Честь Девлина
Шрифт:
— Ну хорошо, берите заложников. Впрочем, я не успокоюсь, пока мы не найдем меч и не свершим правосудие над настоящими убийцами.
— Тогда будем надеяться, что они сами сдадутся. Только трусы могут позволить другим умереть вместо них, — ответил лорд Коллинар.
— Разумеется, — проговорил Девлин, чувствуя сердцем, что все будет не так просто. Бунтовщики вполне могут решить, что трое невинных жизней — недорогая цена, если она поможет восстановить простой народ Альварена против захватчиков. И тогда последуют новые убийства, а круг насилия и возмездия за него замкнется,
На следующее утро в заложники взяли двух мужчин и женщину. Как Девлин и опасался, никто не пожелал занять их место, и на следующее утро схваченных казнили. Воин понимал, что его присутствие только возбудит толпу, поэтому в качестве своего представителя отправил Дидрика. По словам лейтенанта, люди проклинали Избранного и наместника Коллинара, а не винили бунтовщиков. Тревожный знак.
Девлин отпустил Дидрика и пошел в кабинет наместника, приказав его не беспокоить. Длинный стол был покрыт грудами свитков, содержащими записи городской дружины за последние семь лет. Лейтенант и люди Микала уже один раз просмотрели их, но теперь Девлин решил лично изучить все подборки, надеясь отыскать хоть какую-нибудь подсказку. Не могли же новые Дети Инниса возникнуть из ниоткуда. Дружинники должны были заметить их деятельность, может быть, даже записать о каком-нибудь хулиганстве или странном происшествии, и подобные сведения можно найти в этих архивах.
Больше никто не мог справиться с этой задачей. Вряд ли сами дружинники отыщут здесь то, что не заметили раньше, а Дидрик слишком плохо знает кейрийцев, чтобы понимать, что важно, а что нет. Поэтому Девлин просматривал отчеты ночных дежурств, списки задержанных за пьянство, публичные потасовки, мелкое воровство или убийство. Глаза начало жечь от усталости, а он все не видел никаких зацепок. Просто повседневная жизнь, изложенная сухим официальным языком. Встретилось упоминание убийства джорскианского торговца, но виновата была его любовница. Дружинники арестовали ее, когда она еще не успела смыть кровь с рук. Вряд ли она убила торговца в знак поддержки бунтовщиков, однако Девлин все равно решил допросить ее семью.
Вглядываясь в строчки, написанные выцветшими чернилами, воин все чаще обращался мыслями к заложникам, казненным сегодня утром. Теперь, когда было слишком поздно, он жалел, что не присутствовал при их смерти. Неправильно, что он не знает их имен и лиц. Ведь в некотором роде они тоже умерли из-за него. Умерли, потому что Избранный явился в их город.
"Их семьи проклинают твое имя".
Девлин оторвался от свитков и увидел напротив себя темную фигуру. Он разглядел только смутные контуры, лицо без черт, на котором ярко горели глаза.
Он прикрыл веки и потряс головой. Фигура и не подумала исчезнуть.
— Несущий смерть. — На сей раз воин услышал голос ушами, а не разумом. — Я рад тому, как ты распорядился моим даром. Молодой капрал чудесное добавление в ряды моих подданных, и трое последовавших за ней не хуже.
Девлин поежился. Казалось, присутствие Хаакона выдуло из комнаты
— Я найду убийц капрала Аннасдаттер и накажу их. — Девлин был горд, что голос у него не дрогнул, хотя ясно, что показным спокойствием Бога не обмануть.
— Капрал — только первая жертва. Помнишь мое обещание? Ты принесешь смерть всем, кто вокруг тебя. Даже те, кого ты зовешь друзьями, в опасности, потому что они предадут тебя и придется их убить.
— Нет. — Девлин резко поднялся со стула. — Мои друзья останутся верны мне.
Хаакон злобно рассмеялся.
— Они уже считают тебя наполовину безумцем. Что бы они сказали, увидев тебя сейчас, когда ты разговариваешь с тенью, которой никто больше не замечает? Попытались бы запереть тебя. Разумеется, ради твоего блага.
У Девлина екнуло сердце. Со свойственной ему жестокостью Хаакон озвучил его главный страх.
Стивен и Дидрик давно подозревают, что с их другом творится неладное. Он слышал, как они перешептываются, украдкой поглядывая на него. Требуется совсем немного, чтобы убедить их в безумии. И тогда они начнут действовать. Но Заклятие не позволит Избранному отказаться от исполнения долга. Ему придется сопротивляться, обнажить оружие. Тогда пророчество Хаакона вполне может исполниться — Девлин убьет своих товарищей.
Или, если им удастся совладать с Избранным, судьба его будет не лучше. Не важно, запрут ли его здесь под наблюдением лекарей или отправят в Джорск под охраной. Что бы они ни сделали, добьются только исполнения того, что опасаются. Если Девлин не сможет исполнить свой долг, Заклятие сведет его с ума.
— Если я окажусь в заключении, то ты лишишься своей игрушки, — заявил воин.
— Твоих страданий с лихвой хватит, чтобы искупить мою потерю, — ответил Хаакон. — И не стоит недооценивать себя. Одного твоего присутствия здесь, в здравом рассудке или нет, хватит, чтобы весь город вспыхнул.
В словах Бога смерти было немало правды. Глава Микал и наместник Коллинар оба предупреждали Девлина о том же. Чем дольше длятся поиски меча, тем сильнее разгораются народные волнения. Круг насилия начался с убийства Аннасдаттер и будет продолжаться и продолжаться, остановить его станет невозможно.
— Чего же ты хочешь? — закричал Девлин.
— Смерти, — ответил Хаакон и с этими словами медленно растаял в воздухе, оставив Избранного в одиночестве.
— Господин? — раздался голос служанки. Воин обернулся и увидел, что она стоит у открытой двери кабинета.
— Вы что-то хотели? — спросила она.
Интересно, давно ли служанка стоит здесь, глядя, как он беседует с пустым воздухом? Или она пришла только на его крик?
Не имеет значения. Ничто не имеет значения. Он повернулся спиной к столу и бесполезным архивам.
— Эля.
Женщина покачала головой и прикусила губу, явно боясь не угодить ему.
— Для своих мы держим безалкогольный эль, а наместник не пьет его. Зато вина у нас много — и красного, и цвета соломы.