Шрифт:
Реймерс Георгий
ЧП в воздухе
Глава 1
Мелкий надоедливый дождь зарядил еще с вечера и, видно, надолго. Мутное утро просыпалось как-то неохотно, с ленцой. Над городом, цепляясь за старинные готические шпили, тяжело плыли набухшие серые тучи. Редкие ранние прохожие, ссутулившись под зонтами, уныло брели по мокрым улицам.
В зале ожидания аэропорта было многолюдно. Вылеты ночных рейсов из-за ненастья перенесли на утро. Пассажиры томились, ожидая улучшения погоды, и ворчали на капризы "небесной
Но вот наступило оживление. К перрону один за другим начали подруливать самолеты.
Командир корабля Михаил Петрович Зернов вышел из метеостанции с неважным настроением. Зародившийся над Северной Атлантикой осенний циклон, углубляясь, перемещался к юго-востоку, а это значило, что и без того скверная погода окончательно испортится. К вечеру синоптики ожидали туман. По всем предположениям, возвратиться в этот же день не удастся. Опять, второй год подряд, он не сможет провести с женой день ее рождения."
Угораздило же Наташу родиться осенью, в самое плохое для полетов время", с неудовольствием подумал Зернов.
– А ну-ка, Леша! Мчись на полных оборотах к перевозчикам! Оформляй загрузку. Да пошустрее!
– поторопил он второго пилота.
– Есть оформлять загрузку.
Сверкнув в улыбке зубами, разбитной парнишка исчез за дверью.
Последние пассажиры, поднимаясь по трапу, скрывались в объемистом фюзеляже двухмоторного серебристого самолета. Зернов вышел из аэровокзала, поднял воротник пиджака и, быстро перебежав мокрый перрон, укрылся от дождя под крылом.
– Все готово к вылету?
– спросил он бортмеханика, стоявшего там же.
– Все, - кивнул головой высокий пожилой латыш Юрис Лидум. Не обращая внимания на дождь, он медленно пошел вокруг самолета, внимательно осматривая его в последний раз перед вылетом.
Зернов поднялся по трапу в пассажирскую кабину, отложил воротник и огляделся. Половина кресел пустовала. "С такой загрузкой плана не выполнишь", - мелькнула у него неприятная мысль, и настроение еще больше испортилось.
Воздушный корабль оторвался от мокрого бетона взлетно-посадочной полосы и сразу вошел в серый туман низкой облачности. Внимательно следя за показаниями приборов, Зернов вел самолет с набором высоты в слепом полете. Второй пилот Леша Казанцев что-то записывал в бортовом журнале.
– Ахмет! Связь с "Раскатом" есть?
– спросив Зернов радиста.
Небольшой худощавый парнишка, прищурив слегка раскосые черные глаза, осторожно поворачивал рукоятку настройки приемника. Сквозь шум помех слабо слышался голос диспетчера района.
– Есть, - отозвался он, сдвигая наушники.
– Разрешают вход в район на эшелоне две четыреста.
– Отвечай: занял высоту две четыреста, на борту все в порядке, распорядился
Бортпроводница Зента старалась создать пассажирам уют и сделать воздушное путешествие приятным. Раздавая свежие газеты, журналы и мятные конфеты, она с приветливой улыбкой спрашивала пассажиров о самочувствии.
Иные мужчины, стараясь подольше задержать около себя миловидную блондинку, осведомлялись о высоте, скорости полета и о разных пустяках. Расторопная бортпроводница, успевая отвечать на все вопросы, подошла к передним креслам.
– Не желаете ли освежиться?
– с легким акцентом произнесла она привычную фразу и протянула подносик с мятными конфетами двум пассажирам.
Сидящий около иллюминатора сутулый пожилой мужчина в плаще читал книгу. Услышав вопрос, он нехотя поднял голову, посмотрел на девушку ничего не выражающим взглядом и, сделав отрицательный жест, снова углубился в чтение.
Сидевший на соседнем кресле молодой широкоплечий парень улыбнулся, поблагодарил бортпроводницу и взял несколько конфеток.
Проходя на свое место, Зента невольно обернулась."
Красивый парень, но выражение лица неприятное, - подумала она про молодого пассажира.
– Улыбается только губами, а глаза холодные и какие-то злые... Бр-р", - передернула она плечами.
Молодой пассажир чуть повернул голову и искоса взглянул вслед бортпроводнице. Потом привстал с кресла и дернул за ручку двери, ведущей в кабину пилотов. Дверь оказалась запертой. Пассажир в плаще потянул молодого за рукав, заставил опуститься на место и, сказав ему что-то, откинулся на спинку кресла. На его лице застыла болезненная гримаса.
– Девушка!
– крикнул молодой.
– Подойдите сюда! Быстрее!
– Что случилось?
– спросила подбежавшая Зента.
– Моему соседу плохо. Он сердечник. Попросите пилотов опуститься пониже.
– Сейчас доложу командиру.
Зента вынула из кармана форменного платья маленький ключик, вставила его в замок двери и... Широкая мужская рука с короткими волосатыми пальцами сжала ее запястье с такой силой, что девушка, вскрикнув, выпустила ключ. Сильный толчок в грудь отбросил ее к последним креслам.
– Сидеть! Не шевелиться!
– повелительным голосом крикнул молодой мужчина и встал у двери. В его обеих руках чернели пистолеты. Вскочившие было пассажиры опустились на свои места.
– Превосходно, Вилли!
– воскликнул пассажир в плаще. От его болезни и апатии не осталось и следа. С кресла, как на пружинах, поднялся высокий атлет. Его водянистые глаза теперь обрели стальной блеск.
– Обеспечьте порядок здесь, а там я один управлюсь, - распорядился он и, подняв ключ, открыл дверь пилотской кабины.