Честь бойца
Шрифт:
Донцов протиснулся сквозь экспертов и склонился над россыпью зеленоватых, бутылочной формы, автоматных гильз, внимательно стал осматривать их.
– Вы все сфотографировали? – спросил он у ближайшего эксперта, плюгавого очкарика с большим фотоаппаратом.
– Да, – ответил тот и отошел дальше.
Достав из кармана шариковую ручку, майор подцепил ею одну из гильз. Это была гильза не автоматная и не обычная пистолетная. Латунный цилиндр был немного больше пээмовской, маркировка, выбитая в торце, возле капсюля, подтвердила
Кто-то тронул Донцова за плечо, он оглянулся и увидел возле себя Мухина.
– Смотри, кто появился.
В сопровождении постового старшины быстро шел юрисконсульт банка «Глобал Инвест» Илья Карасев. По мере приближения его к взорванному броневику шаг юриста заметно замедлялся, и, наконец, он ошарашенно остановился перед черным зевом грузового отсека.
– Боже мой, – прошептал Карасев. – Боже мой, десять миллионов. Это же крах. Конец банка.
– Ну, теперь начнется, – прошептал Владлен Мухин. – Как пить дать, завалят МВД жалобами. Без расследования «особой инспекции» теперь не обойтись.
– Расследование расследованием, а рапорт на имя начальника ГУБОП придется писать, – ответил Донцов. – Придется просить, чтобы и следствие по этому ограблению передали нам, операции «Кубышка».
– Ну-ну, – усмехнулся Мухин, – хозяин – барин.
И отошел в сторону, где стояли остальные члены оперативно-следственной группы.
Глава 11. Тогда считать мы стали раны, товарищей считать
Ремонтный «ГАЗ» завернул в глухой тупик и замер у припаркованной бледно-лимонной «Волги-24»-фургон. Все шло по плану.
Налетчики сняли с себя маскарад ремонтников, бросили на пол кузова жилетки, каски, черные полумаски. Инкассаторские сумки перегрузили в багажник «Волги».
– Оружие бросаем здесь? – спросил Пистон, по-ковбойски вертя на пальце «ПМ».
– Ансель сказал – оставить здесь, – ответил Сэнсэй.
– Ага, а то менты могут найти оружие и арестовать нас, – рассмеялся Гном. – А если обнаружат багажник, набитый полными инкассаторскими сумками, то не обратят внимания или не поймут, в чем дело. Полный бред.
– Так что, предлагаешь оружие взять с собой? – безразлично спросил Сэнсэй. Ему не доставляло удовольствия пользоваться смертоносным железом, он сам был живым оружием. – Так бери.
Почти час они сидели в машине, ожидая приезда француза, но тот все не ехал.
– Пора хилять отсюда, – раздраженно произнес Прапор, – а то точно город закупорят и попадемся, как кур в ощип.
Он надавил педаль газа, и машина плавно тронулась. За истекшее время город не изменился, они находились в стороне от эпицентра преступления, и поэтому вой милицейских сирен не доносился сюда.
– А не послушать ли нам музыку? – весело спросил Пистон. Ему посчастливилось сесть рядом с водителем. Он включил автомобильный
– Как сообщил наш корреспондент, только что произошло преступление, которое можно отнести к разряду преступлений века.
Новоиспеченные налетчики заулыбались, понимая, что речь идет об их «подвигах».
– Час назад было совершено нападение на инкассаторский броневик банка «Глобал Инвест». Преступникам удалось подорвать броневик и, убив трех инкассаторов, захватить десять миллионов долларов, которые после обмена должны были отправиться рабочим металлургических заводов Сибири. Милицейские эксперты молчат, но можно смело сказать, что это преступление войдет в Книгу рекордов Гиннесса.
По мере восприятия услышанного улыбки с лиц налетчиков медленно сползали.
– Какие десять миллионов? – ошарашенно проговорил Гном.
– Как инкассаторы убиты? – вырвалось у Пистона, с его лица схлынула кровь. – Когда мы уезжали, они ведь были живы.
– Да выключи ты эту балаболку, – неожиданно взорвался Сэнсэй. Когда младший выполнил эту команду, неопределенно спросил: – Действительно, что же получается?
– Стой, Прапор, – наконец подал голос Бодун, потом, хлопнув водителя по плечу, велел:
– Нет, лучше сворачивай куда-нибудь в сторону.
«Волга» съехала на обочину и остановилась. Бодун выбрался из машины, в два прыжка достиг багажника и рывком открыл его. Не трогая открытую инкассаторскую сумку, схватил первую попавшуюся, оторвал пломбу и снял замок. Внутри лежали пачки аккуратно нарезанных газетных листов. Во второй сумке также оказались старые газеты, и в третьей, и в четвертой…
– Мать твою! – Бодун изо всей силы ударил кулаком по краю багажника.
– Что такое? – Рядом с экс-телохранителем встал Сэнсэй.
– А то, – огрызнулся Бодун, – этот хренов лягушатник нас подставил. Мы взяли не банковский броневик, а тележку старьевщика.
Он указал на кипы резаной бумаги.
– Что-что? – Из салона «Волги» выпрыгнул Гном, его физиономию искажала сумасшедшая гримаса. – Я этого гада разорву пополам. Сука патентованная. Урою падлу.
– Вы еще долго будете отсвечивать? – подал голос Прапор. – Вас по всей Москве ищут, а вы тут инкассаторскими сумками машете. Садитесь в машину, надо рвать когти.
– Куда рвать-то?
– Есть одно место, – ответил Прапор. Когда все налетчики расселись по своим местам, плавно надавил педаль газа.
Суматошный день плавно перешел в такой же суматошный вечер. Обоих оперативников вызвал «на ковер» начальник ГУБОПа.
В просторном кабинете операм не предложили сесть, они стояли навытяжку перед генералом, который задумчиво ходил из угла в угол, как лев в клетке зоопарка.