Честь и верность

Кейт Уильям

— Это последний у меня, капитан, — сказала она.

— Зайди с другой стороны, Гарсия, — ответил он. — Зададим им жару. Капитан, я советую вам отнести МакАлистера вниз, а затем прислать нам кого-нибудь на подмогу.

Голос Хоули был суровым и властным:

— Я останусь здесь и буду сражаться. Мне не нравится бегство.

Таким Фрейзер еще никогда не видел этого пожилого человека.

— Тогда продумайте, как организовать подкрепление для тактического маневра, — сказал Фрейзер.

— А мы пока постараемся отвлечь их внимание.

Хоули засмеялся, его смех был сухим

и угрожающим.

— Держись, сынок. На этот раз я тебя не подведу, — затем он тихо добавил, обращаясь скорее к самому себе: — Я не подведу. Не на этот раз.

Лейтенант Гэйдж скрипнула зубами. Еще один ракетный залп врезался в редеющие ряды легионеров роты Браво, занимающих оборонительные позиции. Установленные на выгодных высотах тяжелые крупнокалиберные пулеметы кочевников не давали легионерам высунуть и носа из укрытий. Гэйдж видела, как по крайней мере двадцать человек расстались с жизнями при попытке пересечь открытую часть двора.

Когда Нармонов во главе своего взвода пытался прорваться к стене, ракетный огонь моментально перекинулся на его подразделение, фактически остановив наступление прежде, чем оно успело начаться. Аналогичный маневр ее подчиненных не привел ни к чему хорошему.

Самое прискорбное, что раненые или убитые здесь легионеры пострадали от ее глупых приказов. Скоро кочевникам удастся завладеть пультом управления воротами. И тогда все будет копчено.

— Лейтенант! — кричал ком-оператор. — Приказ от роты Браво. Распределиться и отступить!

— Это сделает нашу вылазку совершенно бесполезной, — заметил канонир сержант Валко, истекающий кровью. Вражеская шрапнель прочертила огромную рану на его левой щеке.

— Черт побери, сержант! Не могу же я просто смотреть, как они там умирают!

— Мэм… — Валко не закончил фразу. — Какого черта?!

Ракетная установка напротив ворот снова открыла огонь, но на этот раз не по территории крепости. Снаряды свистели в воздухе, поражая кочевников, наступавших на оборону Нармонова. Грохот взрывающихся ракет был самым приятным звуком, который когда-либо слышала Гэйдж.

— Черт побери! — кричал субалтерн Крэйнс. — Один из наших парней все еще держится!

Легионеры оживились, их лица осветились надеждой.

— Отмени приказ об отступлении, Массир! — рявкнула Гэйдж. — Давайте, мальчики, покажем этим вонючим кикиморам, кому принадлежат океаны! Вперед!

Она пошла впереди отделения. Тридцать кричащих легионеров высыпали на покрытую грязью площадь.

Задыхаясь от чрезмерных усилий, Карацолис развернул пулемет и выстрелил. Ракеты засвистели над стеной, и туземцы в панике попрятались в укрытия.

Сандовал пытался сообразить, как работает механизм перезарядки.

— Осталось всего десять ракет, Спиро, — предупредил он. — Будь я проклят, если мне не удастся перезарядить эту хреновину.

— Ах ты, черт, — выругался Карацолис. — Я думал, что зарядов хватит…

Он с восхищением наблюдал, как взвод Нармонова, вырвавшись наконец из укрытий, сражается с кочевниками. На площади появлялось все больше и больше легионеров. И все, что теперь требуется —

это протянуть время да посеять смятение и неразбериху в рядах противника. Тогда легионерам удастся подобраться поближе и покончить с назойливыми водяными. Ракетные пистолеты были непригодны для ведения дальнего боя, а бронированные скафандры и даже дюравилевые комбинезоны защитят людей от примитивного оружия кочевников.

Карацолис развернул пулемет и прицелился в ракетную установку, готовую подавить огнем наступающих легионеров. Выстрелы грека не отличались особой точностью, однако ему удалось сбить туземцев с толку.

Сандовал схватил его за плечо и махнул рукой.

— Посмотри туда, Спиро! — крикнул он.

Карацолис выругался и стал разворачивать пулемет в сторону, куда показал раненый испанец. Но огромная ракетная установка разворачивалась чертовски медленно.

Три кочевника показались над стеной, прицеливаясь в Карацолиса и Сандовала…

Спиро отчаянно навалился на ракетный пулемет всем телом, но раненый Сандовал толкнул его плечом. Грек перегнулся через перила и с глухим ударом рухнул на крышу караульной, расположенной у ворот.

Сумерки озарились ярким светом — около дюжины ракет вонзились в огромную тушу ракетной установки. Карацолис вскочил на ноги и с горечью посмотрел на искореженные останки орудия и на растерзанное сотнями осколков тело легионера Эрика Сандовала.

Капитан Дэвид Хоули впервые за много лет выглядел живым. Адреналин бурлил у него в крови, вес зажатого в руке ПЛФа напоминал о старых добрых временах, которые почти стерлись в туманной пелене фантазий, навеянных адчипом и алкоголем. Сражение, кипевшее на крыше штаба, пробудило в нем волю к жизни.

Старый капитан был слаб и расхлябан, но прежняя воля к победе пробуждалась в нем. Довольный Хоули поднялся на ноги, оставив потерявшего сознание сапера, ему не терпелось окунуться в стихию боя.

В глубине коридора укрылись Сигриг Дженс и несколько людей, одетых в форму «Морферм», в руках у них были зажаты ФЕКи.

— Мы слышали о прорыве на стене, — спокойно объяснила директор проекта. — Я собрала столько людей, сколько смогла.

Хоули оглядел женщину с ног до головы. Дженс и ее прихвостень-ассистент колючкой торчали у него в боку с тех пор, как полубатальон Элис прибыл на Полифем. Ему даже в голову не приходило, что люди из «Морферм» пошевелят хоть пальцем для того, чтобы защитить себя. Разумеется, в бою от них не много проку, но оружие пригодится…

— Благодарю вас, мэм, — сказал капитан, скрывая за словами совершенно противоположные чувства. — Спасибо, — он медлил, пытаясь найти лучшее решение.

В последнее время принимать решения стало необычайно сложно. Молодой Фрейзер отдавал приказы с ходу, как будто любая ситуация обдумывалась им много раз, была проста и понятна.

Когда-то и Дэвид Хоули был способен так действовать. Когда-то, но не теперь…

— Послушайте, мэм, э-э… Со мной па крышу пойдут вооруженные мужчины. А вы… нужно, чтобы вы поискали еще каких-нибудь легионеров и привели их сюда — нам необходимо подкрепление. Вы можете выполнить это?