Чистилище
Шрифт:
«Новобранец, отставить панику, всё под контролем!»
Голос ворона, прозвучавший у меня в голове, сработал как эмоциональная граната. Перестав дёргаться, я откинулся на спину и заскулил, тихо, протяжно. Слёзы ручьями текли по щекам, а у меня не было ни сил, ни желания их вытирать.
Не знаю, сколько это продолжалось. Вместе со слезами уходили обида, боль, непонимание происходящего. Нечто похожее я испытывал в глубоком детстве, когда наша семья переехала из города в деревню. Тогда местные мальчишки, встречая меня на улице, окружали толпой и били ногами. Били только
Потом я стал вылавливать этих драчунов по одному и бить. Бить жестоко, не слыша просьб о пощаде, не обращая внимания на крики и плач. К нам домой приходили родители пострадавших, с угрозами, с криками. Отец отвечал – если Максим бьёт ваших детей, значит есть за что!
Вот и сейчас что-то щёлкнуло у меня в голове, и слёзы иссякли. Пошарив руками по сторонам, я ухватил рукоять ножа и поднялся на ноги.
«Сколько тебе лет, боец?»
Вопрос птица застал врасплох, и я машинально ответил:
– Восемнадцать.
«Со скольки у вас призывают на службу?»
– С восемнадцати, – да что ему нужно?
«Значит, ещё совсем зелёный. Что ж, новобранец, теперь я понял, почему тебе в помощники выбрали именно меня. Ложись спать, я покараулю до рассвета. И накройся матрасом, иначе к утру совсем замёрзнешь»
Спокойно поспать не вышло, нас обнаружили. Меня разбудил грозный рык, прозвучавший за стеной. Едва открыв глаза, я замер, даже дышать перестал, вслушиваясь в темноту. В голове раздался спокойный голос ворона:
«Их двое. Старшие адские гончие. Не дёргайся, может, пронесёт. Пришли они на запах, не по следу»
Не пронесло. На оконную решётку обрушился мощный удар, сопровождаемый злобным рыком. В проёме появилось что-то тёмное, вспыхнули два багровых огня, а в следующий миг от двери раздался скрежет, словно ножом по железу…
Глава 3
Изменённые и мародёрка
«Похоже, нас сейчас будут есть»
– Какого хрена они задумали? – я сбросил с себя драный матрас и поднялся на ноги. Подхватил нож со стола и тут же понял – таким даже шкуру не попорчу. Да и трубой много не навоюю, разве что удачным ударом сломаю конечность. Хотя…
Я бросил нож обратно на стол, схватил своё первое оружие и двинулся к окну. Сзади раздался мощный удар в дверь, заставивший меня присесть от испуга. Мля, страшно-то как! Не хочу, чтобы меня живьём жрали!
«Ты чего задумал, парень? Лучше подопри дверь своей зубочисткой, засов уже выгибаться начал!»
Забыв про свои планы двинуть торцом трубы в оскаленную пасть Старшей гончей, я метнулся обратно к двери. Вбив один конец оружия в выбоину на бетонном полу, второй я упёр в дверь. Только собрался выпустить трубу из рук, как на единственную преграду, отделяющую нас от твари, обрушился мощный удар.
Дверь сорвало с проржавевших петель, и она с противным скрипом нанизалась на моё оружие. Не успев вовремя отскочить, я получил сильный удар в левое плечо, сбивший меня с ног и отшвырнувший к противоположной стене. В глазах потемнело
Страшный рёв, полный боли и ярости, вернул меня в сознание. Я попытался подняться и тут же ткнулся лицом в пол – левая рука совершенно не слушалась.
«Новобранец, а ну живо отодрал свой зад от пола! Нужно добить тварь, пока сюда не добралась вторая гончая. Встать, я сказал!»
– Сука! – заорал я, с трудом поднявшись на ноги и ошалело оглядываясь по сторонам. Взгляд скользнул по валяющейся на полу двери и тут же замер, встретившись с глазами Старшей гончей. Тварь, словно бабочка, была нанизана на трубу, пробившую ей грудь и вышедшую за правой лопаткой. Её левая передняя лапа яростно скребла железо двери, а из глотки вырывались клокочущие хрипы.
«Да шевелись ты, обморок! Нож, возьми нож!»
Нащупав на столе косяк, я двинулся к твари, заходя с правой стороны. Куда бить? В глаз? Так она башкой дёрнет в сторону. Ещё и левая рука висит плетью, совершенно не слушаясь.
«Эх, была не была! Новобранец, атакуй по моей команде. Постарайся вбить лезвие как можно глубже в глазницу. Начали!»
Ворон, до этого сидевший на столешнице, сорвался с места и чёрной тенью метнулся к гончей. Тварь на миг замерла, а затем забилась ещё сильнее – раздался звук удара, и тельце пернатого прижало когтистой лапой к двери. Я рванул вперёд с секундной задержкой, успев краем сознания отметить, что тварь потеряла один глаз.
Миг, и я возле хрипящей твари, которая отвлеклась, заглатывая ворона огромной пастью. Эх, только бы не промахнуться!
Наваливаюсь правым коленом на шею гончей, при этом сильно ударившись рёбрами о торчащую из спины твари трубу. Зверюга захрипела, задёргалась, попытавшись сбросить меня. Дурак, надо было сразу за трубу хвататься и расшатывать её, расширяя рану.
Тем временем моя правая рука раз за разом била коротким лезвием в голову твари, всё никак не попадая в этот чёртов глаз. Гончая рванулась, приподнимаясь с двери, но в этот момент я вбил нож в глазницу. Сменив на рукояти хват, навалился, вгоняя острый кусок железа внутрь черепа.
Тварь подо мной ещё раз дёрнулась и обмякла. Я же обессиленно навалился на трубу, ухватившись за неё липкой от крови рукой. Сгусток света, отделившийся от мёртвого тела, на миг осветил комнату, а затем влетел в мою грудь.
Грохот, раздавшийся внутри здания, напомнил мне, что ещё ничего не кончилось, что есть ещё одна тварь. Грозный рык заставил зашевелиться волосы на затылке, появилось желание забиться в угол, сжавшись в комок, и просидеть там, пока всё это не закончится…
Хрена с два закончится! Я, ухватившись мокрыми пальцами за едва торчащий из черепа край ножа, осторожно вытащил его из глазницы. Перехватил поудобнее и лишь после этого поднялся с мёртвой твари. Медленно, стараясь не издавать никакого шума, двинулся к дверному проёму. Чуть не запнувшись о валяющуюся ножку табурета, присел. Ухватив нож зубами, поднял с пола деревяшку и вновь двинулся к выходу. У самого проёма замер, прислушавшись, даже дыхание задержал.