Чистильщик
Шрифт:
– Сама знаешь, о чем, – сказал Колька, высунув голову наружу. – Да ты не смущайся, Оль. Любовь – божественное чувство.
Подперев подбородок кулаком, он мечтательно закатил глаза и тут же вскрикнул, задев паяльником ухо.
– И поделом, – рассмеялась девушка. – Не будешь чушь молоть.
– Нет, правда, Оль, Андрюха ведь неспроста к нам прибился, – сказал Рома. – Ему все эти микропроцессоры и прочие премудрости до лампочки. Его сила не в мозгах, недаром он боксом занимается. Слушайте, человеки, может, сделаем из Андрюхи охранника, на входе
– Ты ему сам вот это все скажи, – предложила Оля. – Только завещание сперва оформи, а то вдруг он обидится, грушу боксерскую из тебя сделает.
– Сдаюсь, – улыбнулся Рома, поднимая руки. – Такой аргумент исключает возможность продолжения спора.
– Чего вы вообще к нему привязались?
– Да ты не обижайся, Оля, мы же просто шутим, – примирительно сказал Роман. – Андрюха парень, что надо! Подтолкни его в нужном направлении, горы свернет и не заметит. Да шучу я, шучу. Не смотри на меня, как на врага, у меня аж спину сводит от твоего взгляда. Я просто ворчу по-дружески. Мы же все тут друзья. Ты мой друг и я твой друг, встаньте дети в тесный круг, – снова запел он, кривляясь. – Мы в кругу своем большом очень дружно заживем.
– Что за песня? – полюбопытствовал Колька. – Крюкоров или Шкафутинский?
– Экспромт, – пояснил Рома. – Ремикс песен ненашего детства.
Оторвавшись от компьютера, он повернулся к Оле.
– Вернемся к телу. Что ты там разглядела в свой телескоп?
– Полынь проросла из частичек корешков, впечатавшихся в рубероид.
– Ну, это понятно, что не из воздуха появилась.
– Да подожди ты, не перебивай, дай закончить. Я взяла образцы из разных мест. Там, где трава проросла, корни живые. А вот в других местах… Крышу у нас перекрывали лет пять назад, если не больше. Столько времени они пробыли под рубероидом без света, воздуха и воды, зимой промерзали, а еще и были поджарены, когда крышу битумом заливали.
– Подожди-ка. Ты хочешь сказать…
– Вот именно! Это мертвая материя. Я потом еще проведу тесты, но мне кажется, что эти частички абсолютно мертвы. В обычных условиях из них уже никогда бы ничего не проросло.
– Это интересно, – заметил Колька, отложив паяльник в сторону. – Выходит, что излучение нашего устройства способно оживлять мертвую материю?
– Получается, что так, – кивнула Оля. – Только не ясно, что повлияло на эти частички, излучение самой антенны или отображенный сигнал.
– Второе исключено, – сказал Роман. – Не будем кривить душой, сигнал был очень слаб, чтобы за такой короткий срок достичь Марса и вернуться назад. Да и компьютер не зафиксировал отображение. Это излучение самой антенны, сигнал получился слишком рассеянный, надо будет устранить это в будущем. Но если все действительно так… – Роман встал со стула и потряс руками. – Коллеги, господа, товарищи, братья и сестры! Это же грандиозный прорыв в науке!
– Да подожди ты паясничать, – осадила его Оля. – Ты дальше послушай. Я сопоставила данные нашей травки и обычной полыни – никаких
– Ты, Оль, тоже с выводами не спеши, – сказал Колька. – Генетика твоя страсть, но ты пока еще не профессор и даже не студент. Да и оборудование у тебя тут не институтское, все примитивно, как в цирюльне.
– Сама знаю. Но не думаю, что ошибаюсь, это же банальное тестирование. А самое интересное, парни, так это то, что наша трава вымахала за несколько дней без всякой подпитки, без воды. Это все равно, как из бетона огурцы бы росли.
– Ну, вода могла от дождей скопиться, – нерешительно предположил Колька.
Роман покачал головой.
– Ты вспомни, Колян, когда мы антенну устанавливали, на крыше рубероид от жары плавился. И потом ни разу дождя не было, пекло, как в июле.
– Ну, тогда не знаю, – сказал Колька, пожав плечами. – Мы, конечно, гении, но не до такой же степени. Ты-то, Оль, сама, что думаешь?
– Есть одна теория, – ответила девушка. – Но только теория.
– Давай ее сюда, – разрешил Рома.
– Возможно, что наша полынь брала влагу прямо из воздуха. Оттуда же и минералы, необходимые для роста.
Роман усмехнулся.
– Интересно, смело, красиво, но не совсем правдоподобно.
– Ничего другого предположить не могу.
Девушка развела руками и вскрикнула, задев кактус, стоявший на столе в баночке.
– Кто сюда этого ежика притащил? – недовольно спросила она, поморщившись.
– Воздыхатель твой, – томно произнес Роман и снова замурлыкал что-то лирическое.
– Что? – недоуменно переспросила Оля.
– А что?! – поддержал друга Колька. – В этом даже определенная романтика есть. Кто-то девушкам розы дарит, гвоздики там всякие банальные, а кто-то кактус в консервной банке.
– Сейчас я эту банку кому-то на уши натяну, – пригрозила девушка, взяв колючее растение в руки. – Вместе с кактусом.
– Эй-эй, поаккуратнее, – остановил ее Роман. – Этого ежика Андрюха приволок для опытов. Будем на нем эксперименты ставить. Ты ведь своей частной геранью не пожертвуешь на благо человечества.
– Ну и трепло же ты, Рома. А где Андрюшка сам-то?
– Соскучилась уже? – Роман хитро улыбнулся. – Но-но, поставь кактус! Шучу я. На крыше твой Андрюшка вместе с Лехой. Леха антенну демонтирует, а Андрюха траву косит.
– Вечно ты его заставляешь всякую ерунду делать.
– Ну уж извини, от каждого по способностям.
Дверь открылась, в мастерскую вошел Алексей с параболической антенной в руках. Следом ввалился Андрей, нагруженный мотками кабеля.
– А вот и наши работнички, – обрадовался Роман. – Что так долго?
– Торопились, как могли, – ответил Алексей. – А вы опять тут дурака валяете? Делом бы занялись.
– Нам валять некого, мы тут все умные, – многозначительно сказал Роман. – А делом сейчас займемся. Давай сюда антенну. Андрюха, бросай кабель в угол, он теперь нам долго не понадобится. Оля, кактус не мучай, поставь его на стол. Колька, ты закончил?