Шрифт:
Расстрел
– Здравствуйте мои хорошие! – разведя руки по сторонам, улыбаясь, встречала, Зятя и дочку, Зинаида, – Надолго приехали? – чмокаясь в щёки с родней, продолжала она.
– В отпуск, – обнимая мать, ответила дочка Наталья, – Недельки на две.
– Ну, чего тут стоять на крыльце, проходите в горницу, – всё ещё улыбаясь, Зинаида развернулась и споткнулась об кошку, которая также выбежала встречать гостей, мурча и задрав серо-белый хвост, – А ну, отойди, шкода проклятая! – прикрикнула Зина, оттолкнув усатое препятствие в сторону,
– Кого? – глухо произнёс Андрей, вытаращив глаза на тёщу.
– Да Маруську, – ответила Зинаида, показывая на кошку. Зять растерянно молчал, приоткрыв рот. Первой пришла в себя Наташка.
– Мам, да что ты такое говоришь, как он тебе её утопит?
– Да обыкновенно как, – удивилась мать, привяжет что-нибудь тяжёлое и в воду. Был бы дед жив, я бы и не просила, что Андрей, не мужчина что ли? Не справится? – зятёк, оскорблённый последней фразой, закатил глаза вверх и начал медленно тянуть ноздрями воздух, пытаясь погасить, охватившее его возмущение. Прочувствовав ситуацию, Наташка схватилась двумя ладонями за руку мужа и умоляюще посмотрела в его глаза. Андрей поглядел на жену и, сжалившись, тихо произнёс:
– Хорошо, но топить не буду! – отрезал рукой воздух Андрей, – Могу застрелить. Осталось от деда ружьё? – спросил он, в тайне надеясь, что оружия нет, и вопрос решиться сам собой.
– Да осталась от деда двустволка, – теперь глаза вытаращила тёща. Андрей на секунду задумался и продолжил:
– Вот и хорошо, сейчас всё решим, – после чего сбросил сумку на пол и прошёл в комнату.
– Ты чего? – с возмущеньем посмотрела на мужа Наташка, – Не дам кошку стрелять!
– Это вопрос мужской! – сурово ответил Андрей жене и, повернувшись к тёще, проговорил, – Несите, Зинаида Михайловна, ружьё, патроны, да, и водки захватите.
– А водка то зачем? – удивилась Зинаида.
– Водка мне, – смягчил голос Андрей, предвкушая любимый напиток, – Не каждый день живое существо жизни лишаю, чтобы стресса не было, – тёща поставила на стол: бутылку водки, рюмку и хлеба с салом, а затем, удалилась в другую комнату, за ружьём. Андрей молча подошёл к столу, налил до краёв и залпом выпил. После этого переломил кусок чёрного хлеба, понюхал и отправил в рот. Затем налил вторую, махнул одним глотком, присел на стул и принялся за сало.
– Вот патроны и ружьё, – запыхтела Зинаида, выкладывая оружие на стол.
– Это хорошо, – закивал головой Андрей. Не спеша взял ружьё, осмотрел его со всех сторон с лицом знатока и встал.
– Что прям сейчас? – удивилась Зинаида.
– А чего тянуть, – ответил Андрей, – Только сначала, надо суд провести, чтоб всё по закону!
– Я адвокатом буду, – обрадовалась Наташка.
– Никаких адвокатов! – сурово посмотрел на жену Андрей, – Сейчас у нас что?
– Что? – спросила, сидящая рядом, тёща.
– Гибридная война, так что судить будем по закону военного времени – тройкой. В чём обвиняется подсудимая?
– Ну как это в чём, – заёрзала на стуле тёща, – продукты
– Подсудимая признаёт свою вину? – Андрей искоса взглянул на кошку. Кошка равнодушно умывалась, зажмурив глаза.
– А чего ж не признаёт? Конечно признаёт. Тут, кроме неё, бедокурить некому, – ответила за кошку Зинаида.
– Тогда голосуем, кто за то, что кошку надо казнить? – спросил Андрей и первый поднял руку. Следом подняла руку тёща.
– Я против, – замотала головой Наташка, за такое не казнят.
– Два к одному, – жёстко проговорил Андрей, – Приговор исполняется немедленно и обжалованию не подлежит, – после чего снова налил водки, выпил и, вытащив из пачки горсть патронов, схватил кошку за шкирку. Медленно, опираясь на ружье, Андрей вышел во двор. В комнате наступила тишина. Примерно через минуту, заговорила Зинаида:
– Ой! Что это я наделала, он же её правда убьёт! Я ж так просто, в сердцах! Наташка, беги, скорей! Останови его, – Наташка вскочила, чтобы броситься к двери, но в это время прогремело два выстрела. Наталья задрожала всем телом. Ноги её подкосились, и сами собой усадили тело на диван. Она приложила ладони к лицу и зарыдала.
Несколькими мгновениями ранее, Андрей, выйдя во двор, бросил кошку в траву. После чего направил ружьё вверх и разрядил его в воздух. Затем, выждав пару минут, вошёл в дом. Зайдя в зал, он мрачный подошёл к столу и, не говоря ни слова, налил водки, выпил, крякнул и уселся, облокотившись на спинку стула.
– Ну что, Андрей, убил? – испугано, спросила тёща.
– Вышел во двор, – начал Андрей, – Привязал её за лапы к забору, распял, значит. Отошёл на пять метров, чтобы кровью не забрызгало, и выстрелил.
– Расстрелял всё-таки! – ахнула тёща.
– Не, – махнул рукой зятёк, – Я ж не посмотрел, что дробь взял, надо было картечь. А дробь, что? Мимо прошла верёвки перебила. Убежала она. Завтра поймаю, тогда и добью, – Андрей снова потянулся за водкой.
– Не надо, Андрей, не надо, это я так, по глупости, дура старая ляпнула. Пускай живёт, не трогай её.
– Ну, как хотите, – заплетающимся языком проговорил Андрей, – Моё дело – мужское. Сказал – сделал, а дальше сами смотрите, – Андрей опрокинул рюмку, откинулся на стул и захрапел.
Ракета
Решила, бабка Агафья, завести корову. Нет, конечно, раньше у неё была всякая живность, пока муж был жив. Но дед Роман умер десять лет назад, а Агафье, работающей бухгалтером в совхозе, времени и сил на хозяйство не хватало. И потихоньку живность исчезла со двора, осталось разве что кур с десяток и мелкий чёрный петух.
Восемь лет назад, вышла Агафья на пенсию и затосковала. Две дочки: Леночка и старшая Тоня давно в город перебрались и приезжали только в отпуск с зятьями и внуками, да иной раз на выходные повидаться. Вот и решила Агафья ближе к седьмому десятку завести корову, чтобы при деле быть, да и родных свежим молоком побаловать. Но одна такое решение принять побоялась. И только через две недели, когда приехала младшая дочь Леночка, Агафья тихонько, со вздохом сказала ей: