Чистильщик
Шрифт:
— Я с тобой! — тут же отреагировал Гога. — Если, конечно, Макс не против.
Дома… Да, особняк Достоевских именно так почему-то и ощущается. Как только увидел его, то сразу на сердце потеплело. У ворот нас встретила Глашка.
— Ничего Твари не откусили? — словно мы и не уезжали никуда, спокойным голосом поинтересовалась она.
— Что ты, Глашенька! Это мы их гоняли и в хвост, и в крылья! — тут же, гордо выпятив грудь, стал хвастаться Такс. — Всё цело! Могу
— Ты, блохастый, башкой ударился, что ли?! Хотя башкой тебе можно, в ней всё равно мозгов нет. Ладно, заходите…
Юлия на удивление, была без Воронина. Судя по спортивным костюмам и раскрасневшимся лицам у мамани и младшенькой, графиня только что гоняла Катю в спортзале.
— Проходите, герои! — обняла меня Юлия, пока Екатерина тискала Такса. — Глаша! Быстро накрывай на стол! Уверена, что парни голодные! Рассказывай, Макс, как экзамен прошёл.
Пересказ последних двух дней много времени не занял. После него Достоевская надолго задумалась, а потом тихо проговорила.
— А ведь нехорошая тенденция у тебя, Максимка, складывается… Давай я выстрою свою цепочку, которую, поверь моему слову, выстроят и в СБ. Вначале взбесился тихий Лорд при получении тобой Печати, потом в Казани повторилось то же самое с Мухами. Следом очень редкая Матрёшка в Дыре Ящерок. И как гнилая вишенка на говённом тортике, одновременная атака Тварей из нескольких близлежащих Дыр. Да такая, что пришлось артиллерией территорию утюжить. Ничего не пропустила?
— Вроде нет, — соврал я, не желая усугублять ситуацию.
— А я вот да! Забыла приплюсовать появление Дыры у нас дома и самую первую, неправильную, у Ворониных. Не до хрена ли аномалий вокруг одного загадочного паренька с собакой? Это не какая-нибудь случайность, а закономерность, у которой есть лишь один вывод: ты являешь личным врагом Кочующих Миров. Почему?
— Не знаю. Может, одеколон сменить, раз его запах Тварям не нравится?
— Смени, — согласилась графиня. — Может, и в нём дело. Только я бы на твоём месте не зубоскалила, а как следует продумала ответ на мой вопрос. Его задавать скоро будут другие люди из интересных служб.
— По мне, — неожиданно встряла в разговор молчавшая до этого Катя, — Макса нельзя отпускать на Рубежи. Его же там убьют Твари.
— Правильно мыслишь, дочь, — кивнула Юлия. — Стоит подключить все мои связи, чтобы…
— Нет! — резко возразил я, поняв, куда свернул разговор. — Допустим, что я действительно притягиваю Лордов. Тогда аномальные Дыры опять обязательно появятся рядом со мной. Вам мало одного Йети на лужайке? Ещё хотите? И не факт, что будете подготовлены к такому. Это же поймут и в СБ. Поэтому буду до конца дней не в столице штаны протирать, а в каком-нибудь захолустном посёлке в малонаселённой заднице Империи.
Рубежи мне необходимы. После убийства
— Абсолюта? — усмехнулась Достоевская. — Когда-нибудь да, но не так быстро, как хотелось бы тебе. Ещё недавно первую Печать получил, а уже метишь в высшее сословие одарённых? Так не бывает.
— Почему? Уже чувствую себя по силам не менее, чем Воин Магистром.
— Чушь! Чушь и опасная самоуверенность, Макс! Даже между Полным Мастером и Младшим Магистром пропасть! Это тебе…
— Мне уже объясняли, когда на казанской базе попытался улучшить Печать.
— И там успел выпендриться? Почему мне не сказал?
— Сейчас говорю. С аттестацией меня послали. Но я уверен в своих словах.
— Хорошо! — встала Юлия. — Переодевайся в тренировочные доспехи… Именно в доспехи, а не костюмчик! Жду в спортивном зале! Я докажу, что ты неправ! Только учти! Жалеть не буду!
Глава 25
Что ж… Такая концовка нашего разговора меня сильно заинтриговала. Я быстренько прошёл к себе и нацепил поверх тренировочного костюма тяжеленную броню, способную выдержать удар меча, напитанного тремя-четырьмя клеймами.
Спустился в тренировочный зал, не забыв прихватить и собственный меч.
К моему удивлению, графиня хоть и была при оружии, но никакого защитного доспеха на ней не наблюдалось.
— Решила покончить жизнь самоубийством, раз голая против меня драться собралась? — осторожно спросил я Юлию.
— Голая я только с Савелием Тихоновичем, а с тобой, недоумок, могу справиться и без лишнего «обвеса». Биться будем с применением Дара, чтобы ты понял глобальную разницу между Мастером и Магистром.
— Тогда, — с облегчением скинул я свою защиту, — немного уравняем условия поединка, чтобы потом ты не смогла придумать оправдание своему поражению.
— Макс, ты дурной? Я же тебя на молекулы разнесу. Нахлобучивай всё обратно!
— Макс не дурной. Макс собирается отстаивать свою точку зрения.
— Хорошо… Если почувствуешь, что истощился, то не стесняйся останавливать бой. Моя цель не покалечить своего уже как бы приёмного сына, а проучить.
— Правило действует в обе стороны.
— Наглец! За то тебя и люблю. Катя, ты сегодня почти настоящий секундант. Бой!
Мы с ней сошлись, легонько проверяя оборону друг друга. Никто не хочет форсировать события, осторожно примеряясь к манере боя соперника. К чести Юлии, она не стала сразу показывать своё подразумевающееся превосходство, а отнеслась к поединщику с уважением.