Чистое небо
Шрифт:
Ча Мин добрался до города вовремя, чтобы засвидетельствовать красивое красное заходящее солнце. Как было принято в таких маленьких городах, ворота закрывались на закате, а стража приступала к дежурству. Ча Мин подошел к большим деревянным воротам и, как и ожидалось, был остановлен грубым, самоуверенным голосом.
– Стой!
– воскликнул охранник средних лет.
Кольчуга громко звякнула, когда стражник медленно подошел к нему. Он не выхватил оружие, так как Ча Мин, должно быть, казался совершенно беспомощным. Этот охранник оказался не из тех людей,
– Малыш, ты хочешь войти в город? Чтобы пройти дальше, нужно заплатить 5 медных монет, но так как ты выглядишь слишком юным и голодным, мы дадим тебе скидку — три медных монеты и ты попадешь внутрь.
– Охранник был командиром стражи, уходящей со смены.
У него была маленькая дочь примерно возраста Ча Мина, и у него была небольшая свобода действий с выдачей разрешения на въезд. Ча Мин выудил из поясной сумки две последние медные монеты. Это были последние деньги, которые оставили ему родители, и он не знал, как он сможет получить третью монету. Заметив неохотный взгляд юноши, охранник нахмурился. Глаза Ча Мина метнулись вниз, когда он услышал глухой звук монеты, падающей на каменистую городскую дорогу.
– Ты уронил монетку, - тихо пробормотал охранник.
– У меня есть несколько детей твоего возраста. Дети всегда делают небрежные вещи, например роняют монеты при оплате.
Увидев мягкий взгляд охранника, Ча Мин быстро понял намек и поднял монету, представив три монеты охраннику, который послушно положил их в сумку для сбора. Остальные стражники делали вид, что не замечают этих фокусов. Схватившись за руки, Ча Мин благодарно поклонился и побежал в город. Ча Мин никогда в жизни не был в другом городе.
Ему только исполнилось пятнадцать, когда он покинул свой родной город, и ему потребовался почти целый год, чтобы добраться до Города Зеленого Листа. Хотя он видел много крупных городов на Земле, он никогда не видел такого грандиозного строения. Большинство зданий во внешней части города казались высеченными из цельных кусков серого камня. То тут, то там он мог разглядеть мерцающие факелы, освещавшие путь в разные жилые районы. Ему некуда было идти, поэтому он бесцельно бродил, а его живот издавал одно громкое урчание за другим. Еда была проблемой завтрашнего дня, когда станет светло. Но сейчас у него не было ни еды, ни места для ночлега. Его лицо было грязным, а одежда - просто ужасной. Его дыхание начинало затуманиваться, когда опустился ночной холод.
Он привык к холоду; большую часть прошлого года он жил на открытом воздухе, и это была не первая его ночь, когда он голодал. Тихо, подумал он, продолжая идти по пустынной и плохо освещенной улице. Он искал какую-нибудь аллею или что-нибудь, что могло бы укрыть его от ветра на ночь. Занятый своими поисками, он едва заметил звуки охранников, идущих к нему.
– Ты там, остановись!
Ча Мин повернулся, его грязные волосы развевались на ветру и, увидев пару охранников, он нахмурился. У охранников был недружелюбный взгляд.
– Разве ты не знаешь, что уже начался комендантский час, уличный
– прорычал второй стражник и начал хрустеть костяшками пальцев. Он был явно не в хорошем настроении.
– Сэры, - сказал Ча Мин, - я не собираюсь причинять неприятности. Я впервые в городе, и я уберусь с улиц прямо сейчас.
Если сейчас действительно был комендантский час, зачем вообще охранники впустили его в город? Тем не менее, он был не в том положении, чтобы сопротивляться. Хуже того, если он им не понравится, его могут просто вышвырнуть из города, и ему придется копить еще от трех до пяти медяков.
Без всякого предупреждения, бронированный ботинок вылетел и приземлился ему в живот, отбросив Ча Мина на несколько шагов назад. Он опустился на колени, схватившись за живот, и в шоке посмотрел на охранника.
Так отреагировать могли только настоящие психи. Почему-то он это знал. Охранник был явно зол и пытался выпустить пар.
– Попытка обчистить карманы охранника - серьезное преступление, - проревел охранник.
– Наш долг - воспитать тебя от лица твоих родителей. Теперь будь послушным и прими свое избиение!
Он ударил Ча Мина по лицу мощным ударом слева. Когда Ча Мин смирился со своей судьбой, раздался тихий голос.
– Ма Фу, разве это не ниже твоего положения - бить невинных детей? Если бы я не знал тебя лучше, я бы подумал, что твоя жена, должно быть, отправила тебя в немилость. Но она ведь такая милая женщина. Почему тебе нужно постоянно выходить за рамки?
Ча Мин повернулся и облегченно вздохнул, когда увидел, что это голос капитана, который впустил его в город. Должно быть, это мой счастливый день.
– Что ты знаешь, Хун Цзинь? Мы с Чэнем поймали этого маленького карманника, который пытался украсть наши сумки. Поскольку он молод, мы его не арестовываем, но это не значит, что мы не должны наказывать его!
Чэнь и Ма Фу скрестили руки на груди, когда Хун Цзинь подошел и помог Ча Мину подняться. Струйка крови стекала по уголку его рта из трещины на губе, которая появилась из-за удара слева от Ма Фу.
– Этот молодой человек - мой гость. Подумать только, у тебя хватило наглости напасть на гостя капитана гвардии. Я должен доложить командиру и сообщить ему, что наши младшие гвардейцы не соблюдают этикет. Нет ничего, с чем не справилась бы строгая дисциплина, но лучше справиться с этими маленькими проблемами до того, как они выйдут из-под контроля.
Хун Цзинь подошел к охранникам и закурил сигарету. После глубокого вдоха и сжигания половины сигареты, он задул дымное облако, которое пролетело вокруг их лиц. Ма Фу и Чэнь колебались. Они искали легкую добычу и выпускали пар. Но сейчас, нарвавшись на капитана охраны, особенно когда они зашли слишком далеко, их зарплаты будут серьезно сокращены. Ма Фу громко фыркнул и накинул свой малиновый плащ.
– Считай, что тебе повезло, малыш.
– Он и Чэнь умчались прочь, вероятно, надеясь причинить еще больше неприятностей в другом районе.