Cherry. Видевший будущее
Шрифт:
— Чёрт! Похоже нас попытаются обуть! — скрипнул я зубами.
— Чего делаем? — уточнил Котыч.
— Молимся и надеемся, что движок не подведёт! Кстати, не показывай вида, что заподозрил что-то! — попросил я и посмотрел в боковое окно.
Трое парней в жигулях, морды характерно большие, стрижки под ноль, смотрят прямо, но обгон не завершают. Притормаживаю, но позади Зил напирает, не даёт пространство для манёвра. Оторваться не смогу, не хватит мощи у движка, но и останавливаться нельзя у братков могут стволы иметься. Против пули мы
— Номера питерские, — заметил Котыч.
Ничего ему не ответил, пытаюсь понять, как поступить. Вступить в драку? До БМВ уже пара сотен метров, трое парней на дороге стоят и ждут. Понимают, что таранить бэху я не стану, остановлюсь, а тут они нас и прессанут. В лучшем случае оставят в живых и не сильно покалечат, а вот с четвёркой и грузом мы расстанемся. Начинать всё сначала? Другой бы может так на моём месте и поступил, но в данный момент даже такой мысли нет. Резко жму на тормоз, надеясь, что водила на Зиле инстинктивно отреагирует так же, если и нет, то скорость у нас невелика, повреждения окажутся незначительные. Пятёрка проскакивает вперёд на пару метров, сам ору Котычу:
— Держись! Зил сейчас въедет!
Грузовик не ударил, водила притормозил, а я уже выкручиваю руль влево и на газ давлю. Движок взревел, передача-то вторая, но я уже переключился на третью и по встречке фигачу. Пятёрку обогнал, из двигателя выжимаю всё на что он способен, а сам вижу, как братки прыгают в БМВ и устремляются в погоню.
— Скоро пост милицейский! Километра три-четыре до него, если дотянем, то спасены! — выкрикиваю и морщусь, немецкая машина, даже в плачевном состоянии нас неумолимо догоняет.
Стрелка спидометра замерла на ста тридцати километрах в час и ни в какую дальше не ползёт! Бэха с нами поравнялась, боковое, наглухо тонированное стекло опустилось и средних лет мужик замахал рукой и закричал. Открыл и я окно:
— Хрен ли надо?!
— Тормози! Перетрём и дальше поедешь! А то хуже будет! — ответил мне браток.
— А ты ни чё не попутал? Гоп-стопом на дороге занялся? — я крутнул руль в направлении бэхи, та резко ушла в сторону, водила зорко следит за моими действиями. — Десяток секунд выиграли!
— Макс, гони, гони! — азартно выкрикнул Котыч.
К нам опять приблизилась бэха и браток крикнул:
— Лучше остановись! Отпущу, если за проезд заплатишь! Понравилась мне твоя наглость!
— И сколько же стоит проехать? — спрашиваю, прикинув, что стационарный пост уже скоро покажется.
— Нас семеро, стольник на брата! — оскалился браток и вытащил пистолет. — Одну пулю в покрышку, и ты уже костей не соберёшь на такой-то скорости.
Молчу, ответить нечего, а браток демонстративно ствол поднял и в воздух выстрелил.
— Холостые? — неуверенно спросил Котыч.
Ничего ему не ответил, ногу с газа убрал, а потом и на обочину съехал. Это в дешёвых боевиках легко уходят от погони грузовики от спортивных тачек. Нам не оторваться, а если он начнёт
— Сколько у нас бабла осталось? — спросил я напарника, увидев, как впереди бэха встала поперёк дороги.
— У меня пара штук, — тяжело выдохнул напарник и протянул мне тощую пачку купюр.
— Пойду, попробую договориться, — взял я бабки и вышел из машины.
Думал, что Котыч останется в салоне, но мой друг поспешил за мной. Одного не понимаю, для чего устраивать на нас охоту, когда с такими силами, как у братков, могут тормозить фуры с товаром. Кстати, дальнобоям приходится не сладко, если нет сопровождения из ментов или тех, кому принадлежит груз, то машины не часто доходят в пункт назначения. Пройдёт лет семь и тогда на дорогах успокоится, хотя и будут орудовать залётные банды, но с ними братки быстро начнут разбираться. Бывшие спортсмены, участвующие в разборках и заделавшиеся добропорядочными бизнесменами или теми, кого сейчас презрительно называют торгашами и барыгами, не будут терпеть и прощать, если кто-то позарится на их вещи.
— И чё, мля, сразу не остановился? — вразвалочку подошёл ко мне браток, сжимая пистолет.
— Побоялся, — честно ответил я.
Короткий замах и мне под рёбра бьёт кулак, в последний момент сдержался, чтобы не уйти в сторону и адекватно не ответить. Только пресс напряг, но воздух из лёгких на какое-то мгновение браток из меня выбил. Ноги подкосились, упал на колени и сразу же почувствовал, как к голове ствол приставлен.
— Падла! Виталь чуть из-за тебя нас в канаву не завёз! Ничё, посмотрим, как ты перед своими оправдываться за потерю груза будешь! — браток коротко хохотнул.
— Валет! Чего лыбишься? Стволы ищи и перегружай! — приказал браток и пихнул мне под челюсть ствол, а сам присел на корточки. — Вот скажи мне, на хрена ваша бригада решила так глупо рискнуть, волыны и авторучки с маслятами без должного прикрытия перевозить?
— Какие авторучки? — озадачился я.
Понимаю, что браток пытается казаться блатным, но ни одной татуировки у него не заметил. Явно косить пытается, но речь далеко не блатная, так бывшие зеки не говорят, у тех свой жаргон. Но знаю, что волына — пистолет, маслята — патроны. А вот что из себя представляет авторучка — понятия не имею, никогда не слышал.
— Прикидываешься? — прошипел браток и резко ударил под рёбра.
От удара повалился на обочину, отметив про себя, что грязи нет и порадовался за одежду. Что за мысли? Кстати, увидел Котыча, который лежит недалеко и морщится, держась за живот. Так, похоже моего партнёра кто-то отмудохал, надеюсь, не сильно. Чёрт! Как из данной ситуации-то выпутаться? Похоже, нас приняли за других, но от этого не легче.
— Джон! Тут вся машина загружена баулами! Нужно всё перетряхивать, а на дороге мы к себе внимание привлекаем. Как бы ментам не стуканул кто! — раздался чей-то крик от нашей тачки.