, кроме проклятых имели светлые
Все присутствующие смотрели на девушку с грустью и невольным восхищением. Но сама она не желала ни того, ни другого.
– Но сейчас не это важно! – резко произнесла Чтец. – Очевидно, история с ребенком – один из «якорей».
– Один из «якорей»? – уточнил Нисон.
– Да, мой принц, – уже спокойнее ответила Серафима. – Мы считаем, что на Вирия оказывалось воздействие, когда определенные события побуждают его на конкретные действия.
– И поэтому ты всегда со мной? – со злостью спросил Вирий. – Потому что я могу быть опасен? – он в очередной раз уверился в своей ущербности.
Серафима подошла к третьему принцу вплотную, практически прикасаясь к его телу своим и, глядя прямо в глаза, ответила:
– Нет, Вирий, я помогала расти твоей душе. Разве ты не заметил в себе изменений?
Младший принц лишь кивнул соглашаясь. У него не было сомнений в словах Серафимы. Но и обсуждать свое состояние перед отцом и братьями он не желал.
– С этим более-менее понятно, – рассуждал Нисон. – Но что дальше?
Серафима повернулась ко второму принцу и твердо произнесла:
– Черный Чтец будет меня искать и скоро узнает, где я.
– И кто это? – уточнил Нисон.
– Дастус, Проклятый, – ответила Серафима, уверенная, что наследник знал эту фамилию из хроник.
– А он-то как выжил?! – обеспокоился второй принц.
– Мне это неизвестно, – покачала она головой. – Конрад? – обратилась Чтец к Секторату за последним словом.
– Нисон, ты пока только наследник, а потому держись в стороне, – властно распорядился правитель. – Вирий, если тебе нестерпимо захочется что-то сделать, сразу же обращайся к кому-то из нас. И это не упрек, просто предосторожность.
Третий принц, хоть и сжал губы, но не возражал. Сейчас не время показывать упрямство.
– Корнел, – вздохнул Конрад, – Будь в несколько раз внимательней. Серафима не сможет так часто выходить из тела, как раньше.
Второй принц кивнул. Он и сам понимал, что теперь, при провальной попытке связать Вирия с Леей, враги предпримут очередные действия.
– Серафима, – Секторат едва заметно улыбнулся, – я тебе доверяю.
– Это важно для меня, – склонив голову, ответила она.
12
– Халия, – встретил мужчина свою сестру на пороге дома, – я так соскучился, сестренка!
Русоволосая девушка с изящной фигуркой
– Амандин, я так волновалась за тебя! – проговорила она в его плечо. – Тебя так долго не было, – тише добавила она, отстраняясь.
– Пойдем в дом, – серьезным тоном проговорил Амандин, после чего первым вошел в дверь.
Халия сморгнула слезы, выступившие в ее огромных карих глазах, и ладонями стерла их с щек, покрытых розовым румянцем. И лишь потом последовала за братом. Девушка, действительно, скучала по Амандину. И очень боялась, что в этот раз он не вернется. Но брат ненавидел слез, не стоит их показывать ему.
Халия нашла Амандина на кухне, как часто бывает после его возвращения. Порой он появлялся только для того, что поесть. Поэтому сестра всегда старалась, чтобы там находилось что-то съестное.
Она молча дождалась, пока брат утолит первый голод. Амандин и так был в непривычно благодушном настроении.
– Сестра, ты доверяешь мне? – вдруг спросил он.
– Конечно, Амандин, – ответила она без сомнений.
Брат хмуро посмотрел на нее, будто сомневаясь в чем-то.
– Мне нужно, чтобы ты применила свой аквил, – не терпящим возражений тоном, произнес он.
И это не было просьбой. Приказ. Не меньше. Халия испуганно прикрыла рот рукой, словно это она предложила, а не брат. Но быстро успокоившись, все же ответила:
– Как скажешь, Амандин.
***
– Легенды говорят, что раньше свет и тьма делили сутки пополам. И не было пара, один лишь ад, – проговорила Серафима, наблюдая в окно, как природа из цветной преображается в черно-белую.
Вирий, лежащий на постели, внимательно слушал Чтеца Душ, как называл ее даже про себя, избегая слова «невеста».
– Но во тьме двисуры творили ужасные вещи, а в свет каждый казался безгрешным. А потом не стало больше тьмы.
Она повернулась к Вирию. Теперь Серафима не скрывалась под одеянием, и принц мог видеть перед собой невероятную девушку. Вирий еще не до конца поверил, что ей уже тридцать четыре уйта. Только недавно он узнал, что с первым выходом сущности старение у Чтецов Душ практически останавливается.
– А, чтобы не было у двисуров больше соблазнов для плохих деяний, Айсеры одарили избранных душ аквилом Чтеца. Мы созданы служителями, не иначе.
– А как же слух о том, что вы можете убивать душу? – припомнил Вирий прочитанное накануне.
– Можем, – согласилась Серафима. – Но только в крайних случаях. Раньше… – запнулась девушка, – когда нас было еще много, для этого созывался совет. И только там решалось, подлежит ли душа уничтожению.
Она прошлась вдоль комнаты, будто находила это занятие интересным. На самом деле она обдумывала, как много сможет рассказать Вирию.
– Расскажи о проклятом, – высказал принц давно возникшую просьбу.