Честь бойца

Стрельцов Иван Захарович

Открыла дверь мама, еще молодая, не утратившая привлекательности высокая женщина.

– Витя, сынок, ты? Но откуда? – Мать удивленно смотрела на сына, который два месяца назад уехал на заработки за границу.

– Мам, я всего на секундочку, вас повидать.

Весело улыбаясь, Виктор вбежал в комнату, но, к его удивлению, там не оказалось отца, зато в кресле у дверей сидел участковый милиционер, держа на коленях свою фуражку. В другом кресле у окна сидел капитан-танкист

из военкомата. Увидев вошедшего, капитан радостно оскалился:

– Вот и нашлась пропажа. А родители говорят, нет его, уехал на стройки капитализма, а он, как беспризорный, по городу бегает. Время твоей беготни закончилось, сынок, пора отдавать долг Родине.

Виктор все понял – как некстати пришли за ним из военкомата. Он сделал шаг назад, но тут же почувствовал за спиной еще кого-то, обернулся. Дверной проем заслонил своей могучей фигурой прапорщик морской пехоты.

– Вот, сынок, сбылась твоя мечта, – проговорил басом прапорщик. – Писал заявление, что хочешь служить в морской пехоте, твой шанс, не упусти.

Виктор понял, что влип. Теперь ему не вырваться. «Ну что с меня взять, Пистон и есть Пистон», – чуть не плача, подумал Савченко. Ему на плечо легла тяжелая рука морпеха.

– Идем, хлопче, маманя тебе уже вещички собрала.

– А не сбежит? – спросил с подозрением капитан. – А то вот такие орлы с каждого призыва бегут. Мцыри, мать их.

– У меня не убежит, – почти ласково проговорил прапорщик, – я лично его проконтролирую. Ну, пошли, хлопче, пора.

«Волга» покачиваясь на ухабах, заехала на заброшенную стройку. Этот объект специально был выбран налетчиками для передачи своей добычи представителю РУБОПа.

Когда машина въехала во двор, из недостроенного корпуса вышел Бодун с зажатой в зубах сигаретой.

– Загоняйте «Волгу» туда, – указал Дроздов в направлении бетонного забора. Заметив, что вместо Савченко сидит Палыч, удивленно спросил: – А куда Пистона дели?

– Домой отправили, – ответил Сэнсэй, – надо кой-какие проблемы там решить. Да и зачем пацана лишний раз под пули подставлять?

– Ух ты, – опешил Дроздов. – Значит, броневик брать можно, на офис идти можно, а сейчас нельзя. Странные двойные стандарты, братец.

– Тогда на нашей стороне были два преимущества: все было просчитано до мелочей и внезапность. Сейчас у нас нет ни того, ни другого.

– Но и у гражданина начальника не будет времени подготовиться по всем правилам милицейской тактики, мы почти на равных в такой ситуации.

– А машину зачем прятать? – спросил Гном, выбираясь из салона «Волги» с большой спортивной сумкой.

– Нельзя же преподнести десять миллионов на блюдечке с голубой каемочкой просто

так. Нам нужна гарантия безопасности, – ответил Дроздов. – Деньги и дискеты мы передадим, когда ее получим. Ну, а если нет, здесь можем попытаться отбиться, не подвергая риску наши сбережения. Если не получится с милицией, будем искать другой выход, и при бабках это сделать будет легче.

Машину Прапор загнал в указанное место, потом вернулся к месту общего сбора. Гном раскрыл сумку, достал автомат, который тут же повесил себе на плечо, остальным стал раздавать пистолеты.

– Мне давай два, – сказал бывший телохранитель.

– Это почему? – поинтересовался Трофимов.

– По кочану, – отрубил Дроздов, сунув за пояс под куртку два «макарова», а в карманы куртки несколько запасных обойм. Раздав оружие, Гном достал со дна сумки три запасных автоматных рожка и с сожалением сказал:

– Эх, жаль, гранаты кончились.

– Для кого кончились, а у кого еще есть, – улыбнулся Прапор и продемонстрировал рифленое тело «лимонки».

– Вовик, на хрена она тебе, – масленым тоном заговорил Гном. – Ты же все равно дальше своего носа ее не бросишь.

– А ты собрался гранату на Арбат зашвырнуть? – с усмешкой спросил Гаранин.

– Пошел ты, – огрызнулся Трофимов, обидевшись, что не удалось заполучить любимую игрушку.

– Ладно, хорош вам грызться, лучше определимся на местности, – произнес Дроздов. Он уже окончательно встал во главе команды. Впрочем, никто не возражал.

– Я останусь здесь и буду вести переговоры. Ты, Павлик, со своим автоматом давай на левый фланг. – Он указал строение из нагромождения бетонных плит. – Устроишься на третьем этаже, в случае чего, прикроешь огнем, а заодно и присмотришь, чтобы кто-то не подъехал к нам с тыла. Мало ли как повернется ситуация. Вы давайте-ка направо, укроетесь в той будочке. Если что не так, я буду отходить к вам.

– Нет, я останусь с тобой, – неожиданно проговорил Сэнсэй, сделав шаг вперед. – Одному отходить тебе будет сложно, а вдвоем, может, и отходить не придется.

– Ладно, будь по-твоему, – кивнул Дроздов. Он достал мобильный телефон, набрал номер Донцова в ГУБОПе.

– Это мы, – произнес он без предисловий. – Через час жду вас по дороге во Внуково, повернете не вправо, а влево с трассы, увидите заброшенную стройку. Вот там и встретимся. Поторопитесь.

– Теперь наступает самое сложное – ждать, – сказал Сергей Сурмин, вертя на указательном пальце пистолет.

– Да, – кивнул Бодун, – только сперва я сделаю еще один звонок – нашему общему приятелю, – и быстро стал набирать номер телефона Зубова.