Честь вора
Шрифт:
– Да уж. Только умыванием тут не обойтись. Пойдем со мной, я тебе новое платье дам, а то точно всех постояльцев распугаешь.
Она взяла меня за руку, и повела за собой как маленького несмышленого ребенка.
– Опять эта Лейка, как свинья вымазалась, - услышала я за спиной.
– И что с ней так носятся. Вечно ее Марифа спасает.
Я оглянулась, чтобы посмотреть, кто ж это так обо мне печется.
–
– Да плевать я на них хотела, - буркнула я, но что-то ощущения внутри никак не вязались с произнесенными словами.
Женщина удивленно на меня посмотрела. Наверное, я что-то не то ляпнула.
За печью был небольшой закоулок, там стояло деревянное корыто и небольшой стульчик, а также ведро с водой.
– Подожди здесь, я сейчас воды горячей принесу, а то холодной тебя не отмыть. Пока раздевайся.
Она легко подняла ведро и плеснула в корыто воды.
Я огляделась, никого нигде не наблюдалось. Правда, было за спиной маленькое оконце, но оно было настолько закопченным, что рассмотреть в него все равно ничего не удастся, если кто-то и решит за мной подсмотреть. Хотя после обнаженки в операционной мне уже совсем не стыдно. Я попыталась снять платье, но не смогла найти ни одной застежки. Через голову оно снимается, что ли?
– Ты еще не разделась?
– беззлобно произнесла женщина и подошла ко мне.
– Как ты, девочка?
– нежно спросила она.
– Совсем устала?
– Да не очень, - я растерялась от ее ласки.
– Давай я тебе помогу раздеться.
Я не успела еще ничего сказать, а она уже расстегивала невидимые мне крючки. И какой ... умник придумал делать застежки на спине в таких платьях? Сам ни в жизнь не разденешься.
Женщина ловко справилась со всеми крючками, и стянула платье с плеч. Я осталась в одной сероватой сорочке, которая была все еще влажной.
– И где тебя так угораздило?
– поражено спросила женщина.
– И что ты вечно куда-то лезешь, наказание ты мое?..
– Упала, - пожала я плечами.
– Не поранилась?
– в серых добрых глазах появилась неподдельная тревога.
– Нет, наверное.
Женщина быстро стянула с меня сорочку, я не успела и вякнуть, как предстала перед ней во всей красе.
– Давай в корыто,
– Угу, - только и кивнула я, даже не представляя, как я влезу в это корыто даже со своими миниатюрными размерами.
– Ну чего ждешь, вставай уже, - подтолкнула меня женщина.
Я встала в корыто, сама не понимая, зачем. Может, сначала надо было голову помыть и все остальное, а уже в конце ноги? Я помню, как мы у бабушки в деревне в тазике купались. Ладно, в чужой монастырь я со своими правилами лезть не буду. Сказали так, значит так.
Вода в корыте оказалась ледяной, и мое тело тут же покрылось мурашками.
– Сейчас я тепленькой полью, - сказала женщина, наклонившись за кувшином, который принесла собой.
Она полила мне на голову и протянула какой-то странный серо-бурый кусок воняющий чем-то неприятным.
– Мойся, - только и сказала она.
Блин, хорошо, что у меня волосы короткие. Но не так чтобы совсем, но до плеч. А то я не представляю, что бы пришлось делать с длинными.
– И зачем ты косу отрезала, глупенькая, - прошептала женщина.
– Такие волосы красивые были. Не слушала бы ты Зарику и не делала все, что она говорит, - с явной укоризной произнесла она.
– Да я и не делаю, - ответила я, кое-как намылив волосы. Это своеобразное мыло никак не желало пениться, только стало вонять еще больше.
Короче, я кое-как вымылась. Потом меня несколько раз ополоснули едва теплой водой из кувшина. Я замерзла так, что зубы стали выбивать военную дробь.
– Сейчас согреешься, - видя мою трясущуюся тушку, заботливо сказала женщина и принесла мне теплую сорочку и платье.
– Надевай, пока не остыло. Я их на печи нагрела.
Я с благодарностью влезла в сорочку и сразу же в платье. Да без нижнего белья было как-то не комильфо, но думаю, что о трусах тут и понятия не имеют.
Затем мне протянули чулки... такие еще моя прабабушка носила. Я и их надела - все теплее стало. Вот натягивать ботинки не хотелось - и так все ноги стерла, - но все же пришлось.
– Давай я тебя причешу, и быстренько иди к постояльцу. Его слуга уже прибегал узнать, когда вода будет.