Черт-те где
Шрифт:
– Как это, – тряхнула непонимающе головой Дина, – где? А ну-ка, дай!
Она резко дернула мой матрасик из-под меня. Я кубарем покатился по земле, заворачиваясь в одеяло.
– Это еще что такое?
Дина держала на вытянутой руке мой матрасик. Выглядел он довольно уныло и совсем не как матрасик, а как тощая простыня.
– Рима!
Успевшая почти скрыться за лошадью варга вздрогнула и встала как вкопанная.
– Рима! Это что еще такое? Что ты себе позволяешь? Где матрас?!
Рима повернулась лицом
– Да ты совсем охренела! Что ты себе позволяешь! Ты что, думаешь, если у нас хорошие отношения, так можно мне на шею сесть?! – орала Дина, тряся перед ней пустым подматрасником.
– Э… нет… – невнятно полепетала та.
– Все, мне надоели ваши выходки! Совсем разболтались! Никакой дисциплины! Назначаю тебя дежурным по кухне! Вечным дежурным! До прибытия в Морхейм! Ты поняла?
– Поняла… – тихо сказала Рима, кивая опущенной головой и ковыряя ногти.
– Не слышу тебя, рядовой! – рявкнула Дина.
– Слушаюсь, госпожа лейтенант! – вытянулась во фронт Рима, отдавая честь.
– Выполняйте! И приведи все в порядок.
Дина с размаху швырнула к ее ногам скомканный подматрасник.
– Есть!
Ого!
Я с удовольствием наблюдал с земли за приведением в чувство подчиненного.
Динка зажигает! Как она стружку с нее сняла. Только теперь мы, похоже, обречены на вечно горелую кашу… Неправильное решение, госпожа лейтенант!
– А ты чего все валяешься! А ну вставай! – напустилась она уже на меня, заметив, что я по-прежнему лежу на земле.
– Размотайте-е-е… меняя-а-а-а… – задушенным голосом просипел я.
Дина сделала два шага, нагнулась ко мне и дернула за край одеяла.
Ну не так же резко! Дура!
Я второй раз за утро кубарем покатился по земле.
– Еще раз с добрым утром, Бассо! – сказал я себе, садясь на земле и очумело мотая головой.
С началом еще одного чудного дня на этой помойке…
– Вставай давай!
– Встаю даю… – буркнул я себе под нос, поднимаясь.
Идиотка…
Я встал на ноги оправил одежду и немного причесал руками волосы. Повернувшись, я наткнулся на взгляд Римы, прижимающей к груди мой пустой подматрасник. Вид у нее был… такой… задумчивый. Не определившийся. Не удержавшись, я показал ей язык. Рима вспыхнула, и взгляд ее приобрел осмысленность. В нем появилась злость.
Может, и не нужно было этого делать… но уж больно хотелось… Это ей за мою бессонную ночь!
– Собираемся! Быстро! – принялась командовать злая Дина.
– А завтрак? – спросил я.
– Обойдешься! Вставать нужно было раньше! Понятно?!
Ладно, плюсую к счету, подумал я и поплелся седлать свою лошадь.
На этот раз мы ехали только полдня и остановились на берегу небольшого лесного озера.
– Привал, – скомандовала Дина, останавливая лошадь, –
У… слава Сихоту – полдня без лошади!
Мы слезли с лошадей, расседлали их и принялись разбивать лагерь.
– Рима, готовь обед! – приказала Дина, направляясь к Жаклин и Линеллле, которые ставили палатку. Эльвира пошла в дозор на возвышенность.
Следит! Как бы мне так покинуть эту зубастую компанию? Не прощаясь… По-английски…
Бамц!
Звякнув ручкой, рядом со мной на землю плюхнулся котелок с остатками вчерашней каши.
– Ты чего тут расселся? Сходи помой!
Поднимаю глаза – Рима! Ага, щас! Прям так подхватился и побежал котелок драить!
– С чего это вдруг? – спокойно поинтересовался я. – Не княжье это дело! Ты же у нас вечный дежурный по бачку, так ты его и наяривай!
– Чего? Ах ты, паршивец! – Рима схватила меня за грудки и резко дернула наверх, ставя на ноги. – Слушай меня сюда, маменькин сынок! Запомни, ты теперь никакой не князь! Ты теперь зверушка, понял? И будешь делать то, что тебе прикажут! Понял? А ну пошел мыть котелок!
Фига себе обращеньице, мстительница чертова!
Жаль… очень жаль, что я нынче не в форме… летела бы ты сейчас… котелок обгоняя!
– Кровь есть кровь! Благородная кровь другой не станет! – спокойно сказал я, глядя ей в глаза. – Я до последней минуты жизни останусь князем, как кое-кто до конца жизни останется с котелком в обнимку!
– Так ты что, простолюдинкой меня считаешь? – притянув к себе, зашипела мне в лицо Рима. Из-под губ у нее показались кончики белых клыков.
Так, похоже, пора прекращать злить девочку, подумал я, но не смог удержаться от еще одной шпильки.
– Что-то я не слыхал, чтобы благородные котелки драили! – насмешливо улыбаясь, сказал я.
– Да я тебя сейчас порву на мелкие…
Договорить Рима не успела. От ее резкого рывка я потерял равновесие и повалился назад, увлекая ее за собой. Ну не одному же мне падать? Мы с треском завалились в кусты. Я увидел перед собой два блестящих белых клыка. Но у меня почему-то не было ощущения опасности. Наверное, потому что я не чувствовал у Римы жажды крови. Злость в ментале была, да. Но не желание убивать. Не тот накал. Ошеломленная сменой положения Рима замерла на мне, чуть ли не вплотную уставившись в мои глаза.
– Какие у тебя красивые глаза, – с придыханием, шепотом сказал я, усиленно транслируя в ментал восхищение, – словно звезды в бархате ночного неба!
Рима удивленно моргнула.
– Ты самая красивая из всех варг, которых я видел! – честным голосом продолжил я, осторожно вытаскивая свои руки из-под лежащей на мне Римы.
Рима опять моргнула. Но злость в ее глазах померкла и стала уступать место другому чувству, похожему на любопытство.
– Я так давно хотел ощутить на себе твою упругую грудь!