Честь Девлина
Шрифт:
Девлин наслаждался ее видом, испытывая одновременно и радость, и скорбь. Он и забыл, насколько прекрасна его покойная супруга. На мгновение ему показалось, что само время застыло. Потом в костре затрещала ветка, посылая в воздух сноп искр, и очарование развеялось.
— Почтенный муж, — проговорило видение.
— Возлюбленная жена.
Стивен воскликнул что-то, но все внимание Девлина было сосредоточено на Керри. Между ними был огонь, поэтому он попытался обойти пламя. Керри вторила его движениям, поэтому Избранный остановился.
— Нежное Сердце, — проговорила
Воин проглотил вставший в горле ком.
— Правда?
— Никогда не думала увидеть тебя солдатом, хотя ты и справился. Сейчас тебя окружает опасность другого рода, и я упросила Владыку Хаакона позволить мне отправиться сюда, чтобы предупредить тебя.
— Хаакон, — с горечью выговорил Девлин. — Боги и без того довольно вмешивались в наши жизни. Значит, теперь он отправляет тебя выполнять свои поручения?
Керри протянула руку над огнем.
— Слушай меня, потому что времени очень мало. Тебе грозит опасность оттуда, откуда ты и не подозреваешь.
Быть Избранным означало каждый день встречаться с опасностью лицом к лицу. Девлин привык к этому. И все же от настойчивости Керри ему стало не по себе. Она никогда не беспокоилась из-за пустяков.
— Что за опасность? От кого?
— Я вижу только тень опасности, а не того, от кого она исходит, — пожала плечами Керри.
— Как смеет Владыка Хаакон так использовать тебя? Зачем он мучает нас обоих? — разъярился Девлин.
Обряд поминовения умерших должен был облегчить путь душам в следующую жизнь. Вместо этого он потревожил столь заслуженный Керри покой. Ей позволили увидеть одним глазком опасность, грозящую мужу, но не дали знаний, которые могли бы помочь ему победить в испытаниях. А он отлично понимал, как тяжело не суметь спасти тех, кого любишь.
Страшно подумать, что ее так жестоко используют. Это только подтверждало мнение Девлина, что Хаакон специально мучает его. Сначала он лишил Девлина возможности умереть, когда каждая клеточка воина жаждала освобождения. А теперь, когда Избранный снова обрел волю к жизни, злой Бог нашел новый способ терзать его, приговаривая к аду на земле.
— Скажи Хаакону, что я не буду его пешкой, — заявил Девлин. — Когда придет день ему встретиться со мной лицом к лицу, я потребую расплаты по счетам.
Керри умерла из-за него. Она, Лисса, Кормак и Беван. Всех убили, потому что Боги решили сделать его Избранным, чтобы утраченный меч вернулся в Джорск. Знакомое чувство гнева и вины снова всколыхнулось в Девлине, проникло в самую кровь, темное облако застлало взор.
Он помотал головой и удивленно моргнул — призрачный облик Керри исчез, и на ее месте появилась новая фигура. На ней был темный плащ, капюшон покрывал голову. Лица было не разобрать, и только на месте глаз горели алые точки. В правой руке фигура держала светящийся серебряный посох.
— Давно я ждал возможности поговорить с тобой.
Голос был тихий, но в нем звучала скрытая мощь, словно камень заговорил.
Это был сам Хаакон, Владыка Смерти. Девлину и раньше выпадало встречаться с ним, когда болезнь или рана грозили оборвать его жизнь. Но всякий
— Я не боюсь тебя, — солгал Девлин. Он не страшился смерти, хотя ее владыка был в силах несказанно мучить людей. Он мог закрыть для души воина вход в Закатное царство, вынудив вечно бродить в царстве сумрака, навсегда отрезанного от тех, кого он знал и любил. Приговорить к вечному одиночеству во тьме.
Хаакон засмеялся, и, несмотря на отважные слова, по спине Девлина побежали мурашки.
— Знай ты меня, то не мог бы не бояться. Скоро твоя душа станет моей.
— Почему?
Странно. Если Девлину судьба умереть, почему же Хаакон отпустил Керри предупредить его об опасности?
— Потому что я так хочу, — заявил Владыка Смерти. Он сделал шаг вперед, потом еще один и еще. Языки пламени расступались перед ним, не в силах прикоснуться. Хаакон остановился прямо перед Девлином.
Воин невольно отступил. Но он не мог сбежать от Бога, поэтому не собирался показывать Хаакону свой страх.
Владыка Смерти протянул руку и коснулся головы Девлина.
— Ты будешь моим, — прошептал он. Воина охватила страшная боль, и, к его ужасу, слова Хаакона эхом отдались в голове Избранного.
— Скоро ты будешь моим.
Девлин не мог шевельнуться или даже закричать — пленник в собственном теле, пожираемый изнутри огнем.
— Я не принадлежу тебе. Я Девлин, Девлин из Дункейра, — выговорил он, старательно цепляясь за обломки собственной личности. Перед ним появилось лицо Керри, отчаянно пытающейся предупредить о чем-то. Потом его поглотила тьма, и он потерял сознание.
XII
Первые лучи солнца безжалостно освещали Кингсхольм, но лишь немногие стали свидетелями новогоднего утра. Большинство людей давно отправились спать домой или, сильно перебрав и устав колобродить, прикорнули там, где упали. Бодрствовали и оставались трезвыми только те, кого вынуждали обязанности.
Одним из них была капитан Драккен. Как обычно, прошлой ночью она лично командовала стражей, присматривая за работой тех, кто должен отвечать за безопасность празднующих. А приключились все обычные для таких случаев неприятности. Толпа подростков отправилась бить окна в купеческий квартал. Их задержали до той поры, пока родители не заплатят штрафы. Стражей вызывали разнимать драки в тавернах, хотя серьезных ранений не было. Патрульные нашли по меньшей мере дюжину глупцов, уснувших на улице. Всех, кроме одного, удалось спасти до того, как они замерзли до смерти.
По сравнению с празднованиями прошлых лет ночь выдалась тихой, отчасти потому, что немногим действительно хотелось ликовать из-за шаткого положения королевства. Сыграли свою роль и дополнительные патрули, отправленные капитаном и бдительность стражей. Драккен уже поблагодарила дежурных и отправила их по домам. Она и сама не отказалась бы прикорнуть на часок, но было еще одно важное дело.
Капитан остановилась на лестнице, ведущей в королевскую часовню, постучала ботинками о камень, чтобы сбить налипший снег. Потом поднялась по оставшимся ступеням и открыла дверь.