Червь 3
Шрифт:
— ДА! — закричала толпа.
Борис продолжил:
— Помимо наших мечей, — он поднимает свой меч, пробегается глазами по лезвию, — созданных убивать этих тварей, мы получили в свои руки не менее грозное оружие.
Борис кидает взгляд на меня. Улыбается. Лёгкий ветерок, что вырвался из леса, слегка качнул седые кудри мужчины. Борис направляет лезвие на меня и говорит:
— Инга! Она наше спасение! Она наш путь к миру!
— ДА! — закричала толпа. — ИНГА!
Вот он — момент истины. Все смотрят на меня. Сотня глаз: мужские, женские, волчьи
Я не знал, что сказать. Я никогда этого не делал. Мне только хотелось заполучить свою маску и сдриснуть на поиски Роже.
Я поднимаю свой меч. Кончик лезвия смотрит в жидкие облака, а мне только и остаётся, что сказать:
— Моя кожа никогда не станет оружием, повёрнутым против моей стаи!
Толпа вынимает мечи, тыкает ими в жидкие облака и скандирует:
— Моя душа никогда не станет частью отряда «Труперсов»!
— ЗА МИР! — кричит Борис.
— ЗА МИР! — кричит толпа, среди которой и мой голос.
Когда все успокаиваются, Борис снова перетягивает одеяло внимания на себя:
— Всю необходимую провизию нам выдадут в деревне. Нам нужно рассчитывать на пять ночей. «Труперсы» трусливо спрятались в горах, я уверен.
Кобыла Бориса подходит к арке из переплетённых ветвей дуба, делает круг. Доспехи Бориса шуршат громче, чем копыта бьют о землю. Громче, чем кричат птицы в лесу. Но по сравнению с тем, как крикнул Борис, они не издавали ни звука.
— ВПЕРЕД!
Подняв облако пыли, три десятка лошадей во главе двух десятков волков ринулись на встречу с неизвестным.
И снова мы — отряд байкеров-хулиганов, несущихся на встречу к приключениям. Только теперь нас больше, и готовы мы к большему. У нас в руках сила. Мы и сами являлись силой, которой придётся выковать мир на этой земле. У кого сила — у того и мир! Главное — правильно распорядиться своим ресурсом. И не запороть болванку.
Показались крыши деревни. Из-за волков пришлось сбавить тем, поэтому до деревни добирались дольше обычного. Нестрашно, солнце всё еще продолжало обжигать макушки наших обветренных голов.
Показались ворота. Показалась охрана. Эти два парня, что просиживали свои жопы в тени козырька, завидев нашу колонную чуть не обосрались. Дорога, по которой мы двигались, только и использовалась что из деревни до лагеря и в обратном порядке. А тут такое! Стая волков, несущихся прямиком на ворота. Один из охранников, скривив ебло бросил копьё и нырнул в калитку, за что быстро поплатился. Не успели мы поравняться с главными вратами, как Борис сразу же спрыгивает с кобылы. Влетает в калитку. Вначале на дорогу вылетает паренёк, затем ботинок Бориса, а потом и он сам.
— Не бейте… — заныл сыкло.
И тут такое началось!
Борис со всей силой зарядил кулаком ему в рыло, а потом коленом врезал в живот. Это ничтожество продолжает рыдать, только вместе со слюнями еще и кровь хлынула из ноздрей. Пятится, подставляет руки, но массивный кулак Бориса без
Жалкое зрелище. Полный слабак! Между ударами парень пытался оправдаться, мол никак не рассчитывал увидеть стаю волков, но с «Труперсами» точно не стушевал бы. Хорошее оправдание. Но у Бориса своё мнение на этот счёт, которое он быстро озвучил. Еще удар, но уже ботинком в лицо.
Парень свернулся калачиком, сплёвывая кровь на землю.
Пока Борис проводил воспитательные меры, мы все слезли с лошадей. Вмешиваться никто не решался, да и не зачем это было. Возможно, кто-то хотел подменить Бориса и устроить взбучку парню посильнее.
Кто-то окликнул Бориса, сказав:
— Давай заберём его с собой, пусть проявит себя в бою.
— Нет! — кричит Борис. — Ему мы не сможем доверить даже жизни наших лошадей. Наши спины будут открыты. Для него есть другая работёнка.
Всей толпой в деревню мы не попёрлись. Борис, схватив пацана за шкирку, и, взяв с собой еще пару мужиков, скрылся за огромными вратами.
— Вся деревня ждёт вас с победой, — промямлил оставшийся охранник, вытянувшись струной. Его лицо взмокло, еще чуть-чуть и он взмокнет везде. Пич долго обнюхивал его ботинки, а потом, задрав культю, обоссал их.
Ну что тут скажешь? Охранник нас не обманывал. Мы все ждём победы. Разместившись в тени забора, мы все ждали победы. Мы пили воду и мечтали, что в скором времени наши охрипшие от оров глотки смочит что-то гораздо крепче. Мечтали, как все мы дружно отпразднуем победу. Зальём пойлом весь пол таверны, сожрём всю еду, оттрахаем всех шлюх, а нам еще за это скажут: спасибо!
Пожалуйста! Это моя работа. Ничего сложного, бля.
Все вместе.
Все вместе мы ждали победы.
Альфа сидит рядом. Мы вместе смотрим на огромное поле, раскинувшееся у наших ног. Пока люди скучали, волки отрывались на всю катушку. Зеленая травка шелестела не только от порывов теплого ветерка. Вся стая, все двадцать голов резвились в поле. Разбившись на пары, они бегали друг за другом, прыгали друг на друга. Нежились в траве. Ловили бабочек. Кто-то резко вскидывал морду в воздух, и мы видели, как бедная полевая мышка подлетала в воздух. Пасть тут же захлопывалась, обрывая пронзительный писк грызуна навсегда.
Я спрашиваю у Альфы:
— Они радуются жизни? Ты им внушил это чувство?
— Если ты хочешь знать: боятся они или нет, то я отвечу тебе, что нет. Они не боятся. Они наслаждаются жизнью каждый день. У нас это внутри — это наши инстинкты. Моя стая прекрасно понимает, чем они жертвуют. Но на этом жизнь не заканчивается. Мы не вы. Мы другие. Только твой народ может прекратить размножаться, когда попадает в трудную ситуацию. Мы продолжаем род не взирая на обстоятельства. Так мы побеждаем смерть. Так мы становимся сильнее. Мы не боимся ничего. Это наша природа. Наша природа — защищать нашу землю. Защищать стаю. Теперь ты понимаешь, почему мы согласились вам помочь?