Чище некуда
Шрифт:
Сердце успокоилось, но Шарлотта все еще чувствовала себя не в своей тарелке и смутилась, вдруг осознав, что лежит не в постели, а на диване в гостиной.
Да еще и телевизор работал.
Шарлотта смутилась еще больше.
— Великолепно, — проворчала она.
На экране Клинт Иствуд с револьвером в руках ломился в дверь. Старый добрый «Грязный Гарри». Судя по всему, именно он ее и разбудил.
Сколько же времени? Повернув голову, чтобы взглянуть на часы, висящие над диваном, она вдруг застонала
— Вот что значит спать на диване, — пробормотала она.
В накрытой на ночь клетке чирикнул Милашка.
— Нет, еще рано, — раздраженно сказала Шарлотта. — Спи.
Стараясь держать голову прямо, она поднялась с дивана, решив, что ей нужен аспирин и, может, поспать еще пару часиков… на этот раз в постели.
Казалось, прошло всего несколько минут, когда Шарлотта снова внезапно проснулась, на этот раз от звона в ушах. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы понять, что кто-то звонит в дверь, и еще мгновение, пока до нее дошло, что сквозь шторы в комнату пробивается солнечный свет.
Шарлотта взглянула на радиоприемник на тумбочке — часы показывали девять, но кого черти принесли в такую рань в воскресенье?
В ответ на ее мысленный вопрос раздался глухой голос Луи Тибодо:
— Шарлотта, открой дверь, я знаю, ты дома.
Шарлотта вздохнула.
— Господи боже!
— Шарлотта!
— Да подожди! — закричала она. — Сейчас открою!
Она попыталась сесть, и тупая боль в шее напомнила о полученном растяжении. Аспирин, конечно, заглушил боль, но само растяжение никуда не делось.
Гадая, какого дьявола принесло Луи в такое время, Шарлотта набросила халат и надела любимые мокасины. Затем быстро расчесала волосы.
По крайней мере они не стоят дыбом, как в пятницу, подумала она, бросив взгляд на свое отражение в зеркале, и направилась в гостиную. Несмотря на беспокойную ночь, волосы, благодаря новой стрижке, оказались в порядке. Надо будет при встрече поблагодарить Валери.
Еще бы чашку кофе, прежде чем говорить с Луи, раздраженно подумала она, открывая дверь.
В отличие от Шарлотты, Луи уже оделся. Волосы еще чуть влажные после душа, на щеке тонкий порез от бритвы.
Не успел Луи сказать «доброе утро» и войти, как Милашка принялся кричать во все горло от ужаса в своей темнице.
— Не нравлюсь я этой птице.
Не обращая внимания на Луи, Шарлотта переключилась на Милашку.
— Все в порядке, солнышко, — успокаивала она, снимая с клетки покрывало. — Успокойся. Все хорошо.
Вскоре попугай устроился на своей жердочке, и его истошные крики сменились редким жалобным чириканьем. Шарлотта повернулась к Луи.
Бросив хмурый взгляд на клетку,
— Ты спала?
Легкий упрек в его голосе резанул по жаждущим кофеина нервам, и Шарлотта вызывающе на него уставилась.
— Ты в курсе, что сегодня воскресенье?
— Но ты встаешь самое позднее в семь. Нет, я не шпионил и не подслушивал, — добавил он, — так что не смотри на меня так. Мы оба знаем, что в этом доме сквозь стены можно видеть.
Что правда, то правда. Стена между их половинами была чисто номинальной, и слишком часто по ночам и утрам она слышала каждое его движение. Логично предположить, что раз она могла слышать его, он также слышал ее.
— Ты болеешь?
— Нет, — огрызнулась она. — Я не болею, и меня уже достало, что все пытаются убедить меня в обратном. Но — если тебе так уж надо знать — я просто плохо спала прошлой ночью.
Луи нахмурился.
— Ладно, ты не болеешь, а что с шеей?
Шарлотта испепелила Луи взглядом и вместо ответа жестом пригласила его на кухню.
— Не возражаете, если я сначала кофе поставлю, господин детектив? До того, как вы начнете меня допрашивать, — добавила она.
— И незачем так язвить, — ответил он. — Бога ради, пей свой кофе. Может, подобреешь. — Он вдруг ухмыльнулся. — Уснула на диване и потянула мышцу, да?
Пытаясь удержаться, чтобы не побить его, Шарлотта развернулась и потопала на кухню.
— Шарлотта! — крикнул он ей в спину. — Не злись. У самого такое бывало, потому и догадался.
Шарлотта остановилась в дверях, но не обернулась. Сквозь зубы она спросила:
— Ты здесь по важному делу или просто визит вежливости? Потому что если визит вежливости…
— Вообще-то, по службе, — оборвал Луи. — По полицейской службе, — добавил он, подходя к ней ближе. — Я должен задать тебе пару вопросов относительно вчерашних событий.
— Как я не сообразила, — пробурчала она, направляясь к буфету, где держала кофе.
— Ну, учитывая твое… э-э-э… настроение, подождем с вопросами, пока ты выпьешь кофе.
Он прав, подумала Шарлотта, наливая воду в кофейник и засыпая кофе в фильтр. С настроением беда. Но почему, задумалась она. Почему все и вся бесит ее и без всяких на то причин? Но одно раздражение не оправдывало нападок на Луи.
Экономя время и надеясь, что несколько минут одиночества пойдут ей на пользу, Шарлотта извинилась и ушла делать макияж. Церковная служба начинается ровно в половине одиннадцатого, и, по ее расчетам, потратив час на вопросы Луи, она еще успеет переодеться перед отъездом.
Наложив косметику, Шарлотта почувствовала себя несколько лучше и увереннее. Когда она вернулась на кухню, Луи сидел за столом и смотрел в окно. Он уже налил две чашки свежесваренного кофе, и аромат был божественным.