Червь
Шрифт:
— Ей двенадцать лет и у неё есть способность изменять пространство. Она может вытянуть здание как ириску, так, что оно станет в два раза выше, или уменьшить расстояние между двумя тротуарами так, что сможет пересечь улицу одним шагом.
— У неё есть слабость, — добавила Лиза. — Эффект Ментона. — она обратила всё своё внимание на меня. — Ты знаешь, что это такое?
— Я встречала упоминания о нём, но не знаю подробностей.
— Что бы ни было источником наших сил, оно налагает на нас некоторые ограничения. У большинства из нас есть ограничение по использованию наших сил на живых существах. Область
— Нарвал может, — перебил Алек.
— Я говорю о большинстве, — сказала Лиза, — почему существуют эти ограничения так же непонятно, как и то, откуда берутся наши способности. Кейпы, способные обойти эффект Ментона, являются сильнейшими среди нас.
Я медленно кивнула. Я подумала, а не имело ли это отношение к тому, почему Лун не сжёг самого себя, но я не хотела лишний раз уходить от важной темы.
— Что насчет Висты?
— Виста может растягивать и сжимать пространство. Она также может делать удивительные фокусы с гравитацией. Но дело в том, что эффект Ментона не позволяет ей сжимать и растягивать людей. Чем больше людей находятся в пространстве, тем сложнее ей становится воздействовать на него. Если бы мы все находились в одной комнате, скорее всего, она никак бы не смогла повлиять на всю комнату.
— Но, — добавил Брайан, убирая кусочек сыра, оказавшийся на его губе, — каждый раз, когда мы сталкивались с ней, она становилась быстрее, и в целом её сила росла, она придумывала новые трюки. С каждой секундой, когда она находится на поле боя, ситуация становится всё хуже для нас. Мы постараемся нейтрализовать её как можно быстрее. Эгида, Стояк, Виста. Это те, с кем мы скорее всего столкнёмся, и кто бы там ещё не заглянул к нам на веселье, нам придётся тоже с ними разобраться, или нам конец.
— Давайте быстро пробежимся по остальным. Киндер-сюрприз.
— Технарь, — сказала Лиза, — летает на скейтборде, вооружен лазерными пистолетами, имеет доступ к высокотехнологичному оборудованию. От него можно ожидать чего-то нового, в зависимости от того, что он создаст в своей мастерской. Он довольно мобилен, но не представляет особой угрозы.
— Триумф? — спросил Брайан.
— Ему исполнилось восемнадцать, он перешёл в Протекторат. Не стоит о нём беспокоиться. — сказала Лиза.
— Рыцарь.
— Парень Славы, с которым она то сходится, то расходится, он притворяется Технарём в духе Киндер-сюрприза, но мне кажется, что ему просто нравится разгуливать в новенькой броне, едва высохшей от краски. Его оружие — вспышки света. Попадание такой вспышки ощущается, как удар под дых, а потом что-то происходит с твоими чувствами. Становится грустно, страшно, стыдно, начинает кружиться голова, и так далее. Всё не настолько плохо, если не попадать под несколько вспышек подряд. Избегайте этого.
— Осталась Призрачный Сталкер, кровожадная сучка, — нахмурился Брайан.
— Она
— Она была героем-одиночкой, — сказала Сплетница. — Мстительницей ночи, до тех пор, пока не зашла слишком далеко и чуть не убила кого-то, пригвоздив его к стене из своих арбалетов. Местным героям пришлось арестовать её, и она заключила сделку с правосудием. Теперь она член Стражи на испытательном сроке, с условием, что она будет использовать только болты с транквилизаторами, а не смертельные заряды для арбалета.
— Как бы не так, — зарычал Брайан. — По крайней мере, не в тот раз, когда она преследовала меня. Стрела, проткнувшая мой бок, была со стальным наконечником.
Сплетница покачала головой.
— Её сила странным образом взаимодействует с силой Брайана. Вообще, Призрачный Сталкер умеет преображаться. Она становится очень лёгкой, может проходить сквозь стекло и тонкие стены, и она почти невидима. Её стрелы также преображаются, а когда она стреляет из арбалета, где-то ещё полсекунды они остаются в том же состоянии. Затем этот эффект исчезает и уже обычная стрела летит к цели. Её тактика заключается в том, чтобы прыгать по крышам, где её почти невозможно засечь, и невозможно дотронуться, и оттуда расстреливать противника очень реальными стрелами.
— Как вы с ней сражались? — спросила я.
— По каким-то причинам её сила плохо работает, если она находится внутри тьмы Брайана. Она становится не такой быстрой и маневренной, он может её лучше видеть, а она не видит его в темноте, — сказала Сплетница. — Это превращается во что-то типа напряжённой игры в салочки, где один из противников — быстрый, но слепой и глухой, вооружён смертоносным оружием, а другой — Брайан — пытается вырубить её, не подставляясь под удар.
— Давайте избежим этого, — сказал Брайан. — На драку уйдет слишком много времени, и она, возможно, использует это, чтобы задержать нас. Только не подставляйтесь, если вы увидите возможность нейтрализовать её, сообщите команде или сделайте всё возможное сами, чтобы снять её, не забывая о нашей главной цели.
— И это — наш план? — сказала я. — Слишком много «если».
— Такие дела так и делаются, Тейлор. — сказал Брайан, его тон был немного сухим. — Думаю, мы неплохо подготовились, разбирая все возможные проблемы.
— Не хочу, чтобы вы подумали, что я критикую ваш план… — сказала я.
— Наш план, — перебил Брайан.
Я не хотела так об этом думать. Но вместо возражений я сказала:
— Я немного нервничаю, вот и всё.
— Ты можешь не ходить, — сказала Сука, её тон казался слишком непринуждённым.
— На полном серьёзе, — сказал мне Брайан, — ты можешь передумать…
— Да, — подтвердила я, — я хотела бы всё передумать и продумать, но, думаю, это меня не остановит. Я в деле.
— Хорошо, — ответил Брайан. — На подготовку у нас есть остаток сегодняшнего дня и весь завтрашний день. Тейлор, ты можешь завтра утром встретить меня на своей пробежке. Я принесу тебе сотовый. Ты можешь сообщить Лизе, что тебе нужно, например, оружие, о котором ты говорила. Заранее посмотри модель и марку, если хочешь что-то конкретное.